Шэнь Сихэ никак не ожидала, что Бянь Сяньи вот так умрет на ее глазах.
Бянь Сяньи, та гунян, полная решимости и никогда не склонявшая головы — даже когда из-за преступления семьи Бянь она попала в Етин, она упорно прокладывала свой собственный путь. Такой человек должен был безмерно ценить свою жизнь, так как же она могла с такой легкостью умереть?
Шэнь Сихэ не могла этого понять, но Бянь Сяньи и вправду так и скончалась: аромат рассеялся, а нефрит разбился 1.
Когда это обнаружила следовавшая за Бянь Сяньи служанка, раздался пронзительный крик, привлекший бесчисленное множество других служанок. Вскоре подоспели стража запретного дворца, придворные слуги и медицинские работники, а следом за ними прибыли управляющая гаремом Жун-гуйфэй и принцесса Пинлин.
— Что произошло? — спросила Жун-гуйфэй.
Вид мертвой Бянь Сяньи была ужасен, и у всякого, кто видел ее залитое кровью лицо, на душе оставался неприятный осадок. Многие ошибочно подумали, что Шэнь Сихэ отравила ее в глубине дворца, а потому все трепетали от страха и не смели вымолвить ни слова.
— Фан Игун, отчего Бянь Дадзя умерла столь мучительной смертью? — спросила Жун-гуйфэй подошедшего медицинского работника.
— Отвечаю няннян, Бянь Дадзя приняла яд. Этот яд получен из ядовитого гриба, он мгновенно вызывает кровотечение из семи отверстий 2 и повреждает пять органов и шесть полостей. Даже Великий Ло Цзинсянь был бы бессилен что-либо изменить, — ответил медицинский работник.
— Почему Бянь Дадзя отравилась? Откуда во дворце подобный яд? — Жун-гуйфэй обвела всех суровым взглядом. Присутствующие молчали подобно цикадам в холода, не смея проронить ни звука. Наконец ее взор смягчился и остановился на Шэнь Сихэ: — Почему Чжаонин-цзюньчжу здесь?
— Жун-гуйфэй-няннян, сегодня я вошла во дворец, чтобы получить ответы от Бянь Дадзя, и она приняла яд, покончив с собой прямо при мне, — сказав это, она посмотрела на чашу, из которой пила Бянь Сяньи. — Если я не ошибаюсь, яд был именно в чаше.
Получив знак от Жун-гуйфэй, Фан Игун немедленно осмотрел чашу, и в ней действительно оказался яд.
Шэнь Сихэ поначалу думала, что яд будет только в чаше Бянь Сяньи, а в ее собственной — нет, чтобы таким образом было удобнее обвинить ее. Но оказалось, что в ее чаше тоже был яд; в итоге выяснилось, что отравлен был весь чайник.
Чай же заваривала сама Бянь Сяньи, это видели многие дворцовые слуги в чайной комнате, и по пути сюда ее тоже сопровождали люди.
Они помогли ей принести приготовленные сегодня чайные закуски, и она все время ждала здесь, зная, что кто-то приведет Шэнь Сихэ.
Шэнь Сихэ пробыла здесь меньше времени, чем требуется, чтобы выпить половину чашки чая, так что она никак не могла отослать Бянь Сяньи и за ее спиной подсыпать яд в воду.
— Сегодня Бянь Дадзя будто знала, что цзюньчжу придет, и велела рабыне ждать снаружи, — вполголоса произнесла служанка, которая вела Шэнь Сихэ.
— Сегодня Бянь Дадзя еще говорила странные слова, — добавила другая служанка. — Она сказала, что, боюсь, больше не сможет пить чай вместе с нами.
— Когда я сегодня зашла в чайную комнату, Бянь Дадзя как раз закончила заваривать чай. Ее мастерство было выдающимся, и прежде она всегда относилась к нам дружелюбно, поэтому я осмелилась попросить у нее чашечку, но сегодня она не дала, сказав: «Этот чай пить нельзя», — произнесла еще одна служанка.
Ее слова подтвердили и многие другие.
Таким образом, дело прояснилось: Бянь Сяньи покончила с собой, приняв яд. Но почему она это сделала? Не была ли она загнана в тупик? Поскольку дело касалось Шэнь Сихэ, Жун-гуйфэй не посмела выносить решение самовольно и могла лишь доложить об этом императору Юнину.
Император Юнин вызвал их всех во Дворец Минчжэн, чтобы расспросить о причинах случившегося.
Теперь Шэнь Сихэ было неловко что-либо скрывать, и она вкратце изложила суть:
— Чжаонин слаба здоровьем, и ее постоянно лечит один известный мастер медицины. Во время лечения нельзя допускать никаких беспокойств. Одиннадцатого числа в дом внезапно вошел человек, выдававший себя за охранника, который уехал вместе с А-Сюнем. В то время как Чжаонин лечилась, он громко закричал, что А-Сюн попал в засаду…
После этого Шэнь Сихэ едва не лишилась жизни. Тот человек попал в руки командира охраны дома цзюньчжу; они выяснили, что он выпил кувшин вина Цзяннаньчунь, а затем по его привычкам догадались о его личности. Попросив Цуй Шаоцина об оказании тайной помощи в расследовании, они вышли на Бянь Сяньи.
Шэнь Сихэ рассказала всё, за исключением того, что полностью исключила упоминание о Се Юньхуае.
Выслушав это, император Юнин вызвал Цуй Цзиньбая. Тот еще два дня назад подал докладную записку, в которой говорилось, что кто-то использовал смертника для совершения преступления, так что император Юнин уже имел некоторое представление об этом деле.
Когда прибыл Цуй Цзиньбай, человек, помогавший Бянь Сяньи обмануть Фу Цзиня, чтобы тот отправился в тюрьму на встречу с Чжан Чжоу, также признал вину. У Бянь Сяньи действительно было вино Цзяннаньчунь, и Чжан Чжоу в жилище этого поклонника выпил целый кувшин этого вина и остался на ночлег.
Тот человек счел кувшин из-под Цзяннаньчунь весьма красивым, а поскольку его принесла Бянь Сяньи, он вымыл его и сохранил. Теперь этот кувшин стал уликой.
Все встало на свои места: Бянь Сяньи первой пыталась навредить Шэнь Сихэ, а узнав, что та ее вычислила, покончила с собой, признав вину.
— Бися, в этом деле все же есть странности, — Шэнь Сихэ не хотела так просто закрывать дело. — Между Чжаонин и Бянь Дадзя не было вражды, так какой же у Бянь Дадзя был мотив вредить Чжаонин?
Служанки говорят, что Бянь Дадзя с самого утра ждала Чжаонин, а ведь Чжаонин только этим утром выяснила, что это ее рук дело. В то время, когда она ждала, Чжаонин еще даже не вошла во дворец. Откуда же она так быстро узнала, что Чжаонин сегодня непременно придет во дворец искать ее?
Находясь во дворце, как она смогла так стремительно узнать, что человек, которому она поручила дело вне дворца, был найден?
Она действовала тщательно и скрытно, так почему же оставила после себя столь явную зацепку?
В конце своей речи Шэнь Сихэ бросила взгляд на того поклонника. Шэнь Сихэ не упомянула о тех, кто следил за ее домом; раз уж того человека заставили замолчать, неужели только из-за того, что этот поклонник был в нее влюблен, она оставила его ждать своего разоблачения?
Если бы она проявила такую же жестокость и заставила замолчать и этого человека, то без свидетельских показаний и вещественных доказательств, даже если бы Шэнь Сихэ подозревала ее, разве можно было бы напрямую обвинить ее в преступлении?
Император Юнин, выслушав ее, тоже счел это подозрительным, к тому же Шэнь Сихэ была пострадавшей стороной, а потому он приказал Цуй Цзиньбаю:
— Поручаю Цуй-цину провести тщательное расследование этого дела.
— Подданный исполнит приказ, — Цуй Цзиньбай склонился в поклоне.
— Чжаонин, тебе пришлось нелегко, — император Юнин вновь утешил Шэнь Сихэ. — Если в будущем снова столкнешься с подобным, просто приходи ко мне во дворец, и я непременно вступлюсь за тебя.
— Чжаонин благодарит Бися.
Император Юнин лично поддержал Шэнь Сихэ за руку:
— Ты побывала у Врат Призраков, не нужно лишних церемоний. Возвращайся в дом и хорошенько поправляйся. Если понадобятся какие-либо лекарства, просто приходи за ними во дворец.
Шэнь Сихэ снова поблагодарила его.
Император Юнин вдруг произнес:
— Чжаонин только прибыла в столицу, а ее уже неоднократно пытались спровоцировать и убить, это мое упущение. Я пришлю двух женских придворных служить тебе. Впредь, если кто-то посмеет проявить к тебе неуважение, они накажут его от моего имени.
В глазах Шэнь Сихэ промелькнул едва заметный блеск, но лицо осталось бесстрастным. С улыбкой она приняла дар:
— Бися проявляет ко мне милость, Чжаонин польщена. Теперь я смогу полагаться на двух женских придворных.
Шэнь Сихэ покинула дворец в сопровождении двух женских придворных лет пятидесяти — обе были старыми служительницами дворца. Эти двое не были обычными служанками: они занимались делами только в главном гареме императрицы.
Многие предавались раздумьям из-за происхождения этих двух женских придворных. Кто-то говорил, будто император Юнин собирается выдать Шэнь Сихэ замуж за находящегося без сознания Сяо Хуаяна, чтобы поправить его судьбу, а самым нелепым был слух о том, что император Юнин намерен предложить Шэнь Сихэ место в главном гареме и взять ее в жены.
Шэнь Сихэ не принимала близко к сердцу пересуды снаружи. Она прекрасно понимала, что этих двоих прислал император Юнин, чтобы следить за ней.
Ее расследование по делу вина Цзяннаньчунь и просьба к Цуй Цзиньбаю проверить тюрьму вызвали у Бися подозрения и настороженность.
- аромат рассеялся, а нефрит разбился (香消玉殒, xiāng xiāo yù yǔn) — образное выражение, означающее смерть молодой и красивой женщины. ↩︎
- кровотечение из семи отверстий (七窍流血, qī qiào liú xuè) — одновременное кровотечение из глаз, ушей, ноздрей и рта, часто упоминаемое как признак действия сильнейшего яда. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
