Глава 108. Раненый город
Шан Чжитао наконец узнала, как сообщают о результатах аттестации.
Ей пришло письмо, в котором говорилось: «Благодарим вас за высокую самоотдачу в работе. С сожалением сообщаем, что в этот раз вы не прошли повышение. Мы уверены, что с вашими способностями вы обязательно добьётесь успеха в следующий раз. Не расстраивайтесь!»
Всего несколько обычных фраз.
Шан Чжитао, казалось, совсем не удивилась, она была даже совершенно спокойна. Тем не менее она перешла по ссылке в письме — там были отзывы и анонимные оценки каждого эксперта. В списке значилось более двадцати критериев, и по каждому приводилось сравнение баллов всех кандидатов.
По всем пунктам оценки у неё были хорошими, и лишь два эксперта поставили ей крайне низкие баллы за креативность и вклад в результаты.
Грейс прислала ей сообщение:
— Тао Тао, мне тебя поздравлять? Я поставила тебе очень высокие баллы! Трейси тоже поставила тебе высокий балл, я только что её спросила!
Грейс прислала скриншот своих оценок, и они почти полностью совпали с одним из отзывов в списке.
Шан Чжитао поняла, кто был тем вторым экспертом, поставившим низкий балл, несмотря на анонимность. Потому что он бесчисленное количество раз говорил:
— Способность к творчеству по большей части врождённая, и усилиями её не всегда можно достичь.
— Твоя сильная сторона — управление проектами и даже командой. Для творчества нужно вдохновение, не мучай себя.
— Неужели так трудно признать, что ты слабее других?
Шан Чжитао подумала: «Я потратила шесть лет, но так и не дождалась от тебя уважения и равного отношения». Раньше ей не хватало на это смелости, потому что тогда она очень, очень сильно его любила — так сильно, что раз за разом склоняла голову, и самой себе казалась жалкой и смешной.
Лу Ми в тот день как раз задержалась на работе. Увидев, что Шан Чжитао ещё не ушла, она спросила:
— Результаты уже пришли?
— Пришли.
— Успешно?
Шан Чжитао покачала головой и закрыла ноутбук:
— Выпьешь со мной?
— Давай.
Они вдвоём пошли в маленькую пивную, где часто бывали раньше. Шан Чжитао выпила граммов сто пятьдесят крепкого спиртного и больше пить не пожелала. Как бы Лу Ми её ни уговаривала, она только качала головой.
— Выпей ещё немного?
— Нет, мне ещё нужно сделать кое-что важное.
Когда они вышли из заведения, с неба посыпал мелкий снег.
— Проклятье. В последние годы этот снег идёт всё скуднее и скуднее. В конце концов, это же северный город, ну неужели нельзя посыпать посильнее?
Шан Чжитао негромко рассмеялась:
— Приезжай как-нибудь в ледяной город, я покажу тебе самый красивый снег в мире. Там он валит хлопьями, в одно мгновение всё становится белым-бело.
— К чему, проклятье, ещё ждать этого «потом»? Я прямо сейчас куплю билеты и завтра же полечу.
— А как же работа?
— Да плевать на эту работу! У меня денег полно! Что хочу, то и делаю! Зачем мне вообще отпрашиваться?
— Ты поругалась с кем-то?
— Нет. Он того не стоит. Разве какой-то разведённый старик заслуживает того, чтобы я с ним ругалась?
— Да он вроде не такой уж и старый. Кажется, на год младше, чем Лу Кэ.
Пока они вместе ждали машину, они обсуждали, с какого возраста мужчину можно считать старым, но так ни к чему и не пришли. Шан Чжитао села в такси и назвала адрес дома Луань Няня.
Город был таким шумным, за окном машины мерцали огни, прохожие на улицах куда-то спешили, а ей негде было приклонить голову. Проезжая перекрёсток и увидев школьников, которые смеялись и шутили, возвращаясь с вечерних занятий, Шан Чжитао внезапно сорвалась.
Она горько разрыдалась.
Водитель то и дело оглядывался на неё и в конце концов не выдержал:
— Дочка, ты в порядке? Что-то случилось? Если хочешь, расскажи дяде, я в этой жизни всякое видал.
Шан Чжитао не могла вымолвить ни слова. Это был всего лишь проигрыш в конкурентной борьбе, она и раньше проигрывала, это была такая мелочь, но она не могла смириться. И она не хотела, чтобы это чувство проходило. Глотая слёзы, Шан Чжитао думала о том, что именно из-за её бесчисленных уступок в прошлом всё пришло к сегодняшнему дню.
Она вошла в дом Луань Няня. Лу Кэ подбежал встречать её. Луань Нянь только что снял пальто и собирался выпить воды. Обернувшись, он увидел заплаканную Шан Чжитао.
Она никогда не плакала при нём, никогда. Как бы ей ни было плохо, она сцепливала зубы и не позволяла себе слёз. Сейчас она выглядела жалко: глаза опухли, кончик носа покраснел — должно быть, она плакала долго.
Луань Нянь сделал шаг вперёд. Он хотел обнять её, хотел сказать: «Ничего страшного, это всего лишь обычное соревнование, ты такая способная, в следующий раз обязательно получится». Но вдруг услышал её прерывистый голос:
— Почему ты поставил мне такие низкие баллы?
— Оценки анонимные, откуда тебе знать, что это я их поставил?
Как нелепо, у Шан Чжитао не было к нему даже капли доверия.
— А кто ещё, если не ты?
— Ты уверена, что настолько хороша, чтобы все ставили тебе высокие баллы по каждому критерию? Ты уверена, что те дурацкие связи, которые ты поддерживаешь, чего-то стоят?
Шан Чжитао не хотела слушать нравоучения Луань Няня. Она покачала головой:
— Я просто хочу спросить: это был ты?
— Если я скажу «нет», ты поверишь?
— Нет.
— Ну вот и всё.
— У тебя всегда были такие предубеждения против меня! Ты считаешь, что я ни на что не годна! Считаешь, что у меня нет таланта! Ты никогда не умел уважать меня! Не умел видеть во мне равную! Почему я шесть лет была с таким человеком, как ты?!
— И какой же я человек? — Луань Нянь отступил на прежнее место и холодно спросил её.
— Высокомерный! Заносчивый! Эгоистичный человек!
Лу Кэ немного занервничал. Пёс сел перед Шан Чжитао, переводя взгляд с неё на Луань Няня, и в конце концов удручённо растянулся на полу.
— Шан Чжитао, я советую тебе успокоиться.
— Я не могу успокоиться, и почему я вообще должна это делать?! Я шесть проклятых лет вкалывала в этом городе и в итоге осталась ни с чем! Ты не на моём месте, так по какому праву ты советуешь мне успокоиться?! Почему я должна быть спокойной?!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
