Сы Нань как минимум каждый год возвращалась на родину, чтобы навестить родных, но Чэнь И и Мяо Цзин с тех пор, как уехали за границу, ни разу не возвращались. Они вдвоем объездили почти все страны Южной Америки и, по правде говоря, жизнь на родине стала для них уже немного чужой.
Куда бы ни шла Мяо Цзин, Чэнь И следовал за ней; если бы она не заговаривала о возвращении домой, то и он бы не подумал о том, что нужно вернуться.
После ужина пошел дождь. Сяо Чэнцзы уже уснула на руках у Чэнь И. Несколько человек разошлись у входа в ресторан. Машина Чэнь И все еще стояла припаркованной недалеко от кафе. Сы Нань уехала первой на Uber. Помахав рукой, она увидела через окно машины, как Мяо Цзин сняла пальто и укрыла им Сяо Чэнцзы, а затем раскрыла зонт в мелкий цветочек, прикрывая плечо Чэнь И. Она встала на цыпочки, чтобы смахнуть капли воды с его переносицы, а он приобнял её другой рукой, что-то сказал и, наклонив голову, поцеловал её. Этот поцелуй тут же скрылся за зонтом, и только два цветка в сумке Мяо Цзин — подсолнух и роза — выглядывали наружу, и их лепестки мокли под моросящим дождем.
К слову сказать, с тех пор как Сяо Чэнцзы начала что-то понимать, их поцелуи стали тайными и скрытными, словно у спецагентов: нужно было учитывать время, место и настроение Сяо Чэнцзы.
Сяо Чэнцзы не любила, когда папа целует маму, и не любила, когда мама целует папу, но ей нравилось, когда папа и мама целовали её одновременно. Однажды вечером она тайком прокралась в спальню и увидела, как родители играют в «поцелуйчики», даже не заметив её присутствия. В тот раз она зарыдала так громко, что в итоге Чэнь И в замешательстве, обняв одеяло, ушел спать на диван.
Сяо Чэнцзы росла всё более озорной. Теперь она умела бегать и прыгать и часто втихомолку проказничала — в ней чувствовалась какая-то скрытая вредность. Первый раз ей по-настоящему досталось за то, что она, играя с кухонными ножницами, отрезала клок волос у тёти Мэй Цзи Сы. Чэнь И отшлепал её по попе, а Мяо Цзин стояла в стороне, сложив руки в рукава. Девочка так разозлилась, что целый день ни с кем не разговаривала и играла у себя в комнате, но в конце концов обнаружила, что папа с мамой ушли без неё на свидание в ресторан, и глубоко ощутила это предательство.
Детский манеж в кабинете Чэнь И больше не мог удержать её. Она начала повсюду наводить беспорядок: поливала цветы из чашки Чэнь И, подкладывала шоколад в чай гостям, вцеплялась в руку Цзино и не отпускала, требуя пойти погулять.
Одно время Чэнь И и Мяо Цзин не планировали брать её с собой в компанию: в округе было достаточно детей, с которыми можно было играть, и дома ей тоже было весело. Но Сяо Чэнцзы в столь юном возрасте уже имела собственное мнение, и не Чэнь И решал, идти ей или нет. Она просто хотела идти играть в офис, цеплялась за бедро Чэнь И, точно коала, размазывала слезы и сопли по его брюкам и ни капли не боялась, когда видела, что её папа хмурится, а лицо его синеет от злости.
Разве в детском парке может быть так же весело, как рядом с папой? Там можно встретить самых разных людей: бородатых дядей с пушками, странных дедушек в солнцезащитных очках и с сигарами, а еще можно пойти на очень-очень большой склад или на фабрику со множеством причудливых вещей. Папа покупал ей мороженое и конфеты с самыми разными вкусами.
В итоге ценой обмена стало согласие Чэнь И, но при условии, что впредь Сяо Чэнцзы будет спать только с Пэй Лэйла и без разрешения не сможет заходить в комнату папы и мамы.
Счастливые жизни в большинстве своем похожи. Семья из трех человек отправилась в отпуск на Карибское море. Чэнь И и Мяо Цзин отвезли Сяо Чэнцзы на остров Сан-Андрес и поселились в том же отеле, где жили раньше.
Сяо Чэнцзы с самого выхода из дома оставалась на руках у Чэнь И. Её чистые пяточки ни за что не должны были коснуться ни единой песчинки. Она вцепилась в шею Чэнь И и ни в какую не желала спускаться на землю, растопырив ноги чуть ли не в шпагате. Мяо Цзин весело смеялась, доставая телефон, чтобы сфотографировать отца и дочь с их забавными гримасами. В конце концов они вдвоем, неся Сяо Чэнцзы, вошли в прозрачно-голубое море. Маленькое тельце покачивалось на плече Чэнь И, и Сяо Чэнцзы радостно выкрикнула по-китайски, что это ужасно весело.
Наигравшись, они вернулись в номер. Ребенок крепко спал на кровати, а они вдвоем сидели на террасе, прижавшись друг к другу, и болтали. В этот день Мяо Цзин исполнилось двадцать восемь лет, а Чэнь И в канун Рождества должно было исполниться тридцать. Они были знакомы уже целых двадцать лет.
В первое десятилетие они столкнулись с отчуждением и разлукой, и оба считали, что пути назад уже не будет.
Но во второе десятилетие у них уже была Сяо Чэнцзы, и на этом семицветном море они заново проживали старые мечты.
— Сяо Чэнцзы говорит во сне, — Мяо Цзин обернулась, прислушиваясь к звукам из комнаты. — Ей всё-таки очень нравится играть в воде, она сегодня слишком сильно раздухарилась.
Чэнь И разобрал лепет Сяо Чэнцзы:
— Она говорит, что рыбки здесь очень красивые.
— Чэнь И, кажется, мы как папа и мама не так уж и плохи, — она обняла его за плечи. — Знаешь, во время беременности мне иногда снились кошмары. Я боялась, что родится мальчик, он будет слишком озорным, и ты будешь его сильно лупить. А если родится девочка, я боялась, что брошу её из-за неведомых трудностей. Люди говорят, что гены — это копирование, и некоторые вещи выгравированы в костях. К счастью… к счастью…
— А ты не слышала такую фразу? — он погладил её по голове. — Моя судьба зависит от меня, а не от небес.
В тот год Чэнь И сопутствовала удача, бизнес становился всё масштабнее, и в этом была заслуга в том числе и Сяо Чэнцзы. Из-за того, что ей было так весело играть с детьми в округе, Чэнь И закупил на родине немало диковинных игрушек. Как раз подвернулся канал розничной торговли, и перед самым Рождеством удалось сбыть крупную партию товара.
Пользуясь случаем, чтобы ковать железо, пока горячо, Чэнь И открыл еще одну торговую компанию. Офис расположился прямо в здании по соседству с компанией Мяо Цзин, а окна кабинета выходили прямо на чайную комнату её фирмы.
Изредка Мяо Цзин, проходя мимо чайной, могла увидеть, как Чэнь И, держа на руках Сяо Чэнцзы, машет ей у окна. Сяо Чэнцзы с восторженным лицом сидела на плечах у Чэнь И и показывала маме большое сердечко.
Любимые люди были совсем рядом.
В конце концов, ей повезло: она ухватила то, чего хотела.
Чэнь И владел двумя компаниями, а на деле у него были и другие активы. Поскольку иных расходов в жизни не было, их траты в Боготе были весьма ограниченными, и все денежные потоки снова вкладывались в производство. Он подумывал позвать Бо-цзая с родины на подмогу, но Бо-цзай не хотел оставлять дом и лишь спрашивал Чэнь И, когда тот вернется — он по-прежнему хотел работать под началом брата И.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
