Мо Сюяо никогда не любил кричать во весь голос, но, возможно, таков был его характер, в его голосе всегда звучал оттенок едва уловимого призрачного холода. Поэтому стоило его лицу по-настоящему помрачнеть, как даже самая обыденная фраза заставляла людей почувствовать скрытое в ней ледяное намерение убить.
Женщина, что прежде стояла подле Лэй Чжэньтина, резко вскинула голову и с изумлением воззрилась на сидящего на возвышении мужчину с белыми, словно снег, волосами. Очевидно, она не ожидала, что Мо Сюяо отвергнет ее настолько безжалостно. Необходимо знать, что, хотя преемники горы Цанманшань вступают в мир лишь раз в шестьдесят лет, значение, которое они несут, и запутанные связи между горой Цанманшань и различными государствами на протяжении сотен лет заставляли всех проявлять осторожность. То, что Лэй Чжэньтин предложил преподнести ее в качестве подарка на глазах у всех, уже вызвало в ее сердце некоторое недовольство. Однако, она понимала, что слова Лэй Чжэньтина не были ложью, она действительно опоздала на один шаг, ведь рядом с Дин-ваном уже была Дин-ванфэй.
Хотя она и не считала, что Дин-ванфэй в чем-то превосходит ее саму, десятилетние чувства между Дин-ваном и его супругой не были подделкой. Мужчина может обладать бесчисленным множеством красавиц, но нуждается лишь в одной добродетельной внутренней помощнице. В ситуации, когда Е Ли уже заняла это место, преимущества гостьи становились не столь очевидными. И все же, даже при таких обстоятельствах, ее готовность довольствоваться местом боковой супруги казалась ей огромной уступкой. Она и помыслить не могла, что Мо Сюяо ответит отказом. Ведь это было искушение, перед которым не устоял бы ни один мужчина.
Но, поразмыслив еще мгновение, она подумала, если бы он не смог отвергнуть подобный соблазн, не оказался бы Дин-ван так же вульгарен и невыносим, как и большинство мужчин в этом мире?
— Дин-ван, ты действительно намерен отказать мне? — сделав шаг вперед, спросила женщина в белых одеждах.
Мо Сюяо холодно усмехнулся.
— Бэньван не отказывает тебе, Бэньван велит тебе немедленно убираться!
Лицо женщины в белом побледнело. Какой бы невозмутимой и уверенной в себе она ни была, вынести подобное унижение перед лицом всех героев Поднебесной было тяжким испытанием. Взглянув на холодного Мо Сюяо, а затем на Е Ли, сидевшую подле него, женщина спросила.
— Дин-ванфэй, а что скажете вы?
Е Ли подняла глаза и с некоторым сомнением спросила.
— О чем Бэньванфэй должна сказать?
Женщина в белом пристально посмотрела на нее и произнесла низким голосом.
— Доводилось слышать, что облик и таланты Дин-ванфэй не имеют себе равных, и она является добродетельной внутренней помощницей Дин-вана. Должно быть, Ванфэй знает, какие поступки пойдут на пользу Дин-вану, и наверняка не станет вредить его великим свершениям из-за несущественных мелочей.
Е Ли слегка нахмурилась и тихо спросила.
— Гунян, ты действительно хочешь знать мысли этой Ванфэй?
Женщина в белом на мгновение замерла, а затем кивнула.
— Разумеется.
Е Ли безразлично произнесла.
— С точки зрения женщины Бэньванфэй хочет сказать тебе лишь одно слово — убирайся. С точки зрения ванфэй Бэньванфэй также хочет сказать тебе — немедленно убирайся. Будучи женой, я должна следовать правилу, муж поет, жена подпевает1, поэтому Бэньванфэй все же хочет сказать тебе — убирайся туда, откуда пришла.
— Сказано на славу! — не сдержавшись, с другой стороны, громко выкрикнул Сюй Цинъянь.
— Ты… — лицо женщины в белом изменилось, но она не впала в ярость, напротив, она очень быстро успокоилась и, невозмутимо глядя на Е Ли и Мо Сюяо, произнесла. — Похоже, сегодня не лучшее время для обсуждения дел. Пожалуй, стоит подождать, пока вы оба все как следует обдумаете, и тогда продолжим.
Сказав это, и не обращая внимания на взгляды остальных присутствующих в зале, она развернулась и неспешно удалилась, оставив всех в оцепенении.
Слова Е Ли явно привели Мо Сюяо в прекрасное расположение духа. Усадив ее обратно на место, он холодно взглянул на Лэй Чжэньтина.
— Чжэньнань-ван, так это и есть твой подарок?
Лэй Чжэньтин как-то беспомощно пожал плечами и произнес.
— Бэньван тоже ничего не мог поделать. Как бы то ни было, дело сделано, а Дин-ван пусть сам решает, как поступить.
На этот раз Лэй Чжэньтина действительно оклеветали. Оставим в стороне вопрос о том, действительно ли обладание этой женщиной сулило власть над Поднебесной. Одной лишь славы горы Цанманшань и ее тайного влияния было достаточно, чтобы разжечь в любом алчность. Каким бы безумцем ни был Лэй Чжэньтин, он ни за что бы не пожелал добровольно отдать подобную фигуру своему злейшему врагу. Но, что поделать, если гора Цанманшань находилась в пределах земель, которыми он правил, и что поделать, если он не смел перечить ее людям? Конечно, в его поступке таилось и желание рассорить Мо Сюяо с Е Ли, но это было лишь побочной целью.
— Неужели Дин-ван и впрямь не питает интереса к преемнице горы Цанманшань? — раздался снизу вкрадчивый голос Елюй Е.
Хотя Бэйжун и считались варварами, за эти годы они глубоко прониклись культурой Срединных равнин. Особенно члены правящей семьи, которые знали множество преданий Срединных равнин так же хорошо, как свои собственные. Пусть они не верили до конца во все легенды о горе Цанманшань, но порой так называемые легенды служили символом избранности небесами. Если использовать их с умом, эффект мог оказаться не хуже, чем от миллионной армии.
Мо Сюяо, держа Е Ли за руку, невозмутимо ответил.
— Если кто-то из вас заинтересован, можете попытать удачи. Бэньвану же не суждено вкусить подобного блага.
Услышав это, собравшиеся почувствовали одновременно и завистливую злобу, и восхищение. Они завидовали удаче Мо Сюяо, к которому явилась сама преемница легендарного скрытого клана, и злились, что он даже не удостоил ее взглядом. В то же время они восхищались тем, что ради своей ванфэй он остался непоколебим перед подобным искушением.
На местах семьи Сюй, Сюй Цинбай, слегка нахмурив брови, посмотрел на сидящего впереди Сюй Цинчэня и негромко произнес.
— Да-гэ, люди с горы Цанманшань тоже явились, чтобы мутить воду. Боюсь, это сулит неприятности.
Сюй Цинчэнь вежливо и элегантно улыбнулся.
— Сы-ди, ты помнишь, в каком году в последний раз случались беды из-за людей с горы Цанманшань?
Сюй Цинбай нахмурился, припоминая.
— В прошлый раз той особой, кажется, была бабушка Чжэньнань-вана… С тех пор прошло явно больше шестидесяти лет. По логике вещей, люди с горы Цанманшань должны были явиться еще лет десять назад.
Сюй Цинчэнь вскинул брови.
— У людей с горы Цанманшань действительно есть кое-какие способности, иначе из их рядов не вышло бы несколько матерей государств кряду. Однако… на этом всё. Если они слишком возомнят о себе, наша семья Сюй их не побоится.
В его чертах проступила естественная, отрешенная от мира гордость, в его глазах этот, так называемый, легендарный клан явно ничего не стоил.
Видя спокойствие старшего брата, остальные тоже заметно расслабились. Только Сюй Цинъянь из любопытства спросил.
— Да-гэ, а в нашем роду предки когда-нибудь брали в жены женщин с горы Цанманшань?
Сюй Цинцзе холодно смерил его взглядом.
— В семью Сюй никогда не входили люди с сомнительным прошлым. Вернешься домой, хорошенько изучи родословную.
Невестки семьи Сюй не обязаны были происходить из семей высоких сановников или обладать несравненной красотой и талантами. Самым важным было лишь одно, чистое происхождение и достойная репутация. Те, кто любил скрывать свое лицо и окутывать себя тайной, ни за что не смогли бы переступить порог дома Сюй. А люди с горы Цанманшань, ради своей пресловутой загадочности, больше всего любили именно недомолвки и секреты. Сюй Цинъянь втянул голову в плечи и спрятался за спину Сюй Цинбая, он, как и прежде, побаивался этого холодного Эр-гэ.
Сидевшие впереди Сюй Хунъюй и Сюй Хунъянь, видя спокойствие и хладнокровие своих племянников, удовлетворенно кивнули.
Давешнее небольшое происшествие не нарушило праздничного веселья на площади внизу. Гости на возвышении тоже вскоре вернулись к вину и беседам, однако, многие из них явно пребывали в задумчивости.
Е Ли сидела подле Мо Сюяо и, глядя на гостей внизу, слегка нахмурилась, ей все время казалось, что чего-то не хватает.
Мо Сюяо склонил голову и, заметив ее нахмуренное лицо, с некоторой тревогой спросил.
— А Ли, что случилось? Неужели та женщина расстроила тебя?
Е Ли покачала головой и с усмешкой посмотрела на него.
— Ванъе, а вы пользуетесь успехом у красавиц. Даже легендарные небожительницы из скрытых земель приходят, чтобы броситься в объятия?
Мо Сюяо поднял на руки Мо Сяобао, который сидел между ними, и прижал к себе, попутно перехватив его ладошки, чтобы тот не мешался. Только тогда он придвинулся к Е Ли и пренебрежительно скривился.
— Какая она красавица? Цанманшань совсем пришла в упадок, раз у них нет ни одной достойной женщины.
Е Ли с улыбкой вскинула брови, никак не прокомментировав оценку Мо Сюяо. Хотя, если рассуждать об облике, та женщина в белом и уступала Е Ли самую малость, разница была невелика. Но в ней чувствовалось некое странное, притягательное очарование. Оно отличалось от благородного и величественного изящества Е Ли, заставлявшего людей склоняться в почтении, и явно было способно пробудить в глубине мужской души определенные желания. В этом она, пожалуй, превосходила даже Су Цзуйдие и Лю-гуйфэй в пору их расцвета. Это можно было понять, лишь взглянув на лица гостей, заполнявших зал.
Мо Сюяо слегка нахмурился и сказал.
— Эта женщина несколько странная, А Ли, не подходи к ней слишком близко.
Мо Сюяо повидал на своем веку бесчисленное множество красавиц, и как он мог не заметить, что та женщина в белом обладала странной, пугающей притягательностью. Жаль только, что на такого мастера с непоколебимой волей, как Мо Сюяо, эта притягательность почти не действовала, более того, она могла вызвать лишь отвращение, обернувшись против самой затейницы. Е Ли согласно кивнула и с улыбкой произнесла.
— Я знаю. Почему люди с Цанманшань решили спуститься с гор именно сейчас… С прошлого раза прошло уже больше семидесяти лет, верно?
Мо Сюяо холодно усмехнулся.
— Десять лет назад общая обстановка в Поднебесной была неясной, а поскольку они не обладают способностью знать заранее то, что еще не предсказано, им, естественно, пришлось выжидать. Говорят, они являются миру раз в шестьдесят лет, но это лишь прием для преграждения взора, чтобы дурачить людей. Разве в те разы, когда действительно решались важные дела, сроки были настолько точными? Когда основывалось Великое Чу, они появились как раз в то время, когда Тайцзу боролся за престол. Почему же они не сопровождали Тайцзу, когда тот завоевывал Поднебесную? И та бабка Лэй Чжэньтина, все они умели подгадать подходящий момент.
Е Ли осенило, если бы преемники Цанманшань действительно спускались с гор каждые шестьдесят лет точно в срок, ей и впрямь пришлось бы поверить, что люди с Цанманшань умеют высчитывать судьбу по пальцам и выбирать правителя от имени небес.
— В конце концов, репутация у Цанманшань неплохая.
С таким званием, как «выбирающие правителя от имени небес», тот, кого они выберут, обретет законное право, ибо его имена правильны, и речи обоснованы2. Неудивительно, что у присутствующих изменились лица, на этот раз Е Ли поверила, что это не заговор Лэй Чжэньтина.
Мо Сюяо пренебрежительно хмыкнул.
— Выбирать правителя от имени небес? Никто не сможет помешать мне получить то, что я желаю. Неужели мне нужно, чтобы эта Цанманшань выбирала Бэньвана?
Е Ли весело улыбнулась.
— Бэньванфэй знает, что у нашего Ванъе есть высокие стремления. Вы ни за что не станете захватывать Поднебесную, полагаясь на связи по женской линии.
Глядя на ее яркое лицо, озаренное веселой улыбкой, Мо Сюяо, не будь они на глазах у всех, жаждал лишь одного, наброситься и укусить ее.
— У-у… — недовольно запротестовал Мо Сяобао, чьи маленькие ручки все это время были крепко зажаты так, что он не мог пошевелиться, но Мо Сюяо безжалостно заткнул ему рот порцией еды.
Лишившись возможности жаловаться, Мо Сяобао оставалось только обиженно хлопать огромными глазами, глядя на а-нян, но, к сожалению, в глазах Е Ли эта картина выглядела так, будто отец кормит сына, зажав его в объятиях, пусть и не слишком нежно. Е Ли всегда считала, что постоянное противоборство острия против острия3 между отцом и сыном, это не к добру, поэтому не стала мешать им укреплять взаимные чувства.
— Кажется, кого-то не хватает? — задумчиво проговорила Е Ли, глядя вниз.
С самого начала ей казалось, будто чего-то недостает. Однако, та женщина в белом, пришедшая с Цанманшань, внезапно выскочила и вызвала досаду, так что Е Ли на какое-то время стало не до этого. Мо Сюяо бросил взгляд вниз. Гостей было так много, что только в этой башне для любования видами собралось больше тысячи человек, и заметить, кто именно пришел или ушел, было действительно непросто.
______________________________________________
- муж поет, жена подпевает (夫唱妇随, fū chàng fù suí) — идиома, означающая согласие и единодушие между супругами. ↩︎
- Имена правильны, и речи обоснованы (名正言顺, míng zhèng yán shùn) — нечто совершенно законное, логичное и оправданное. ↩︎
- Острие против острия (争锋相对, zhēng fēng xiāng duì) — непримиримое противостояние, отвечать ударом на удар. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
