Это было лишь подражание Мяо Янь, подобное рисованию тигра по образу кошки1 — внешнее сходство без истинного духа.
Сун Цяньцзи подошел ближе, настолько близко, что «Мяо Янь» пришлось отступить на шаг. Она тихо спросила:
— У собрата по Пути есть дело?
— Собрат по Пути Сун, что ты творишь! — Цзы Мо потянул его за рукав. — Не смей дерзить.
— Впервые встретив сяньцзы, захотел рассмотреть ее получше, — сказав это, Сун Цяньцзи развернулся и спросил другую женщину-культиватора в вэймао, стоявшую подле «Мяо Янь»: — Сяньцзы, позволите ли и на вас взглянуть?
Женщина-культиватор была в недоумении. Поколебавшись мгновение, она приподняла вуаль; ее лицо слегка покраснело:
— Собрат по Пути Сун хочет посмотреть на меня?
Как странно: увидев Мяо Янь, признанную первую красавицу Поднебесной, неужели у него осталось желание смотреть на кого-то еще? Испокон веков зеленые листья лишь оттеняют красные цветы; кто же захочет смотреть на листья, узрев сам цветок?
— Прошу прощения за беспокойство. Благодарю.
Закончив, Сун Цяньцзи задал тот же вопрос следующей женщине-культиватору.
Голос его звучал серьезно. Пусть он бросал лишь мимолетный взгляд, смотрел он внимательно, а посмотрев, сразу отступал.
Ученые мужи из Цинъя не могли его остановить, им оставалось лишь в отчаянии обмениваться мысленными посланиями:
— Пропало! Репутации шисюна-надзирателя пришел конец!
— Сун Сюнь, что все это значит! — «Мяо Янь» призвала гуцинь и ледяным тоном прервала его.
— Мне любопытно, — ответил Сун Цяньцзи.
«Ложная Мяо Янь» не была У Сяном, но он также не мог с уверенностью сказать, кто именно из них является воплощением У Сяна.
Сун Цяньцзи не спешил расправиться с тем, кого уже убивал однажды. Раз этот человек готов был притвориться женщиной-культиватором, лишь бы проникнуть сюда, стоило посмотреть, каковы его цели.
В прошлой жизни в ледяной пещере не было ни свиты из секты Сяньинь, ни Мяо Янь, ни У Сяна. «К счастью, я пришел», — подумал Сун Цяньцзи.
Одного лишь Цзые Вэньшу и клинка Снежного лезвия хватит, чтобы истребить всю нечисть тайного царства, но ими не разорвать сети алчности и бездну желаний мира смертных.
Мяо Янь на мгновение умолкла, а затем взмахнула рукавом:
— Собрат по Пути первым проявил неучтивость. Боюсь, секта Сяньинь больше не может принимать вас. Проводите гостя.
Увидев, что Мяо Янь разгневана, ученые мужи из Цинъя принялись наперебой извиняться и поспешно потащили Сун Цяньцзи прочь, прощаясь.
Когда они отошли подальше, облик «ложной Мяо Янь» стал покорным. Она подошла к другой женщине-культиватору и поклонилась.
Та женщина наконец произнесла:
— Этот Сун Сюнь… с ним что-то не так.
То был голос самой Мяо Янь.
Остальные женщины-культиваторы обступили ее:
— Шицзе, что именно не так?
— Его взгляд, — ответила Мяо Янь.
— Пусть его поступки и были странными, взгляд у него чистый и прямой, он не похож на наглеца, — заметила женщина, притворявшаяся Мяо Янь.
— Ты не понимаешь, — Мяо Янь сдержанно улыбнулась. Даже под чужой личиной ее улыбка оставалась безупречной и ослепительной. — Хотя Цзые Вэньшу холоден, когда он смотрит на живого человека, он видит именно живого человека. Этот Сун Сюнь кажется мягким, но он смотрел на тебя так же, как на этот красивый фонарь из зеленого флера. Теперь понимаешь?
— Шицзе, я и вправду не понимаю. Быть может, стоит последовать за ним этой ночью и присмотреться повнимательнее?
Мяо Янь замолчала на мгновение, погрузившись в раздумья. Женщины-культиваторы безмолвно ждали.
— Если ты пойдешь одна, это может быть опасно, — наконец произнесла она. — Я сопровожу тебя лично.
- Рисование тигра по образу кошки (照猫画虎, zhào māo huà hǔ) — китайская идиома, означающая поверхностное подражание, копирующее внешнюю форму, но лишенное истинного духа оригинала. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
