— Чэн Инь сказала: «Я всегда думала, что вы очень любите друг друга».
— Я тоже так думала.
— У него всегда был скверный характер, ты же знаешь.
— Почему же именно со мной он хуже всего?
— Может быть, потому что он любит тебя больше всех.
— Правда?
Чэн Инь не ответила, но Сан Уянь в душе уже молча говорила себе: «Это правда, Сан Уянь. Ты можешь сомневаться, плоская Земля или квадратная, но ты не можешь отрицать чувства Су Няньциня».
Состояние здоровья отца постепенно улучшалось, только нельзя было слишком волноваться. К счастью, он и в обычное время был человеком добродушным.
Сан Уянь подумала: «Неужели я действительно была неправа?»
Она немного раскаивалась.
После того как они помирились в прошлый раз после ссоры.
Едва дождавшись момента, когда они останутся наедине, Су Няньцинь нетерпеливо склонил голову и яростно поцеловал её. Кольцо его рук, сжимавших её, становилось всё теснее, словно он хотел сделать её частью своего тела. Это был поцелуй длиной в целое столетие. Сан Уянь никогда не видела Су Няньциня таким встревоженным и беспокойным — он едва не заставил её задохнуться.
Спустя долгое время Су Няньцинь нехотя оторвался от губ Сан Уянь, зарылся лицом в изгиб её шеи, глубоко вдохнул её аромат и сказал:
— У Янь, ты знаешь, как мне было страшно?
Сан Уянь медленно запустила пальцы в его волосы, ощущая невыносимую нежность в сердце:
— Я же вернулась. — Те поддразнивания или вопросы, которые она собиралась ему задать, в этот миг совершенно не шли с языка.
Позже Юй Сяолу сказала:
— Сан-гунян, как хорошо, что вы вернулись.
Юй Сяолу всегда была с ней вежлива, но отстранённа, однако в этой фразе Сан Уянь почувствовала её искренность.
— Сяо Лу, если хочешь, можешь называть меня У Янь.
— У Янь. — Юй Сяолу попробовала произнести это имя, слегка улыбнулась, и пока её губы и зубы привыкали к этим двум слогам, она вдруг что-то вспомнила и спросила: — У Янь, тебе очень нравится говядина на зубочистках?
— Да.
— Из лавки «Лэйцзи» на улице Дучжан?
Сан Уянь улыбнулась:
— Я не слишком привередлива, но вкус блюд в том заведении действительно божественный, у меня от них слюнки текут. — И тут же спросила: — А как ты узнала?
На лице Юй Сяолу появилось выражение «так вот оно что».
— В тот день я случайно проходила мимо и купила немного. Су Няньцинь как раз вернулся в дом с улицы и, едва почувствовав аромат, улыбнулся: «У Янь, посмотри, это твоё любимое…» На полуслове он вдруг вспомнил, что тебя вовсе нет рядом.
— Все эти дни он ночи напролёт сидел на диване в оцепенении. Я до сих пор помню это выражение потерянности на его лице.
Услышав слова Юй Сяолу, Сан Уянь отвернулась, её глаза затуманились от слёз.
Папа Сан наконец смог выписаться из больницы.
Сан Уянь составляла ему компанию дома: они гуляли в парке, занимались тайцзи и прочим. Проучившись тайцзи три дня, Сан Уянь начала терять терпение и вспомнила присказку, которой её однокурсники в университете описывали движения тайцзи.
— Один большой арбуз, делим на две половины: тебе половина, мне половина. — Она говорила это, одновременно демонстрируя движения тайцзицюань, отчего папа Сан рассмеялся так, что выплюнул чай.
— Эта наша дочь определённо обладает талантом доводить людей до белого каления, — мама Сан покачала головой.
Сан Уянь, услышав слова матери, подумала о Су Няньцине. Как он провёл этот месяц, пока они были в разлуке?
Во время еды внезапно раздался звонок из города А.
Юй Сяолу тревожно произнесла:
— У Янь, возвращайся, отцу Нянь Циня совсем плохо. Боюсь, Нянь Цинь этого не вынесет.
— Сяо Лу, не волнуйся, говори спокойно, что случилось?
— Господину Су полмесяца назад пересадили печень, он уже шёл на поправку, но сегодня утром внезапно началось отторжение трансплантата, ситуация критическая. Нянь Цинь… Нянь Цинь… — Всегда невозмутимая Юй Сяолу начала всхлипывать.
Сан Уянь резко вскочила со своего места, да так, что опрокинула чашку: еда рассыпалась по одежде, а палочки упали на пол.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
