Утро выдалось ясным. Лёгкий ветерок, овевающий лицо, нёс в себе первое летнее тепло. Он играл с рукавами, принося с собой тонкий аромат.
Мэн Тинхуэй медленно шла вдоль красных лакированных заграждений, окружавших дворцовый город, и отчётливо ощущала на себе странные взгляды прохожих.
Она поджала губы, и свет в её глазах то гас, то разгорался вновь.
Хотя она и не знала истинных намерений наследного принца, он, одарив её столь неслыханными почестями, очевидно, предвидел, что при дворе её неминуемо настигнут пересуды.
Неужели он намеренно хотел поставить её в неловкое положение?
Она глубоко вздохнула, подняла глаза к далёким дворцовым стенам и увидела женщину в зелёном платье. Та стояла у красной стены Архива и, улыбаясь, смотрела на неё издалека.
Не успела она её как следует рассмотреть, как женщина уже с улыбкой пошла ей навстречу. Слегка приподняв рукава в приветственном поклоне, она произнесла:
— Чиновник Мэн.
Мэн Тинхуэй узнала её, и на её лице отразилось лёгкое смущение. Лишь спустя мгновение она кивнула:
— Чиновник Шэнь, вы специально ждали меня здесь?
— Именно, — улыбаясь, ответила Шэнь Чжили. Сказав это, она развернулась и пошла вместе с Мэн Тинхуэй по северной галерее дворцового города в сторону Академии Ханьлинь.
Но Мэн Тинхуэй остановилась.
— Чиновник Шэнь, если у вас есть ко мне дело, не лучше ли сказать прямо?
Шэнь Чжили заметила, что лицо её было не слишком ясным, и, не зная, что у неё на уме, почувствовала лёгкое недоумение.
— В последние дни при дворе все только и делают, что осуждают вас, чиновник Мэн, и особенно усердствует в этом Академия Ханьлинь. Сегодня ваш первый день в Академии, и я, оказавшись здесь по делам, подумала, что могла бы вас проводить. Как вы на это смотрите?
Услышав это, Мэн Тинхуэй на миг замерла, а затем, опустив голову, поджала губы.
— Я неверно вас поняла. Благодарю чиновника Шэнь за доброту.
Увидев Шэнь Чжили, она сперва решила, что та, наслушавшись громких слухов, пришла призвать её к ответу. Ведь вся столица твердила, что Шэнь Чжили — единственная достойная кандидатура на роль супруги наследного принца. Учитывая их многолетние отношения, как она могла остаться в стороне, когда вместо указа о браке до неё дошли слухи о том, как Мэн Тинхуэй запятнала безупречную репутацию принца?
Но, видимо, она надумала лишнего.
Шэнь Чжили бросила на неё несколько взглядов и, опустив ресницы, спросила:
— А что, по-вашему, я здесь делала, чиновник Мэн?
Мэн Тинхуэй ответила прямо:
— Услышав придворные пересуды, вы разве не возненавидели меня, чиновник Шэнь?
Шэнь Чжили мягко улыбнулась.
— Чиновник Мэн, вы и вправду прямолинейны, раз можете задавать такие вопросы вслух. — Она помолчала с полминуты и добавила: — С чего бы мне вас ненавидеть?
Мэн Тинхуэй опустила взгляд.
— Разве чиновник Шэнь не метит на место супруги наследного принца?
В глазах Шэнь Чжили промелькнул огонёк.
— А если я не буду на него метить, неужели чиновник Мэн думает, что у неё появится шанс?
Мэн Тинхуэй уставилась на свои ноги. Бесконечные дворцовые плиты с вырезанными на них драконами, фениксами и летящими облаками уходили вглубь Запретного города. Их цвет был тёмным и пепельно-серым. После долгого молчания она вдруг рассмеялась, но ничего не сказала.
Увидев её смех, Шэнь Чжили и сама невольно улыбнулась.
— Разве наследный принц нашей династии когда-либо помышлял о делах амурных? Все говорят, что императрица отречётся от престола, как только наследный принц выберет себе супругу. Но разве они знают, что он за человек? Если он не желает брать супругу, кто может его заставить? А что до отречения императрицы, боюсь, это дело уже давно решённое…
Мэн Тинхуэй отвела взгляд в сторону.
— Зачем чиновник Шэнь рассказывает мне эти дворцовые тайны?
— Тайны? — Глаза Шэнь Чжили блеснули, и выражение её лица снова изменилось. Она улыбнулась: — Кстати, о тайнах. Недавно мне довелось ознакомиться с историей вашего детства, чиновник Мэн.
— Я росла без отца и матери, в моей жизни не было ничего примечательного, — ответила Мэн Тинхуэй.
— Зачем же вы так себя принижаете, чиновник Мэн? — возразила Шэнь Чжили. — Обо всём, что с вами было в юности, знает и наследный принц.
Эти слова были полны намёков и заставили её сердце дрогнуть.
Значит, он уже знает, что она — тот самый ребёнок из прошлого?
Она невольно вспомнила тот день в зале Баохэ, когда он, взяв её за подбородок, изучал её лицо. Его холодный, пронизывающий взгляд, казалось, проникал до самых костей. Должно быть, он уже тогда всё знал.
Она нахмурилась, и вдруг ей показалось, что она начала что-то понимать. Но тут же замерла в новом изумлении.
Когда он устно даровал ей те почести, он ведь явно сделал это из сочувствия к её многолетним невзгодам и чтобы её, женщину без семьи и поддержки, не притесняли в Академии Ханьлинь. А она решила, что он насмехается над её жаждой славы, и, заявив, что он ей не господин, а она ему не подданная, в порыве мятежного духа позволила себе ту дерзость… Теперь почести остались, но их смысл стал совсем иным.
Её сердце упало. Она вдруг ощутила досаду на собственную импульсивность, погубившую его добрые намерения.
Вдалеке виднелись дворцовые палаты с резными коньками крыш и расписными балками, с многоярусными стропилами и карнизами. Блестела на солнце глазурованная черепица бесчисленных дворов и залов, повсюду пестрели алые перила и цветные решётки.
Миновав две угловые башни, они увидели впереди Академию Ханьлинь.
Шэнь Чжили вела её вперёд, говоря на ходу:
— Старые чиновники из Академии Ханьлинь кичатся своей праведностью и чистотой помыслов, но не понимают, что вся их учёность уходит на словесные баталии «чистого течения». Сегодня я провожу вас, и никто не посмеет вас притеснять. А впредь, если вы не будете говорить лишнего, как бы они вас ни невзлюбили, у них не будет повода для придирок.
Мэн Тинхуэй преисполнилась благодарности.
— Я ещё не отблагодарила вас, чиновник Шэнь, за рекомендательное письмо перед столичными экзаменами, а вы снова так добры ко мне. Как я смогу вас отблагодарить?
Шэнь Чжили лишь молча улыбалась. Только дойдя до ступеней Академии, она тихо произнесла:
— Это я должна вас благодарить. Если бы не эта буря, которую вы подняли, боюсь, доклады старых сановников с прошением сделать меня супругой наследного принца уже давно лежали бы на столе.
Мэн Тинхуэй резко повернула голову, глядя на неё.
— Так значит…
Шэнь Чжили поджала губы и, не дав ей договорить, подтолкнула её в павильон у входа в Академию. Они вошли внутрь одна за другой.
Тут же кто-то поднялся им навстречу. Увидев Шэнь Чжили, он улыбнулся:
— Чиновник Шэнь, какими судьбами вы сегодня здесь?.. — Его взгляд скользнул на Мэн Тинхуэй, и лицо мгновенно застыло.
Мэн Тинхуэй узнала этого человека: на дворцовом экзамене он подавал свитки с темами у жёлтого стола. Должно быть, он тоже был сючжуанем. Она слегка поклонилась в знак приветствия.
Из зала ожидания в западном крыле вышел чиновник в фиолетовом одеянии. Увидев Шэнь Чжили, он удивлённо поднял брови. — Лэянь, как ты здесь очутилась?
— Как хорошо, что чиновник Лю сегодня в Академии, — с улыбкой ответила Шэнь Чжили. — Мы с чиновником Мэн старые знакомые. Я случайно встретила её в северной галерее дворцового города и, узнав, что она сегодня поступает на службу в Академию, решила проводить её и заодно засвидетельствовать почтение вам, чиновник Лю.
Мэн Тинхуэй, последовав её примеру, поклонилась и произнесла:
— Учёный Лю. Она узнала в нём ученого Академии Ханьлинь Лю Жэня, который в день экзамена сидел рядом с наследным принцем, и потому, опустив глаза, благоразумно молчала.
Лю Жэнь не ответил на её поклон, лишь улыбнулся Шэнь Чжили.
— Великий наставник Шэнь в прошлый раз обещал сочинить стихи к моей новой картине, но я до сих пор не могу застать его в свободную минуту.
— Я по возвращении потороплю отца, как можно забыть о стихах для чиновника Лю? — С широкой улыбкой Шэнь Чжили как бы невзначай обвела взглядом присутствующих. — А чиновника Фана, что ведает архивами, сегодня нет? Я как раз хотела порекомендовать чиновника Мэн в архивный отдел, чтобы она поучилась у него некоторое время.
Лицо Лю Жэня слегка напряглось, и он тут же отказал:
— Штат сючжуаней и редакторов, занимающихся историей предыдущей династии, уже укомплектован. Чиновник Мэн обладает выдающимися талантами, и я пока не знаю, какое дело поручить ей в Академии Ханьлинь. Подождём несколько дней, я посоветуюсь с другими, а потом сообщу чиновнику Мэн.
— Буду смиренно ждать распоряжений чиновника Лю, — с улыбкой ответила Мэн Тинхуэй. — А пока я могу помогать учёным, указным секретарям и сючжуаням в разборе документов.
Лю Жэнь ожидал увидеть высокомерную особу, а учитывая скандальные слухи о ней и наследном принце, полагал, что она будет не из тех, с кем легко найти общий язык. Но она держалась так скромно и почтительно, что он не нашёлся, что на это сказать. Нахмурившись, он собрался провести её по залам, чтобы представить великим учёным и указным секретарям Академии.
Однако Шэнь Чжили это не устроило. Не дав им уйти, она с улыбкой вмешалась:
— Раз все должности заняты, может, должность чжихоу1 в Восточном дворце ещё свободна и чиновник Мэн могла бы её занять? — Не дожидаясь реакции Лю Жэня, она быстро добавила: — В последнее время у наследного принца всё больше государственных дел. Больше половины докладов из Центрального Секретариата и Канцелярии он визирует вместо императрицы. По ночам ему часто не хватает человека, который мог бы составлять для него черновики указов.
— Это… это… — Лю Жэнь был поражён. Он совершенно не понимал, почему Шэнь Чжили готова отправить Мэн Тинхуэй в Восточный дворец, и от изумления потерял дар речи.
Вокруг было немало тех, кто навострил уши, и теперь, услышав это, они застыли с отвисшими челюстями. Все знали, что Шэнь Чжили и наследный принц — идеальная пара, и если когда-нибудь будет избрана супруга, то ею непременно станет она. Но слухи о Мэн Тинхуэй не только не разозлили её, но и заставили собственными руками отправить соперницу к принцу? Да она что, с ума сошла!
Шэнь Чжили уже тянула Мэн Тинхуэй к выходу. Обернувшись к толпе, она ослепительно улыбнулась.
— Если чиновник Лю не возражает, я по пути провожу чиновника Мэн в Восточный дворец.
Лю Жэнь, оправившись от шока, не смог придумать ни одного предлога для отказа. Ему ничего не оставалось, как вернуться, взять деревянную табличку с красными иероглифами — пропуск в правые боковые врата — и протянуть её Мэн Тинхуэй.
— Раз уж идёте в Восточный дворец, будьте усердны в письме и не посрамите доброе имя Академии Ханьлинь!
Мэн Тинхуэй, всё ещё пребывая в оцепенении, лишь машинально взяла табличку и вышла вслед за Шэнь Чжили.
Снаружи сияло солнце. Широкие листья на длинных ветвях высоких деревьев покачивались, словно веера. Лазурное небо, изумрудная листва, разноцветная черепица, алые врата с золотыми шляпками гвоздей… Всё это становилось ближе, и чем ближе, тем нереальнее.
Наконец она пришла в себя и, повернувшись, спросила Шэнь Чжили:
— Почему вы не сказали мне об этом до того, как мы вошли в Академию?
— Это была спонтанная идея, — моргнув, ответила Шэнь Чжили. — Я не ожидала, что Лю Жэнь будет действовать так прямолинейно и не оставит никаких лазеек. Но раз уж он так поступил, пусть не обижается, что я воспользовалась этой возможностью!
— Защита на один день — не защита на всю жизнь, — нахмурилась Мэн Тинхуэй. — Я не могу вечно оставаться в Восточном дворце. Рано или поздно мне придётся вернуться в Академию.
— Когда увидишь наследного принца, — с хитрой улыбкой сказала Шэнь Чжили, — просто скажи, что старые чиновники из Академии не желают работать с женщиной. Пусть он за тебя заступится и обеспечит тебе в Академии спокойную должность по составлению исторических хроник.
Свет в глазах Мэн Тинхуэй померк.
— Наследный принц скорее будет раздосадован моим появлением, чем станет за меня заступаться.
Шэнь Чжили вскинула брови и, лишь улыбнувшись, ничего больше не сказала.
За правыми боковыми вратами находился павильон Тяньчжан. Далее на восток виднелись Военный совет, Главное управление и ведомства Центрального Секретариата и Канцелярии. Миновав широкую галерею у зала Вэньдэ и пройдя на север ещё двести шагов, можно было увидеть врата Дунхуа, за которыми и располагался дворец наследного принца.
Мэн Тинхуэй следовала за Шэнь Чжили до самого дворца, и её сердце учащённо билось.
Вдалеке величественные карнизы дворцовых палат сливались с небом, а под ногами простирались каменные ступени, украшенные цветным узором. При одной мысли о том, кто находился в этом дворце, её пальцы начинали мелко дрожать.
Шэнь Чжили предъявила табличку из Академии. Стражники, очевидно, знали её, поэтому, взяв табличку, с улыбкой сказали:
— Наследный принц после утреннего приёма отбыл в Главное управление и ещё не вернулся. Говорят, после он отправился на плац наблюдать за стрельбой из лука дворцовых гвардейцев. Неизвестно, когда он вернётся. Может, чиновник Мэн подождёт здесь?
Мэн Тинхуэй поблагодарила их, но сказала, что не смеет утруждать ожиданием у входа во дворец и зайдёт позже. Она забрала табличку и вместе с Шэнь Чжили направилась обратно.
В душе она почувствовала лёгкое разочарование.
Словно туго натянутая струна вдруг лопнула без предупреждения, и все её надежды пошли прахом.
Шэнь Чжили, скрестив руки на груди и щурясь на солнце, произнесла:
— Какая прекрасная погода! — Затем, повернувшись к ней, добавила: — Я сбежала из Военного управления, мне нужно поскорее вернуться. Ты ведь уже знаешь дорогу из дворца?
Мэн Тинхуэй кивнула и поспешно ответила:
— Чиновник Шэнь, занимайтесь своими делами, не беспокойтесь обо мне.
Увидев, что Шэнь Чжили скрылась за вратами Дунхуа, она опустила взгляд на деревянную табличку в руке и скривила губы.
Придворная служба оказалась куда сложнее, чем она себе представляла.
Вдруг с поперечной улицы на западе донёсся цокот копыт по камню — ясный и чёткий, он долетал с каждым порывом ветра.
Запретный город… Кто осмелится здесь ехать верхом, не спешиваясь…
- Чжихоу (祗候 / Zhīhòu) — должность младшего придворного или учёного, приставленного к высокопоставленному лицу или ведомству для исполнения поручений, а также для литературной или секретарской работы. В данном контексте это назначение — одновременно и ловушка (унизительная должность для чжуанъюань), и возможность (служба непосредственно при наследном принце).
↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
