Дунфан Юй, уставившись на неё, заявила.
— Я пойду искать Цинчэнь-гунцзы вместе с тобой.
Е Ли нахмурилась.
— Да-гэ не захочет тебя видеть. Разве ты недостаточно ему навредила?
Дунфан Юй гневно воскликнула.
— Я вовсе не вредила Цинчэнь-гунцзы! Я просто… я просто…
Е Ли взмахнула рукой.
— Я не желаю слушать твои «просто». Просто ответь, ты останешься здесь и будешь вести себя смирно?
Дунфан Юй бросила на неё вызывающий взгляд.
— А если я откажусь? Попробуй свяжи меня, если сможешь.
На губах Е Ли заиграла улыбка.
— Раз так…
Её рука взметнулась и опустилась, чистым и ловким ударом ребра ладони она приложилась к шее Дунфан Юй. Та закрыла глаза и рухнула на землю.
— Вэй Линь.
Вэй Линь с восхищением посмотрел на Е Ли, кивнул и с улыбкой произнёс.
— Ванфэй может быть спокойна. Гарантирую, она не сможет поднять ни одной волны1.
В доме Дин-вана имелось предостаточно способов и снадобий, чтобы заблокировать внутреннюю энергию. Можно было не сомневаться, даже если Дунфан Юй очнётся, она останется вялой и не сможет пошевелить и пальцем.
Утихомирив Дунфан Юй, группа под предводительством тех нескольких людей прибыла к месту исчезновения Сюй Цинчэня. Это действительно был самый живописный уголок во всей долине. На земле лежал гладкий камень, который, в отличие от прочих валунов в округе, казался необычайно чистым. Очевидно, его часто протирали или сидели на нём. Е Ли опустилась на этот камень, окинула взглядом окрестности и спросила.
— Где книга, которую Да-гэ читал в тот день?
Люди переглянулись и спустя долгое время ответили.
— Кажется… она исчезла вместе с Цинчэнь-гунцзы.
Исчезновение Цинчэнь-гунцзы уже заставило всех носиться так, что куры взлетали, а собаки прыгали2, где уж тут было следить за какой-то неприметной книгой. Теперь же они припомнили, что Цинчэнь-гунцзы действительно выходил с книгой в руках, но после его исчезновения её поблизости не нашли. Это означало, что Цинчэнь-гунцзы забрал её с собой, когда уходил.
Чжо Цзин вполголоса произнёс, стоя подле Е Ли.
— Похоже, Цинчэнь-гунцзы ушёл не под принуждением, а по своей воле?
Если бы его похищали силой, разве смог бы он так предусмотрительно забрать с собой книгу? Версия о том, что Цинчэнь-гунцзы унесли в бессознательном состоянии, казалась ещё менее вероятной. Не могли же похитители, внезапно завидев древний свиток, и не в силах выпустить его из рук, решить прихватить и его в придачу?
Е Ли долго хранила молчание, после чего наконец указала на отвесную скалу перед собой.
— Осмотрите вершину.
Затем она указала на озеро неподалёку.
— Осмотрите дно.
Несколько шивэй в чёрных одеждах тут же подошли к утесу и начали карабкаться вверх по стене. Двое других шивэй, отлично плававших, ловко нырнули в воду и бесшумно скрылись в глубине.
— Ванфэй, Цинчэнь-гунцзы вряд ли мог… — те, кто раньше охранял Сюй Цинчэня, решили, что Е Ли подозревает, будто он упал в озеро, и поспешили её разубедить.
Если бы Цинчэнь-гунцзы действительно утонул здесь, то за прошедшие два дня тело уже должно было всплыть на поверхность.
Е Ли жестом велела им замолчать.
Вскоре спустился шивэй, лазивший на скалу.
— Докладываю Ванфэй, наверху действительно обнаружены следы человека, но… Цинчэнь-гунцзы вряд ли поднялся туда по склону.
Чтобы взобраться на столь высокий утес с человеком, не владеющим боевыми искусствами, потребовалось бы слишком много времени и сил. К тому же риск быть замеченными теми, кто остался внизу, был чересчур велик. Более того, ни на каменной стене, ни на самом утесе не осталось ни малейших зацепок. Разве что противник обладал настолько выдающимся искусством цингун, что смог подхватить Цинчэнь-гунцзы и без единой опоры одним махом взлететь на вершину, сохранив силы лететь дальше. Но такой внутренней энергией, пожалуй, не обладал даже Ванъе.
Е Ли тихо вздохнула, с самого начала она не питала особых надежд на этот счёт. Отпустив шивэй, она молча уставилась на подёрнутую лёгкой рябью озерную гладь.
Спустя ещё немалое время на поверхности наконец показалась голова шивэй, нырявшего в озеро. С явным восторгом в голосе он сообщил.
— Ванфэй, на дне озера есть глубокий карстовый грот. У меня есть подозрение, что он ведет наружу!
Вэй Линь нахмурился.
— Но, даже если так, разве Цинчэнь-гунцзы смог бы выбраться через него?
Глядя на запыхавшихся шивэй, было ясно, что они вернулись лишь тогда, когда у них почти кончился воздух. Телосложение Цинчэнь-гунцзы точно не позволило бы ему задерживать дыхание дольше, чем это делают шивэй из дома Дин-вана. И к тому же… умел ли Цинчэнь-гунцзы плавать?
Морщинка между бровей Е Ли слегка разгладилась.
— Да-гэ, разумеется, ушёл не сам.
— Ванфэй имеет в виду, что Цинчэнь-гунцзы кто-то увёл? — спросил Чжо Цзин.
Один из шивэй, всё ещё остававшийся в воде, поднял вверх нефритовую подвеску.
— Докладываю Ванфэй, я нашёл это на дне озера.
Вэй Линь шагнул вперёд и принял вещь. Это действительно была нефритовая подвеска, которую Сюй Цинчэнь обычно носил при себе. Шёлковый шнурок, на котором она крепилась, не был разорван, однако подвеску обнаружили в воде. Очевидно, кто-то намеренно бросил её туда. Сжимая нефрит в руке, Е Ли на мгновение задумалась и спросила.
— Там можно проплыть насквозь?
— Ваш подчинённый никчёмен. Боюсь, что… я отплыл довольно далеко, но так и не почувствовал выхода. К тому же это горы, и даже если выход есть, он может оказаться очень далеко, — повинился шивэй.
Е Ли махнула рукой.
— В чём тут ваша вина? Выбирайтесь на берег. Вэй Линь, отправь людей тайно прочесать всё в радиусе пяти ли. Записывайте всё, любые заводи, реки или пруды. Чжо Цзин, проверь, нет ли среди наших людей тех, кто вырос у моря и способен надолго погружаться под воду. Пусть попробуют пройти отсюда.
— Слушаемся! — в один голос ответили двое.
Сначала показалось, что появились вести о Сюй Цинчэне, но радость вышла преждевременной. Тем не менее теперь они хотя бы достоверно знали, что он здесь был. Е Ли хоть и тревожилась о безопасности Да-гэ, была вынуждена сперва вернуться в город.
Однако, в это время в городе Нанкин из-за внезапного исчезновения Дунфан Юй вовсю бушевали подводные течения. Повсюду сновали люди, присланные из особняка Ли-вана для обысков. Е Ли вместе с Чжо Цзином и Вэй Линем, изменившими внешность с помощью искусства маскировки лиц, по-прежнему спокойно и непринужденно прогуливалась по улицам. Тем временем Дунфан Юй уже переправили в столичный особняк Чу. Е Ли не собиралась использовать эту фигуру прямо сейчас, пугать змею раньше времени, не к добру. Когда Мо Цзинли покинет Нанкин, от Дунфан Юй и гор Цанманшань будет куда больше пользы.
Дунфан Юй доставили в особняк Чу в сундуке. Мо Цзинли, в исступлении разыскивавший её, разумеется, и подумать не мог, что Дунфан Юй, лишенную чувств, словно какой-то товар, переправят обратно в Нанкин. Неизвестно, забыли ли об этом носильщики, но, когда Е Ли вернулась в особняк Чу, Дунфан Юй всё ещё томилась взаперти.
Когда крышку сундука открыли, выяснилось, что Дунфан Юй давно очнулась. К несчастью для неё, после того как ей запечатали акупунктурные точки и опоили снадобьями, она была не способна на большее, чем годовалый ребёнок. Поэтому, хоть она и пришла в себя, ей оставалось лишь беспомощно скрючиться в сундуке, ожидая, когда её выпустят. Жизнь Дунфан Юй всегда была гладкой, если не считать безответных чувств к Сюй Цинчэню и вынужденного замужества за Мо Цзинли, она никогда не знала обид, а уж тем более не подвергалась подобному обращению. Едва сундук открыли, Вэй Линь почувствовал на себе её взгляд, острый, словно летящая стрела.
Вэй Линь пожал плечами и, нисколько не смутившись, одной рукой выудил Дунфан Юй и бросил её в стоявшее рядом кресло. Дунфан Юй с ненавистью уставилась на того, кто занимал главное место в комнате, но, увидев восседавшего там элегантного гунцзы, невольно замерла.
— Это ты?
Е Ли едва заметно улыбнулась и кивнула.
— Дунфан-гунян, мне жаль, что пришлось доставить вам такие неудобства.
Облик принадлежал Чу Цзюньвэю, но голос был голосом Е Ли. Лицо Дунфан Юй мгновенно исказилось, она процедила сквозь зубы.
— Е Ли, так это действительно ты! Как ты смеешь!..
Тот самый Чу-гунцзы, к которому она прониклась симпатией на празднике любования хризантемами, оказался переодетой Е Ли. Это унижало Дунфан Юй сильнее чего бы то ни было. Впрочем, сейчас ей было не до счётов, она поспешно спросила.
— Где Цинчэнь-гунцзы?
Е Ли несколько беспомощно покачала головой. Чувства Дунфан Юй к Сюй Цинчэню определенно можно было назвать глубокой преданностью, вот только она выбрала неверные методы, да и Сюй Цинчэнь и впрямь ничего к ней не испытывал. Любовь по взаимности никогда не бывает делом лишь одного человека. Если бы Дунфан Юй просто желала безмолвно любить Сюй Цинчэня, никому не мешая, то Е Ли, разумеется, не стала бы насмехаться над её чувствами. Но когда тебе уже твердо и решительно отказали, а ты продолжаешь намертво цепляться и даже пускать в ход всевозможные уловки, это, пожалуй, уже чересчур.
— Делами Да-гэ займется дом Дин-вана. Вам, Дунфан-гунян, если есть время, лучше подумать о себе, — бесстрастно произнесла Е Ли.
— Я хочу видеть Цинчэнь-гунцзы! — вскрикнула Дунфан Юй.
Е Ли нахмурилась.
— Мы еще не нашли Да-гэ.
— Я хочу видеть Цинчэнь-гунцзы! — Дунфан Юй словно и не слышала слов Е Ли, продолжая истошно вопить.
Е Ли беспомощно вздохнула.
— Раз разговор не клеится, отведите Дунфан-гунян отдыхать.
— Е Ли! Я хочу видеть Цинчэнь-гунцзы! — Дунфан Ю яростно уставилась на Е Ли, словно та была злой свекровью, разлучающей пару уток-мандаринок.
Е Ли, сузив глаза, посмотрела на нее и тихо спросила.
— Дунфан-гунян, за все эти дни ты хоть раз вспомнила о Дунфан-фужэнь?
Дунфан Юй вздрогнула, её лицо мгновенно стало мертвенно-бледным.
Е Ли махнула рукой, веля увести её.
Возможно, из-за того, что Е Ли внезапно упомянула Дунфан Хуэй, Дунфан Юй и вовсе ушла, лишившись чувств.
— Ванфэй, никак не ожидала, что, отлучившись ненадолго, вы приведете назад столь незаурядную особу.
У дверей, улыбаясь, стояла Яоцзи. Е Ли слегка приподняла бровь и, глядя на пришедшую лично Яоцзи, спросила.
— Почему ты здесь?
Яоцзи рассмеялась.
— Ли-ван сейчас обыскивает весь город. Я сразу поняла, что случилось нечто серьезное. Но никак не думала, что это Ли-ванфэй пропала.
Е Ли стало любопытно.
— Мо Цзинли не стал придавать это огласке?
Яоцзи, прикрыв рот рукой, усмехнулась.
— Боюсь, Мо Цзинли уже убежден, что Дунфан Юй сбежала вместе с Цинчэнь-гунцзы. Стал бы он разглашать такое и позориться? Он и представить не может, что Шэчжэнванфэй, которую он ищет повсюду, находится здесь, в особняке семьи Чу, совсем недалеко от особняка Ли-вана. Ну, как? Есть вести о Сюй Цинчэне?
Е Ли слегка нахмурилась и покачала головой. Яоцзи тихо вздохнула.
— Ванфэй не стоит так тревожиться. Сюй Цинчэнь человек достойный, его само Небо хранит, с ним всё будет в порядке. Ах да, я пришла к вам с важным делом.
Е Ли с улыбкой посмотрела на нее. Яоцзи помахала приглашением в руке.
— Ли-ван собирается в поход, но военные расходы несколько скудны, поэтому он планирует устроить пир для столичной знати и богатых купцов, чтобы занять у них денег.
Е Ли на мгновение замерла и лишь спустя время произнесла.
— Значит, Мо Цзинли собирается занять денег у меня, чтобы напасть на армию Мо?
Яоцзи рассмеялась.
— А, как иначе, ведь семья Чу один из именитейших родов Великого Чу?
________________________________________________________
- поднять ни одной волны (翻不出什么浪, fān bù chū shénme làng) — быть неспособным вызвать проблемы или предпринять какие-либо значимые действия. ↩︎
- куры взлетают, собаки прыгают (鸡飞狗跳, jī fēi gǒu tiào) — идиома, описывающая крайний хаос, суматоху и панику. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
