— Это мастерство не моё, а Дуань… Точно! А-Юэ, — внезапно спохватился Цзин Тяньмин, — почему тётя Дуаньму тоже в Гуйгу? Я видел, что в Гуйгу к ней относятся с величайшим почтением, принимают как самую дорогую гостью.
— Какое почтение? Тётя Дуаньму и тётя Удуань обе под домашним арестом, боюсь, скоро их жизням будет грозить опасность. — При упоминании Дуаньму Жун и Удуань на лице Кэ Юэ тут же отразилась тревога. — Я всё время хотела спасти их обеих, потому и привела тебя сюда. Только в последнее время обстоятельства изменились, и даже если мы объединим наши силы и добавим помощь бабушки Цзян, этого будет недостаточно. Тут нужен абсолютно надёжный план, ведь если случится хоть малейшая оплошность, другого шанса может и не представиться.
— Как так? — с удивлением спросил Цзин Тяньмин. — Если мы двое объединимся, да ещё бабушка Цзян поможет, то победа над вашими тремя демонами из Гуйгу будет нам обеспечена. Даже если добавится Чжао Наньян, это не должно быть слишком трудно. Неужели в Гуйгу есть мастера ещё сильнее? Тот, которого зовут Фан Шан?
— Честно говоря, насколько высоко его боевое искусство, я никогда не видела воочию, но дело не в этом. Спасти обеих тётушек одним лишь грубым прорывом невозможно. Тянь… Цзин Тяньмин, ты пробыл здесь уже немало времени, и, судя по всему, успел многое подметить.
Кэ Юэ чуть было неосознанно не выкрикнула «Тяньмин-гэ», но вовремя опомнилась и сменила обращение. Цзин Тяньмин, однако, всё прекрасно расслышал. Он не стал выводить её на чистую воду, но на его лице невольно появилась улыбка:
— Гуйгу занимает огромную территорию, здесь полно людей, а масштабы просто невероятны. К тому же здесь чёткое деление на ранги и множество правил. Кажется, на каждом шагу ловушки, и повсюду кроется что-то странное. Хотя я и уловил некоторые нити, боюсь, неизведанных мест ещё предостаточно.
— Верно. К месту, где держат тётушек, обычным людям не подойти, там повсюду стража. В последнее время хозяин долины даже приставил трёх демонов из Гуйгу лично следить за ними. Если прорываться силой, тётушек наверняка перевезут в другое место ещё до нашего прибытия. Чтобы всё получилось, нужно действовать хитростью, не поднимая шума.
— Не поднимая шума? — Цзин Тяньмин задумался на мгновение и коснулся своего лица. — А-Юэ, как тебе моё искусство маскировки?
Кэ Юэ внимательно присмотрелась и кивнула:
— Действительно, никаких изъянов. Не думала, что Тянь… великий герой Цзин владеет таким мастерством изменения облика.
Цзин Тяньмин с трудом сдержал смех и серьёзно произнёс:
— Это умение не моё, а брата Дуаньму. Он из того же рода, что и тётя Дуаньму, и к тому же ученик школы конфуцианства. Сейчас он вместе с Лю Би, Хуа-дагэ и Сун-дагэ находится в этом городе.
— Лю Би? — удивлённо воскликнула Кэ Юэ. — Невозможно. Если бы Лю Би был здесь, я бы не могла об этом не знать.
— Вот поэтому я и говорю, что мастерство маскировки Дуаньму Юя поразительно глубоко. А-Юэ, если Лю Би и остальные нам помогут, мы сможем использовать технику изменения облика и спасти обеих тётушек.
Кэ Юэ немного подумала и действительно решила, что это осуществимо. Но ей всё равно было досадно.
— Хм, с какой стати Лю Би станет мне помогать? И зачем мне, Кэ Юэ, его помощь? Он — благородный муж из прославленной школы, а я — яонюй из еретического учения.
— А-Юэ, даже если Лю Би чего-то не знает, неужели ты сама не понимаешь, что всё это лишь недоразумение? — уговаривал её Цзин Тяньмин. — У всех нас впереди ещё много времени, и когда-нибудь лёд этих недоразумений растает. Но если, как ты говоришь, жизням тёти Дуаньму и остальных грозит скорая опасность, то дело не терпит отлагательств. Неужели в такой момент ты не можешь отличить важное от второстепенного?
— Я… — В душе Кэ Юэ шла тяжкая борьба. Она размышляла снова и снова и наконец вздохнула: — Дело не в том, что я не хочу просить их ради тётушек, просто риск слишком велик. Как они смогут мне довериться?
Цзин Тяньмин вспомнил отношение Лю Би к Кэ Юэ и тоже засомневался. Но тут же передумал и, покачав головой, сказал:
— Другие могут не верить, но Фан Дацзюйцзы точно поверит. Сегодня он и глава Лу вместе с остальными тоже прибыли сюда. А-Юэ, Фан Дацзюйцзы уже досконально известны истинные лица Чжао Наньяна и Цзы Юй, а также тайная правда о тёте Лань. Раз он здесь, всё обязательно получится! — Он видел, что Кэ Юэ всё ещё колеблется, поэтому не удержался, взял её за руку и серьёзно произнёс: — А-Юэ, поверь мне. Дай мне ещё один шанс, поверь мне в этот раз!
Кэ Юэ пристально посмотрела на Цзин Тяньмина, затем, смутившись, неловко отняла руку и, стиснув зубы, решилась:
— Хорошо! Веди меня к Лю Би.
Цзин Тяньмину с большим трудом удалось убедить Кэ Юэ. Вместе они пришли к месту, где остановились Лю Би и остальные. Сквозь окно было слышно, как внутри наперебой строят догадки о том, что же глава школы Иньян по имени Фэн Пуцзы спрятал в таинственной чёрной шкатулке с узором мэйхуа?
До них донёсся голос Хуа Шэнцзяна:
— Я говорю, в этой чёрной шкатулке мэйхуа наверняка скрыто описание какой-то невероятно могущественной техники боевых искусств. Подумайте сами: согласно тому, что сказал Тяньмин, там целая сотня бамбуковых планок. Могу поспорить, это секреты мастерства, иначе зачем бы понадобилось исписывать ими добрую сотню планок?
— Если это редкое боевое искусство, то зачем прятать последние две планки в чёрную шкатулку мэйхуа? — рассуждал Сун Сешань. — В этом нет никакого смысла. Даже если не выучить пару финальных приёмов, тех техник, что записаны на предыдущих девяноста восьми планках, должно быть вполне достаточно, верно?
— К тому же, — вставил Лю Би, — я никогда не слышал, чтобы у последователей Шэньду Цзюгун были какие-то выдающиеся боевые искусства. Ни Дуаньму Жун, ни Удуань не славились своими достижениями на этом поприще.
— Не скажи, — возразил Хуа Шэнцзян. — Разве боевое искусство Кэ Юэ не впечатляет? По правде говоря, она куда сильнее тебя, Лю Би.
— Не смей сравнивать меня с яонюй! — Фан Гэнлэй, видя, что они снова затевают спор, призвал на помощь величие Мастера школы Мо и взглядом велел обоим замолчать. — Пустые разговоры ни к чему, лучше подумайте, что же на самом деле скрыто в этой чёрной шкатулке мэйхуа.
— А я всё-таки настаиваю, что это великое боевое искусство.
— А может быть, техника отравленных ладоней? Иначе зачем Гуйгу понадобилось приглашать Дуаньму Жун и Удуань?
— Неужели у школы Иньян-цзя1 всё ещё хранятся тайные знания и методы предсказаний методы шушу2, о которых никто не ведает?
— Нет-нет-нет, вы все ошибаетесь, — уверенно заявил Дуаньму Юй. — Бьюсь об заклад, это карта сокровищ. Раз в ней не хватает двух ключевых фрагментов, то от предыдущих девяноста восьми не будет никакого проку.
— Великий герой Сун, Фан Дацзюйцзы, вы оба ошибаетесь, — голос Кэ Юэ донёсся из-за окна. Цзин Тяньмин толкнул деревянную дверь и вошёл первым, а Кэ Юэ последовала за ним. — В чёрной шкатулке мэйхуа, запертой пятью нефритовыми подвесками в виде белых рыб, сокрыт ключевой секрет одного целебного рецепта.
Появление Кэ Юэ и звук её голоса заставили сердца всех присутствующих содрогнуться.
- Иньян-цзя (阴阳家, yīnyángjiā) — философская школа древнего Китая, специализировавшаяся на космологии, принципах инь-ян и теории пяти стихий. ↩︎
- Шушу (术数, shùshù) — общее название для древнекитайских оккультных и предсказательных искусств, основанных на метафизических расчётах. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
