Ся Сяолань не знала, следит ли кто-нибудь за ней.
Её метод был довольно топорным, но даже Бай Чжэньчжу не знала, что она сойдёт в Юэяне, так что, если кто-то и следил за ней, они бы просто не успели среагировать.
Выйдя со станции, она почувствовала, как холодный ветер коснулся лица; жар в груди Ся Сяолань немного утих, а мысли начали проясняться.
Был ли это минутный порыв или она просто решила поддаться течению?
Это было место, которое она давно хотела посетить, но раз за разом находила оправдания, чтобы избежать поездки. Случай с Кэ Исюном подтолкнул её сойти с поезда на полпути и, наконец, ступить на эту землю. Следуя по следам своей прошлой жизни, Ся Сяолань бродила по улицам и переулкам Юэяна.
Кое-какие места были в точности такими, как в её памяти, другие же изменились.
Сойдя с поезда, она была очень голодна, но мысль о еде не вызывала у неё никакого интереса. Она дошла до жилого квартала для сотрудников винокуренного завода Юэяна. В прошлой жизни она жила здесь с семьёй тети по материнской линии, которая работала на этом заводе.
После смерти родителей другие родственники не хотели её растить. У тети по материнской линии условия были чуть лучше, поэтому она забрала её к себе.
Но у тёти были и двое своих детей. Хотя девочку не обижали, о ней не слишком заботились. Ся Сяолань старалась как можно меньше обременять других, боялась съесть лишний кусок и стремилась быть максимально незаметной. С самого детства и до юности она росла очень закомплексованной.
Она прожила у тёти десять лет. Позже дела на заводе пошли плохо, детям тёти нужно было учиться, и содержать Ся Сяолань стало слишком тяжело. Тётя ничего не говорила, но её муж целыми днями скандалил, швыряя посуду. Ся Сяолань тогда училась в первом классе старшей школы и в итоге просто съехала.
Тётя иногда тайком давала ей немного денег на жизнь, а Ся Сяолань изо всех сил старалась заработать сама. В девяностые Юэян переживал пик политики реформ и открытости. Она бралась за любую подработку, чтобы выжить, из-за чего забросила учёбу. Позже она поступила в посредственный университет на совершенно бесперспективную специальность, а к моменту выпуска государство отменило систему распределения рабочих мест. Ся Сяолань чувствовала, что в прошлой жизни упустила немало возможностей, но и сожалений, требующих исправления, было не так уж много. Она не понимала, почему небеса выбрали именно её для перерождения, да ещё и в чужом теле.
Опыт детства, борьба в юности — да, было горько, но ведь она уже добилась успеха.
У неё был большой дом, хорошая машина и статус в карьере. О чём ей было жалеть, кроме того, что она не вышла замуж и не родила детей?
Единственным близким человеком была тётя. Позже, разбогатев, она отплатила ей добром. После слияния завода тётя и её муж оба попали под сокращение, и жизнь семьи становилась всё труднее. Ся Сяолань к тому времени уже получала солидную годовую зарплату. Она занимала пост топ-менеджера, и её доход вместе с годовыми бонусами составлял несколько сотен тысяч в год. Примерно в 2010 году, когда цены на недвижимость по всей стране ещё не взлетели, средняя стоимость квадратного метра в Юэяне колебалась в районе 3000 юаней. Ся Сяолань разом купила тёте две квартиры, что равнялось её годовому доходу… Да, к тому времени прошло четырнадцать лет после окончания университета, и она уже прочно закрепилась в большом городе. Через два года её карьера, набрав инерцию, взлетела как ракета: годовой доход состоял не только из зарплаты и бонусов, но и из дивидендов компании. Она окончательно вошла в ряды высшего руководства.
Когда она достала деньги на покупку квартир, лицо мужа тёти было неописуемым — Ся Сяолань до сих пор отчётливо это помнила.
Кто бы мог подумать, что сирота, которую они растили десять лет, окажется намного успешнее их собственных детей!
Долг за воспитание был выплачен ещё в прошлой жизни. Неужели это перерождение даровано ей лишь для того, чтобы спасти «Ся Сяолань» от её жалкой участи?
В голове у Ся Сяолань царил кавардак. Отыскав по памяти жилой дом завода, она поправила одежду. Она уже придумала себе легенду: она — дальняя родственница семьи Ся.
— Сестрица, подскажите, пожалуйста, Фэн Даминь живёт в седьмом корпусе?
Фэн Даминь — так звали мужа её тёти.
Женщина, к которой она обратилась, озадаченно переспросила:
— Фэн Даминь?
— Да. Вы его знаете? Его жену зовут Цзэн Ли, она тоже работает на винокуренном заводе Юэяна. Я их родственница.
Фэн Даминь и Цзэн Ли?
Средних лет женщина, которую остановила Ся Сяолань, выглядела растерянной:
— Не знаю таких. Может, вы ошиблись адресом?
— А вы не могли бы проводить меня и помочь поискать?
Вероятно, встревоженный вид Ся Сяолань тронул женщину. К тому же люди в то время были довольно отзывчивыми, а Ся Сяолань перешла на юэянский диалект. Женщина, отбросив подозрительность, действительно отвела её к седьмому корпусу.
Это было то самое здание!
Ся Сяолань постучала в дверь, жившую в её воспоминаниях. Ей открыла седовласая старушка.
— Вы кого-то ищете?
Ся Сяолань не узнала эту женщину. Сердце у неё ёкнуло.
— Тётушка, я ищу Фэн Даминя…
Старушка и женщина переглянулись; ни та, ни другая не знали никакого Фэн Даминя.
Никто не знал Фэн Даминя, никто не знал Цзэн Ли.
Вся семья тёти словно испарилась, не говоря уже о двенадцатилетней сироте «Ся Сяолань», которая должна была жить у них.
***
Ся Сяолань вышла с территории завода совершенно раздавленной.
Чтобы найти хоть какие-то следы Фэн Даминя и Цзэн Ли, она даже обратилась в полицейский участок. Приложив немало усилий, она добилась того, чтобы на заводе проверили архивы. На заводе действительно работала некая Цзэн Ли, но ей было едва за двадцать — всего на пару лет старше самой Ся Сяолань. Она никак не могла быть той тетей по материнской линии из её прошлой жизни.
Среди сотрудников завода не было супружеской пары её тёти и дяди.
А ту «Ся Сяолань», которую она искала, и подавно невозможно было найти.
— Товарищ, с вами всё в порядке?
Сопровождавшему её сотруднику полиции стало не по себе. Ся Сяолань была так красива, и видеть её в таком отчаянии было невыносимо — любой нормальный человек захотел бы её утешить.
Не было ни семьи тёти, ни следов жизни её рано умерших родителей. Ся Сяолань поняла, что окончательно распрощалась с прошлой жизнью. Хотя она была к этому готова, чувство пустоты и потерянности всё равно оказалось невыносимым.
— Я в порядке…
Полицейский посмотрел на неё: «Говоришь, что в порядке, а откуда тогда слёзы на глазах?».
Поскольку она приехала искать родственников и никого не нашла, полицейскому пришлось отвести её в гостиницу.
Ся Сяолань лежала на кровати в прострации. Она думала, что не сможет уснуть, но в итоге всё же провалилась в сон. Ей снилось множество снов, в которых обрывки воспоминаний из прошлой жизни мелькали перед глазами. Во сне она не могла разобрать, какой именно из «Ся Сяолань» она является.
Ся Сяолань из деревни Дахэ?
Ся Сяолань из Юэяна?
Сон Чжуан-цзы о бабочке: пробудившись от великого сна, она не могла найти своего прошлого. Казалось, ей оставалось лишь крепко держаться за свою нынешнюю жизнь.
Проснувшись утром, она остро почувствовала потребность поговорить с кем-нибудь, словно желая доказать, что её нынешнее «я» реально. Поскольку её поселил сюда полицейский, сотрудники гостиницы согласились соединить её для телефонного звонка. Междугородние звонки требовали бесконечных переключений. Спустя добрый час ожидания она, наконец, услышала голос Чжоу Чэна в трубке:
— Сяо Лань?!
***
Чжоу Чэн был одновременно разгневан и встревожен. Вчера сестра Бай Чжиюна позвонила в часть, и Бай Чжиюн, придя к нему, рассказал о стычке с гуанчжоуским бандитом Кэ Исюном. Чжоу Чэн беспокоился о безопасности Ся Сяолань. Зная, что она уже села на поезд до Шанду, он предполагал, что по прибытии она свяжется с ним. По времени она должна была быть в Шанду ещё вчера, но новостей всё не было.
Дома ли она? В безопасности?
Снова выручил родственник Сяо Гуана, который помогал в прошлый раз: он послал человека проверить дом Юй Найнай.
Ся Сяолань вообще не возвращалась в Шанду!
В тот момент у Чжоу Чэна в голове всё помутилось.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
