Глава 74. Храбрость
Трейси начала пересылать Луань Няню документы — сведения были очень подробными. Луань Нянь внимательно их изучал; обычное агентство по проверке благонадёжности вряд ли смогло бы раскопать подобное, тут требовалось мастерство и, как минимум, связи за границей. Трейси работала надёжно, и он сказал ей:
— Деньги потрачены не зря.
Трейси проигнорировала это замечание и спросила в лоб:
— Избавимся от него?
— Какой бы беспорядочной ни была его личная жизнь, это дела прошлого. Закон он не нарушал, да и доказательств его неподобающего поведения в нынешней компании тоже нет, — рационально ответил Луань Нянь.
— Ты уверен, что он не нарушал закон? — отозвалась Трейси. — Пятнадцатая страница: показания девушки о том, что после корпоративного ужина, когда она была в бессознательном состоянии, он вступил с ней в связь.
— Видел.
— Поэтому я спрашиваю ещё раз: избавимся от него? — Трейси редко бывала столь серьёзной и воинственной.
— Ты хочешь избавиться от него, потому что совет директоров назначил его в обход тебя? — спросил Луань Нянь.
— А ты хочешь избавиться от него, потому что совет директоров хочет с его помощью избавиться от тебя? — спросила Трейси.
Спустя мгновение они отправили сообщения почти одновременно:
— Нет, потому что тошно, — написал Луань Нянь.
— Нет, потому что я женщина, — написала Трейси.
Так и зародился этот союз.
Но Луань Нянь был из тех, кто либо не бьёт вовсе, либо бьёт так, чтобы противник больше не смог подняться. Он не был добрым человеком, и переходить ему дорогу не стоило.
Листая документы Трейси, Луань Нянь понимал: то, что случилось за границей, в стране отследить невозможно, если только он не продолжит следовать своим дурным привычкам и здесь. Но ждать у моря погоды не стоило. Луань Нянь решил действовать на опережение.
Его размышления прервал звонок Сунь Цюханя. Луань Нянь спросил:
— Изучил документы?
— Изучил.
— И как?
— Неплохо. Но это не мой регион, я передал материалы коллегам из китайского подразделения. В ближайшее время они назначат встречу.
— Хорошо. Я пойду вместе с ними.
— Без проблем. Не волнуйся, если команда толковая, их шансы на инвестиции — девяносто пять процентов, — озвучил свой прогноз Сунь Цюхань.
— Ты всегда действуешь рассудительно, я верю твоему суждению. Спасибо.
— Не за что. До связи.
— До связи.
Если просто слушать их разговор, можно подумать, что эти двое не слишком близки, но на самом деле они уже сдружились. Они дважды вместе путешествовали, у них был общий чат на четверых — крепкая дружба. Просто оба были немногословны и сдержанны, пары фраз хватало, чтобы выразить всё необходимое. Луань Нянь знал, что на Сунь Цюханя можно положиться.
Затем он позвонил Шан Чжитао.
Она была на мероприятии, вокруг стоял шум. Шан Чжитао удивилась звонку, ведь накануне вечером он внезапно бросил трубку и с тех пор её игнорировал.
— Дай мне номер Сунь Юй.
— А?
— С ней встретится человек из инвестфонда.
Шан Чжитао не поверила своим ушам и переспросила:
— Правда?
Луань Нянь почувствовал её искреннюю радость, и ему самому стало на редкость приятно.
— Да. Дай мне её контакты, я договорюсь о времени.
Раньше Шан Чжитао и подумать не могла, что Луань Нянь примет её дела — а тем более дела её друзей — близко к сердцу, особенно после того, как он так странно прервал разговор. В душе поднялась волна благодарности, она шмыгнула носом и сказала:
— Спасибо тебе, правда.
— Могла бы и собой отблагодарить.
— Я и ужином могу тебя угостить.
— Лучше просто поменьше меня зли! — Луань Нянь повесил трубку, оставив Шан Чжитао в недоумении. «Я тебя злю? Когда это я тебя злила? Я только и делаю, что пытаюсь тебя задобрить, когда я успела тебя разозлить?» Почувствовав себя несправедливо обвинённой, она написала ему: «Когда это я тебя злила?»
— Сама подумай.
Луань Нянь ответил именно так, хотя и не надеялся, что она догадается. С её головой она, скорее всего, ничего не поймёт. Когда рабочий день подошёл к концу, он собрал вещи и ушёл. В дверях он столкнулся с Трейси, которая окинула его озадаченным взглядом:
— К клиенту?
— Домой, пса выгуливать.
— Ты же говорил, что отдал собаку?
— Забрал обратно.
Трейси зашла вслед за ним в лифт, оглядывая Луань Няня с ног до головы:
— Ты влюбился?
— Это тоже входит в твои обязанности?
— Сейчас нет, но когда твоя подружка разошлёт по всей компании письма с разоблачениями, это станет моей заботой, — Трейси тоже за словом в карман не лезла, умело нанося колкие удары, но её противник был ещё жёстче:
— Значит, у тебя наконец-то появится хоть какая-то работа.
Никто из них не остался в выигрыше; Трейси фыркнула и вышла из лифта.
Луань Нянь снова вспомнил имя «Дони», мелькнувшее на экране телефона Шан Чжитао в тот вечер. Он не хотел давать этому Дони больше времени, чтобы тот успел проявить себя. Он не мог ждать. Пора было действовать.
Придя домой, Луань Нянь взял Лу Кэ на поводок и вышел из жилого комплекса — он записал его на мытьё. Ещё не дойдя до зоосалона, Лу Кэ начал нервничать. Он терпеть не мог мыться, ему нравилось ходить грязным. Пёс уселся на землю, изо всех сил закинул голову назад и наотрез отказался идти дальше.
Луань Нянь припугнул его:
— Не пойдёшь — сварю из тебя суп.
Лу Кэ остался непреклонен: «Вари, если хочешь!»
Человек и собака долго стояли в противоборстве, пока Луань Нянь наконец не сдался. Он подошёл и взял пса на руки. Лу Кэ вцепился в его плечо, а его лапы позорно дрожали. Луань Нянь проявил редкую нежность, даже похлопал его по спине, успокаивая:
— Чего ты боишься? Это всего лишь ванна.
Лу Кэ протяжно завыл: «У-у-у, не хочу мыться!» Казалось, он хотел высказать ещё много всего.
Луань Нянь занёс его в салон, поставил у ванны и ещё долго что-то тихо и мягко ему говорил, прежде чем выйти за стеклянную перегородку. Луань Нянь подумал, что ему, должно быть, совсем нечем заняться — тащить собаку мыться, да ещё и утешать её. Что за дела?
Пока Лу Кэ мыли, он начал преображаться. Через некоторое время в моечной полетела белая шерсть, она толстым слоем устилала пол. Луань Нянь решил, что деньги потрачены не зря, и, когда всё закончилось, заодно купил абонемент на мытьё — как будто Лу Кэ собирался гостить у него постоянно.
Чистый Лу Кэ выглядел действительно великолепно: пушистый, с тонким подшёрстком, он жмурился и высовывал язык, улыбаясь осеннему ветру. Выглядел невероятно круто. Настолько круто, что даже Луань Нянь признал: пёс что надо.
Вечером Шан Чжитао позвонила ему и спросила, хорошо ли вёл себя Лу Кэ. Луань Нянь не удержался от насмешки:
— Ты сама не знаешь, какой у тебя пёс? От одного вида ванны затрясся, никогда не видел такой трусливой собаки.
— Ты водил его мыться?
— Угу.
— И сколько это стоило?
— Пять тысяч.
— Что? В вашем районе помыть собаку стоит пять тысяч?!
— …Я купил абонемент.
— А-а. — Шан Чжитао немного подумала и осторожно добавила: — Раз абонемент на пять тысяч… тогда Лу Кэ нужно почаще там мыться… а то вдруг владелец сбежит с деньгами…
Луань Нянь ответил коротким «угу». В этот момент Лу Кэ сидел у окна и смотрел на падающие листья. В тусклом свете фонаря его одинокий маленький силуэт казался воплощением депрессии. Почему собака Шан Чжитао тоже такая жалкая, что её хочется пожалеть?
— Я вернусь в следующую пятницу, можно мне сразу к тебе? А то неохота мотаться туда-сюда…
— Хорошо, — Луань Нянь снова взглянул на Лу Кэ. Нужно обязательно сделать так, чтобы Лу Кэ «отмыл» все деньги по абонементу, иначе пять тысяч просто улетят на ветер.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
