Лифэй оцепенело смотрела на развороченную комнату и не находила слов. Не только внешняя стена оказалась проломлена, но и перегородки, соединяющие три соседних номера, были разбиты вдребезги. Всё ли в порядке с этим постоялым двором? Выстоит ли он? Не рухнет ли внезапно?
Стоит ли ей, пренебрегши предостережением Дунъян-чжэньжэня, выйти наружу?
Лифэй высунулась из пролома в стене. Весь город был объят пожарами, в небе кружились сонмы демонов, а земля была залита кровью. Кровь людей и демонов смешалась воедино, как и их трупы.
Ей никогда раньше не доводилось видеть столь яростной битвы, это было поистинно потрясающее сердце зрелище.
Внезапно над головой раздался резкий свист ветра. Лифэй отшатнулась, и в то же мгновение мимо её носа пронеслась огромная чёрная ладонь с когтями острее ножей. Порыв ветра даже срезал прядь её длинных волос.
Она отступила на несколько шагов, и в этот момент снаружи раздался пронзительный вопль, похожий на плач младенца. В пролом в стене протиснулась жуткая голова, размером больше самой стены. Глаза чудовища налились кровью, а из острого клюва несло густым запахом гнили. Это был свирепый зверь гудяо.
Дело плохо, если он ворвётся внутрь, постоялый двор точно рухнет! Лифэй призвала летящий меч и одним ударом пронзила глаз твари. Гудяо с мучительным криком отдернул голову. Лифэй больше не смела оставаться в комнате, но и далеко уходить ей было нельзя: стена разрушена, и если внутрь ворвутся демоны, все люди в гостинице погибнут!
Она превратилась в облако лазурного дыма и вылетела наружу. Призвав «Рёв злато-водного дракона», она окружила разбитую стену всполохами золотого тумана. Эту технику ей передал Жи Янь. Каждый раз, когда она видела, как её применяет Лэй Сююань, это казалось ей невероятно величественным. К сожалению, у неё не было духовного корня металла, поэтому её «Рёв злато-водного дракона» не был столь же острым и сокрушительным, а золотое сияние выглядело тусклым.
Ослепший на один глаз гудяо впал в неистовство. Яростно хлопая крыльями, он снова бросился в атаку. Лифэй сосредоточилась и сложила пальцы в печати. Её тело окутало тусклое оранжевое сияние — это была «Защита Владыки Земли», которую она упорно тренировала много дней. Следом она призвала несколько огромных камней в человеческий рост и взорвала их. Гудяо, не успев даже пикнуть, превратился в решето и тяжело рухнул вниз.
Только Лифэй облегчённо вздохнула, как почувствовала движение воздуха за спиной. Она не успела уклониться, и половина её тела оказалась в окровавленной пасти — в лицо ударило зловоние. Это был ещё один гудяо.
Лифэй ещё не могла долго поддерживать «Защиту Владыки Земли». После недавнего боя и укуса гудяо оранжевое сияние сильно потускнело и готово было вот-вот рассеяться. Она воздвигла несколько земляных стен и собралась призвать валуны, как вдруг над головой снова свистнул ветер. Земляные стены мгновенно разлетелись в прах. Она поспешно обратилась в лазурный дым, чтобы уклониться, и увидела, что на неё нападают сразу четыре или пять гудяо.
Почему они все слетелись сюда?! Лифэй на облаке кружила, избегая атак стаи, как вдруг сзади выскочил ещё один гудяо. Руку пронзила острая боль, и неведомая, необоримая сила потащила её прочь. Тварь схватила её за предплечье и, подняв в воздух, стремительно унесла на приличное расстояние.
Её атакующие техники не были столь же сокрушительными, как у Лэй Сююаня, да и сейчас от них было мало толку. Она насилу призвала «Защиту Владыки Земли», как вдруг почувствовала позади нестерпимый жар. Бесчисленные огненные змеи с ревом устремились вперёд, мгновенно опутывая и сдавливая вопящих гудяо. Лифэй удалось вырваться из плена, и она тут же отлетела на облаке в сторону. Пламя бушевало, словно огненная гора, изрыгая тысячи огненных языков, и в мгновение ока стая свирепых зверей обратилась в пепел.
Такую властную технику огня среди её знакомых мог применить лишь один человек.
Лифэй обернулась. Сквозь яркие отблески огня на неё, нахмурившись, смотрел Цзи Тунчжоу. Трудно было описать его взгляд. Никто и никогда так на неё не смотрел. Он поспешно полетел к ней через море огня, но внезапно замер в воздухе, не шевелясь.
Что делать? Поздороваться? Лифэй замялась, и в следующий миг из её рукава выпал обрывок талисмана. Она поспешно подхватила его. Это был амулет, который раньше дал им Чун И-чжэньжэнь. Когда гудяо ранил её в руку, талисман оказался разорван.
Техника отвода глаз исчезла.
Она опустила взгляд: наряд деревенской девушки сменился формой ученика Уюэтин. Она снова посмотрела на Цзи Тунчжоу. Он всё так же хмурился, его глубокие глаза оставались неподвижными, он пристально взирал на неё.
Лифэй внезапно почувствовала невыносимую неловкость. Она не могла, как раньше, беззаботно приветствовать Цзи Тунчжоу и разговаривать с ним, но и не могла считать его чужим. Как же поступить? Просто стоять и глазеть друг на друга?
Цзи Тунчжоу долго смотрел на неё, затем внезапно развернулся и улетел, не проронив ни слова.
Лифэй замерла в воздухе, не понимая, чувствует ли она разочарование или облегчение. Неужели дружбе пришёл окончательный конец? Теперь они станут друг для друга чужими людьми? На самом деле, отношения между незнакомцами были бы лучше, чем эта неловкость между ними…
Мелкий весенний дождь утихал в чжане над крышами, и неистовство пожаров в городе постепенно затихало. Над поселением была раскинута огромная сеть духовной энергии. Демонические твари и свирепые звери снаружи сети начали отступать, а тех демонов, что остались внутри, постепенно истребляли бессмертные.
Лифэй, зависнув в воздухе у проломленной стены постоялого двора, наблюдала за происходящим, когда увидела приближающегося на облаке Лэй Сююаня. Его маскировка тоже давно была разрушена. Белоснежное одеяние ученика было сплошь покрыто кровью демонов. Увидев, во что превратилась гостиница, он нахмурился, подлетел к ней и тихо спросил:
— Не пострадала?
Лифэй покачала головой и, немного подумав, всё же сказала:
— Я только что встретила Цзи Тунчжоу.
Лэй Сююань не выразил ни согласия, ни несогласия, лишь втащил её внутрь и, усадив на пол, добавил:
— Сиди здесь и не двигайся.
Он завис снаружи на облаке и наложил на разрушенную стену слой «Рёва злато-водного дракона». Золотистое марево тумана тут же стало ярким и сияющим. Редкие демоны, прорвавшиеся сквозь сеть и в панике метавшиеся по округе, гибли от его руки с одного удара. Хотя летающих демонов в небе было много, казалось, что они не слишком сильны. Возможно, как и говорила старейшина Цинлэ, это было лишь начало, и по-настоящему могущественные демоны и звери вряд ли стали бы действовать такими толпами.
Когда начало светать, демоны в городе были окончательно истреблены. Повсюду громоздились горы их трупов, залитые чёрной кровью. Пронзительный плач горожан сменился тихими всхлипами. Хотя заклинатели изо всех сил старались убивать демонов, избежать жертв среди простых людей не удалось. Никогда раньше не случалось, чтобы такое количество демонических тварей внезапно нападало на город ночью ради пропитания.
Больше десяти старейшин один за другим вернулись на постоялый двор. Видя разруху в гостинице и хаос в городе, Дунъян-чжэньжэнь невольно нахмурился и вздохнул:
— Как могли демонические твари напасть на город ночью во время миграции? Это неслыханно.
Судя по всему, великим школам бессмертных придётся отправить людей для охраны городов на пути миграции демонов, иначе к концу этого похода все люди погибнут.
Один из старейшин задумчиво произнёс:
— Дело чрезвычайной важности. Сначала я вернусь в школу и доложу об этом четырём главам, а затем мы примем решение.
Остальные старейшины выразили согласие, и тот заклинатель тут же отбыл на облаке. Другой старейшина негромко заметил:
— Прошлой ночью ситуация была исключительной, и мы сняли скрывающие заклятия. Боюсь, другие школы в городе уже заметили нас. Снова накладывать маскировку сейчас было бы слишком явной попыткой скрыть очевидное. Нужно придумать подходящий предлог. Хорошо, что двое старейших бессмертных так и не показались. Сейчас, когда мы несём при себе важный предмет, во всём нужно соблюдать осторожность.
Старейшины принялись обсуждать оправдания, а Лэй Сююань, заметив пятна крови на руке Лифэй, взял её за ладонь и засучил рукав, чтобы осмотреть рану.
— Это пустяк, всё уже зажило, — с улыбкой посмотрела на него Лифэй.
Лэй Сююань обнял её и спустя мгновение тихо прошептал:
— В следующий раз, когда будет угрожать опасность, не забудь позвать меня.
Лифэй немного возмутилась:
— Мы оба — ученики, прорвавшиеся через третью преграду. Почему тебе позволяют выходить и убивать демонов, а я должна сидеть в комнате и не двигаться?
Лэй Сююань тихо рассмеялся:
— Решила тягаться со мной?
Он что, не принимает её всерьёз? Лифэй наступила ему на ногу:
— Берегись, в будущем я стану настолько сильной, что заставлю тебя искать свои зубы по всему полу.
Лэй Сююань погладил её по голове, как вдруг снаружи раздался свист ветра. Перед собравшимися мгновенно приземлились несколько человек. Это были двое старейшин из Обители Огненного Лотоса, а следом за ними старик и юноша: старейшина Учжэнцзы из Павильона Синчжэн и Цзи Тунчжоу.
Лифэй снова почувствовала некоторую неловкость, едва завидев Цзи Тунчжоу, однако он ни разу не взглянул в её сторону, а лишь стоял с отрешённым видом, словно и вовсе не был знаком с ними обоими.
— Никак не ожидала, что в город Дуаньмин прибудет столько чжанлао Уюэтин. Мы не заметили этого раньше и проявили неучтивость, посему надеемся, что почтенные не взыщут.
Одна из чжанлао-женщин Обители Огненного Лотоса вышла вперёд и поклонилась. Хотя её тон был вежливым, слова прозвучали колко. Она упомянула о том, что ранее они использовали техники скрытности и отвода глаз, дабы утаить свои личности. Появление сразу десятка чжанлао Уюэтин было событием немалым; сейчас, когда в мире начали проявляться странные знамения, любое движение такой крупной школы могло вызвать бурю. К тому же это место находилось совсем рядом с Обителью Огненного Лотоса, так что они были куда бдительнее прочих.
Учжэнцзы тоже выступил вперёд с поклоном, но промолчал. Раз уж Обитель Огненного Лотоса взяла слово, ему самому не было нужды задавать вопросы, дабы не портить добрые отношения между Павильоном Синчжэн и Уюэтин.
Гуан Вэй-чжэньжэнь с улыбкой произнёс:
— Мы проявили поспешность. Сегодня повсюду возникают странные знамения, и барьер на Утёсе Белого Края, нашего места для испытаний в центре Срединных земель, кажется, утратил устойчивость. Вдобавок началась миграция демонических тварей из четырёх морей, поэтому четверо чжанмэней направили нас сюда для проверки. Поначалу мы не желали беспокоить почтенных бессмертных, однако минувшая ночь выдалась необычной, так что сегодня нам непременно следует принести свои извинения.
Люди из Обители Огненного Лотоса увидели, что его объяснения вполне убедительны. Утёс Байбянь был местом для испытаний высокого ранга, и если с барьером возникли проблемы, для починки действительно требовалось множество чжанлао. К тому же за десятью с лишним чжанлао следовали двое учеников. Вероятно, они хотели воспользоваться миграцией монстров, чтобы те поохотились на тварей и создали магические артефакты. Если бы действительно случилось нечто серьёзное, вряд ли бы стали привлекать молодых учеников. При этой мысли лица двух чжанлао тут же смягчились, и они с улыбкой ответили:
— Благодарим, что вы вмешались минувшей ночью. Если бы мы полагались лишь на свои силы, то, боюсь, не перебили бы всех тварей и по сей день, а потери в городе Дуаньмин оказались бы куда тяжелее.
Чжанлао обменялись любезностями, и в одно мгновение атмосфера вновь стала на редкость гармоничной.
Гуан Вэй-чжэньжэнь заметил, что молодой ученик за спиной Учжэнцзы был примерно одного возраста с Лэй Сююанем, но уже достиг уровня культивации, преодолевшего третий порог. Он тут же похвалил:
— Учжэн-сяньшэн, не ожидал встретить вас здесь. Ваш ученик поистине талантлив и зрел не по годам. Прошлой ночью я видел, как он в одиночку сразил бессчётное множество демонических тварей, его бессмертные техники воистину достигли предела совершенства.
Учжэнцзы с улыбкой ответил:
— Гуан Вэй-сяньшэн, вы слишком добры в своих похвалах, это ваш выдающийся ученик по-настоящему поражает талантом. В связи с недавней миграцией тварей я, не имея важных дел, решил взять своего юного ученика с собой, дабы поохотиться на монстров для создания артефактов, а заодно дать ему развеяться. Судьба свела нас здесь, и мне следовало бы продолжить путь вместе с вами, однако у почтенных есть важные поручения, и мне не пристало обременять вас своим присутствием. Если представится случай в будущем, мы ещё побеседуем как следует.
С этими словами он откланялся. Цзи Тунчжоу склонился в глубоком поклоне и молча последовал за ним.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
