— Не забудь попросить Линлин заранее подготовить несколько редких духовных зверей. Также можешь пригласить наставников поколения Цзю1, чтобы они помогли с обустройством, или позови Юцинь-шицзе и остальных, чтобы собраться вместе.
И еще, не забудь позвать наставницу Цзю Юйши, чтобы было веселее. Она вечно сидит в затворничестве и почти не выходит в свет.
— Угу, поняла!
Линъэ прижала ладошки к бокам и, словно маленькими крылышками, радостно затрепетала ими:
— Спасибо, шисюн.
— Иди занимайся делами, — Ли Чаншоу с улыбкой покачал головой.
Если он продолжит давать наставления, то и впрямь превратится в ворчливого старого даоса.
Линъэ сказала:
— Я пойду приготовлю сладостей и фруктового супа, позже принесу.
Закончив, она напела простую мелодию и, вскочив на облако, покинула келью алхимии.
…
Ли Чаншоу по-быстрому изготовил в печи партию духовных пилюль шестого ранга для восстановления сил, чтобы не терять сноровку в алхимии.
Погасив огонь, он распространил свое бессмертное чутье по школе, окинул взглядом повседневную жизнь на пике Сяньлинь и перенес внимание на пик Даньдин.
Наставник Вань после преодоления небесного бедствия всё еще находился в затворничестве, так что сейчас было не время идти к нему с поздравлениями.
В глубине души Ли Чаншоу спросил:
— Та-е, когда вы хотите вернуться к учителю?
Сразу два духовных сознания отозвались в ответ.
— На самом деле, если лаое не призывает, мы можем и дальше оставаться рядом с тобой, — спокойно ответил Та-е.
Тайцзи-ту, однако, возразил:
— Твое совершенствование еще не завершено, а понимание Дао не достигло полноты, тебе не стоит слишком полагаться на нас.
— Верно, — согласился Ли Чаншоу. — Я проверю, всё ли в порядке, и когда родственники Линъэ уедут, сразу провожу вас обратно в обитель Тайцин.
Несколько великих сокровищ одновременно смолкли.
Они знали характер этого младшего ученика: действия всегда продуманы, жизнь — превыше всего, и во всём он придерживается принципа «о…» кхм, принципа «осмотрительности»!
Но они и представить не могли, что он может быть осмотрителен до такой степени.
Двоюродная сестра младшей шимэй Линъэ, невестка влиятельного лица из мира бессмертных Трех Тысяч Миров, купившая за духовные камни место номинального ученика учения Цзе…
И для этого требовалось, чтобы Тайцзи-ту, Сюаньхуан-та, Цянькунь-чи и Яньгуан-ци одновременно находились в боевой готовности?
Та-е проворчал:
— Стоит нам вернуться, и лаое наверняка забросит нас куда подальше, уж лучше с младшим учеником — куда свободнее. Младший ученик, как тебе это раньше удалось? Ту девчонку Юньсяо ты очаровал так, что у нее голова кругом пошла, не хватило совсем чуть-чуть, и ты бы… хе-хе-хе. Научи паре приемов? Чтобы и я мог сблизиться с сестрицей Цзиньдоу.
Цянькунь-чи съязвил:
— Старый развратник!
Тайцзи-ту тоже добавил:
— Какое бесстыдство!
Ли Чаншоу: …
В вопросах дружбы между духовными сокровищами он действительно был не слишком силен, ведь в прошлой жизни у него не было подобного опыта.
К тому же, зная характер Юньсяо, он понимал: раз уж такая прекрасная возможность для развития отношений не была использована, то в будущем она наверняка будет десятилетиями или даже столетиями избегать встреч!
Этот вредный болтливый дух!
С тихим вздохом Ли Чаншоу, слушая в глубине души, как сокровища критикуют Та-е за его «недостойное поведение», вышел наружу, устроился в кресле-качалке и лениво прикрыл глаза, сосредоточившись.
Прогулявшись духом по Небесному двору, он обнаружил, что Золотокрылая гигантская птица Пэн муштрует небесных воинов и полководцев в поместье Бога Воды. Ли Чаншоу с удовлетворением кивнул.
Вот что значит зрелый помощник — сам находит себе работу.
Он отдал распоряжение выделить еще один небольшой дворик под жилье для Линчжуцзы, когда тот вернется.
Что касается…
«Троих бессмертных гостей Небесного двора» — отправятся ли они позже праздновать в Хрустальный дворец или тратить средства в Павильоне Тянья, Ли Чаншоу было по-настоящему лень об этом заботиться.
Пока Ао И присматривает за ними, он не позволит Линчжуцзы творить беззаконие.
А Бянь Чжуан… пусть его, в конце концов, этому человеку суждено стать вторым старшим братом, и постоянно подавлять его натуру тоже нехорошо.
Ну, а если посмеет устроить беспорядки в Небесном чертоге — я его просто пришибу!
В прищуренных глазах Ли Чаншоу несколько раз сверкнул холодный блеск. В этот момент Бянь Чжуан, читавший заклинания в мире Юймин, невольно вздрогнул от озноба и испуганно огляделся по сторонам…
В поместье Бога Воды постепенно становилось всё больше обитателей: от Линчжуцзы и Цзинь Пэна до Юцинь Сюаньи. Это место всё сильнее напоминало «второй пик Сяоцюн».
На самом деле Ли Чаншоу в последнее время хотел поговорить с этой «супер-воительницей» Юцинь Сюаньей — без какой-то особой причины, просто навестить соученицу.
Однако Юцинь Сюанья либо находилась в затворничестве, либо была в пути, истребляя демонов.
Слава ее росла с каждым днем. Кадры того, как она карает зло, записывались другими небесными полководцами на магические сферы и постоянно транслировались в пяти континентах через огромные бронзовые зеркала, установленные Небесным двором в разных местах…
Это и было укрепление «мягкой силы» Небесного двора.
Лунцзи в последнее время редко показывалась на глаза. По ее словам, она собиралась уйти в затворничество, чтобы приложить все силы и поскорее вырасти, перестав выглядеть как юная шаонюй.
Из-за этого несколько ящиков с «домашними заданиями по стратегии», которые Ли Чаншоу приготовил между делом, так и остались лежать на дне сундука.
Небесный двор уже вошел в колею, и всё вокруг стремительно развивалось.
На небесных горах среди облаков, которые прежде пустовали, теперь всё чаще мелькали тени бессмертных; повсюду царила атмосфера процветания.
Внезапно на пике Сяоцюн Ли Чаншоу услышал голос Линъэ:
— Шисюн, приехала моя двоюродная сестра с мужем. Если ты занят, можешь не приходить, я сама как-нибудь с ними справлюсь.
Ли Чаншоу вернул сознание в основное тело. Его бессмертное чутье уже давно зафиксировало около десяти фигур у ворот школы, просто до этого он не обращал на них внимания.
На облачной дороге зависла роскошная повозка, внутри которой сидел довольно привлекательный молодой даос. Он находился на начальной стадии ступени Небесного Бессмертного, но его основы Дао были несколько зыбкими. Сейчас он с нежностью и обожанием смотрел на женщину рядом с собой.
Рядом с ним сидела прелестная дева в вуали — должно быть, та самая родственница Линъэ.
Они прибыли, чтобы просить Линъэ о помощи?
Судя по всему, нет, иначе они бы вышли из повозки, к тому же на лице женщины читалась явная гордость…
Ли Чаншоу примерно всё понял.
Поразмыслив, он оставил часть своего внимания на Линъэ, наказав Та-е и тетушке Ци приглядывать за ней, и больше не вмешивался.
Вслед за этим дух Ли Чаншоу вернулся в Небесный двор, и Пичжи-даожэнь на облаке отправился к дворцу Линсяо.
Согласно первоначальному плану, он шел доложить Его Величеству Юйди о последующих событиях, связанных с Красным Лотосом.
Когда Юйди услышал, что Красный Лотос разрушен, он не смог сдержать хмурого взгляда и спросил:
— Неужели в учении Цзе всё настолько прогнило?
Немного помолчав, Юйди добавил:
— В этом деле тебе, Чангэн, всё же стоит проявить осторожность. Я знаю, что ты не хочешь, чтобы секта Дао потеряла слишком много сил, но и отбор истинных богов для Небесного двора — дело нешуточное.
— Можете быть спокойны, Ваше Величество.
Ли Чаншоу совершил даосское приветствие и серьезно ответил:
— За исключением нескольких старших учеников учения Цзе, которых я не желаю видеть в беде, во всем остальном я ни в коем случае не допущу, чтобы личные чувства мешали вращению Небесного Дао.
- Поколение Цзю (酒字辈, jiǔ zì bèi) — разряд учеников, в чьих именах используется иероглиф «вино» (цзю). ↩︎
- Пичжи-даожэнь (纸道人, zhǐ dàorén) — бумажное воплощение, созданное мастером для выполнения задач на расстоянии. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
