Разве это сюрприз, если рассказать о нём заранее?
Стоило этим двоим выпить, как они потеряли контроль над собой. Ся Сяолань не стала их осаживать и лишь пригубила вместе с ними.
Ужин закончился в одиннадцать вечера. Понимая, что в Китае сейчас утро, Ся Сяолань позвонила в часть к Чжоу Чэну… Её Чэнцзы теперь был не просто комбатом, а получил должность заместителя командира полка. В полку он подчинялся лишь комиссару и командиру полка, так что частые звонки теперь не были большой проблемой.
Международные звонки были плохи лишь одним — бесконечными переключениями. Связь установилась только через полчаса.
Чжоу Чэн, запыхавшись, произнёс:
— Наконец-то ты вспомнила о своём женихе! Я весь день ждал твоего звонка, всё гадал, как прошёл твой первый день на стажировке.
Ся Сяолань почувствовала неловкость:
— Долго ждал? Стажировка прошла нормально, но в первый же день пришлось задержаться, поэтому вернулась поздно. К тому же Сюй Цзин и Ма Хай пришли поздравить меня вместе с Дейзи, вот время и пролетело. А у тебя что, сейчас учения?
Какие там учения.
Должность заместителя командира полка была для Чжоу Чэна переходным этапом. В полку ему поручали в основном вспомогательную работу: нельзя было сказать, что он отвечал за какой-то конкретный участок, скорее помогал там, где требовались люди, — был на подхвате у командира полка и комиссара.
Сразу после повышения он съездил в Америку. Изначально он отправился туда только ради того, чтобы повидать невесту, но кто же знал, что он спасёт Харолда и поспособствует покупке производственной линии делегацией? Линия была приобретена за 8,4 миллиона долларов, и Дэн Чансян, будучи крайне доволен собой, не поскупился на ответную благодарность.
Отблагодарить Ся Сяолань возможности не было, зато это можно было сделать через Чжоу Чэна. Вернувшись в страну, директор Дэн расхваливал Чжоу Чэна на все лады. Руководство Министерства внешнеэкономических связей и торговли даже загорелось идеей переманить его к себе: прослышав, что Чжоу Чэн неплохо владеет английским и разбирается в экономике, они бы точно его забрали, не будь он кадровым военным!
Они даже отправили в часть официальное благодарственное письмо, в котором благодарили за воспитание такого выдающегося товарища, как Чжоу Чэн.
В конце концов, устная благодарность ничего не стоит — чиновники могут раздавать её сколько угодно, но в армии на такой отзыв отреагировали иначе… Никто не ожидал, что товарищ Чжоу Чэн окажется мастером и меча, и слова. Его не зря ставили в пример.
В полку тоже чувствовали причастность к этой чести. Чжоу Чэн попал к ним после перевода с фронта и всё это время рос в их рядах: от ротного до комбата, от комбата до замполка. Весь путь его продвижения был на виду, и не было сомнений, что его успехи — по большей части заслуга воспитания в полку!
Чжоу Чэн рассказал Сяо Лань о благодарности директора Дэна. Ся Сяолань рассмеялась:
— Директор Дэн действительно хороший человек. Хоть я и не искала выгоды, но он поступает надёжно. Если в будущем случится нечто подобное, я с радостью снова побуду его переводчиком.
Ся Сяолань не лукавила. Дэн Чансян возглавил делегацию в США именно потому, что отвечал в министерстве за внешнеэкономические связи с этой страной. Пока она в Америке, Ся Сяолань была готова помогать ему — ей нравились такие чиновники, как Дэн Чансян, которые просто и честно делали своё дело.
Чжоу Чэн тоже улыбнулся:
— На обратном пути директор Дэн без конца хвалил тебя перед остальными, ты ему очень понравилась. Кстати, вчера я получил часы, которые ты прислала. Очень красивые, как раз в моём вкусе!
Даже если бы они были ужасно уродливыми, Чжоу Чэн, в своей слепой любви к Ся Сяолань, наверняка нашёл бы в них своё очарование.
Впрочем, разве могла Ся Сяолань выбрать что-то некрасивое?
Даже придирчивые профессора архитектурного факультета Корнелла могли разве что упрекнуть её дизайн в недостатке «одухотворённости» или чрезмерном прагматизме, но никто никогда не назвал бы проект электронного центра некрасивым.
Высокому искусству она ещё училась, но базового чувства вкуса Ся Сяолань было не занимать.
Вещь, выбранная этой прямолинейной и практичной девушкой, идеально совпала с предпочтениями мужчины. Чжоу Чэну казалось, что даже маленькие винтики на ремешке выглядят безупречно!
В армии не стоило лишний раз хвастаться. Зимой, под одеждой, часы на запястье были незаметны, но летом, когда рукава короткие, это могло привлечь внимание. Вчера, получив подарок, Чжоу Чэн положил их под подушку и так и спал. Было ощущение, будто невеста рядом, и всю ночь он проспал очень крепко.
Ся Сяолань рассказала ему о записке, которую Юй Найнай получила в аэропорту.
Чжоу Чэн призадумался:
— Если Юй Найнай уверена в источнике записки, то Сюй Чжунъи действительно жив. Юй Найнай права, тебе стоит на время оставить это дело. Не нужно давить слишком сильно, чтобы не загнать его в угол и не заставить наделать глупостей. Меня нет рядом, кто тебя защитит? Не ввязывайся в опасные авантюры, подожди, пока Сюй Чжунъи сам объявится. Посмотрим, что он замышляет со всей этой таинственностью.
Двадцать лет назад он был простодушным человеком, но кто знает, как время меняет людей.
Не зря они были парой — мысли Чжоу Чэна почти полностью совпадали с догадками Ся Сяолань. Тот факт, что Сюй Чжунъи двадцать лет не связывался с родной матерью, вызывал неоднозначные чувства.
Оставалось надеяться, что у него была веская причина. В любом случае Сюй Чжунъи — это одно, а Юй Найнай — совсем другое. Только с ней у Сяо Лань была настоящая эмоциональная связь, они стали почти семьёй… Что бы ни предпринял Сюй Чжунъи, Чжоу Чэн хотел, чтобы Сяо Лань сохраняла позицию стороннего наблюдателя.
— Я поняла, я не стану слепо доверять человеку, которого совсем не знаю.
Чжоу Чэн прикинул разницу во времени:
— Ладно, завтра тебе снова на стажировку, ложись спать пораньше. Как будет время — звони, я всегда на связи.
«Я всегда на связи».
Это обещание Чжоу Чэна дарило Ся Сяолань покой.
Иногда важно не само присутствие, не объятия или поцелуи, а осознание того, что в нужный момент тебя выслушают. Такая поддержка вселяет уверенность.
Если бы от него не было вестей больше двух месяцев, Ся Сяолань не смогла бы с этим смириться. Товарищ Чжоу Чэн определённо сделал большой шаг вперёд.
***
Пэнчэн.
На таможне Роху стояла машина. Водитель и пассажир ждали тех, кто въезжает из Гонконга.
Самолет из Америки сначала летел в Японию, оттуда в Гонконг, а затем предстоял путь до границы… Если бы не ограничения, связанные с его должностью, Тан Хунэн непременно поехал бы встречать их в аэропорт Гонконга.
Но сейчас, даже будучи мэром Пэнчэна, ему оставалось лишь терпеливо ждать на таможне Роху.
Газета уже была прочитана от корки до корки, а их всё не было.
Он просмотрел ещё пару официальных документов.
На таможне послышался шум, но это были не они.
Сяо Ван не смел проронить ни слова. Начальник приехал слишком рано, но разве он мог об этом сказать? Он боялся, что если вставит хоть слово, Юй Найнай снова накормит его салатом из горькой тыквы.
Работая рядом с руководителем, нужно больше делать и меньше высказывать своё мнение. Тётя Лю не пробыла в Америке и месяца, а начальник уже сбросил несколько фунтов. Сяо Ван подумал, что чувства этих двоих, должно быть, слишком глубоки!
Наконец на таможне снова началось движение. Тан Хунэн опустил стекло. Толпа людей потянулась через пункт контроля, и он с первого взгляда узнал свою жену.
И дело было не в росте Лю Фэнь. Когда на сердце тоска по человеку, его узнаешь и в пол-оборота, и со спины. А если человек безразличен, то можно и в упор не заметить.
Тан Хунэн открыл дверцу и вышел из машины. Лю Фэнь, проходя контроль, подняла голову и тут же увидела его.
С момента свадьбы они ещё не расставались так надолго. Лю Фэнь была рада видеть Тан Хунэна, но на душе было немного тоскливо — как бы хорошо ни было на чужбине, это не сравнится с домом. Они с Тан Хунэном женаты всего полгода, и в разлуке она постоянно о нём беспокоилась.
— Почему ты так похудел?
Это было первое, что она сказала. Тан Хунэн почувствовал себя почти обиженным: разве может не похудеть мужчина, оставшийся без жены?
— Товарищ А Фэнь, разве ты не знаешь: «Ради неё я сохну и чахну»?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
