У гонконгских долларов есть крупные номиналы, а у китайских юаней самая большая купюра — всего десять юаней.
Более 50 тысяч наличными пришлось упаковать в целый школьный рюкзак.
Хэ Шиюань улыбнулась Чжоу И, и от этой улыбки у той мурашки побежали по коже.
Чжоу И крепче прижала к себе сумку с деньгами:
— Сначала верни нам записи! Потом я отдам тебе деньги, и ты немедленно уберешься отсюда, чтобы больше никогда не появляться перед моими глазами!
Если бы голос при этом не дрожал, такая угроза прозвучала бы куда убедительнее.
Какая же она трусиха.
Да еще и непроходимо глупая.
Госпожа Е настолько умна, но когда-то умудрилась проиграть такой кучке людей… В этом мире действительно нет ни справедливости, ни логики.
Хэ Шиюань повела подбородком:
— Считайте.
Один из громил с силой вырвал сумку из рук Чжоу И, и та не смогла его остановить.
Чжоу И была до умиления наивна: вся сила была в руках Хэ Шиюань, а она всё еще надеялась на ее верность договоренностям?
— Ты…
— Что «я»? Не тебе здесь решать! Старшая мисс Чжоу, ты ничему не научилась. Неужели ловить меня на прелюбодеянии было так весело? Хочешь, я тебя сейчас тоже догола раздею и оставлю здесь, в глуши, на всеобщее обозрение?
Хэ Шиюань была слишком ядовита. Чжоу И судорожно схватилась за воротник одежды, всерьез испугавшись, что та перейдет от слов к делу.
Юань Хань и не думал защищать Чжоу И. Он считал, что Хэ Шиюань просто хочет выпустить пар, а когда успокоится — вернет ему улики.
Юань Хань не верил, что Хэ Шиюань действительно решится пойти на открытый конфликт с семьей Чжоу.
Какой смысл окончательно ссориться с семьей Чжоу? Неужели семья Хэ в будущем больше не собирается инвестировать в материковый Китай?
Юань Хань полагал, что насквозь видит Хэ Шиюань, а потому был спокойнее, чем Чжоу И.
— Пусть считает. Она хоть и… но наверняка сдержит слово.
Юань Хань хотел сказать, что Хэ Шиюань — дочь семьи Хэ и точно сдержит обещание. Хэ Шиюань лишь криво усмехнулась — жаль только, что «дочь» она фальшивая.
Деньги пересчитали быстро — ровно 52 тысячи юаней.
При обмене на гонконгские доллары это не обязательно составило бы 105 тысяч, но о такой мелочи никто не спорил. Хэ Шиюань достала пачки и бросила каждому громиле по одной:
— Это вам награда, забирайте!
Нанятые люди расплылись в улыбках — мисс Хэ так щедра, в каждой пачке по тысяче юаней!
Хэ Шиюань, конечно, было всё равно. Е Сяоциун сказала, что нужно оставить только сумму для выкупа дома, а остальное можно тратить как угодно.
Е Сяоциун потратила всего двадцать пять тысяч, чтобы выкупить дом обратно, а остальные деньги выложила семья Юань. Использовать деньги семьи Юань, чтобы нанять людей для расправы над самой же семьей Юань… От одного предвкушения этого удовольствия кожа на голове немела!
И пока она не скажет, семья Юань ни о чем не узнает.
Ощущение того, что она играет злодеями как марионетками, давало Хэ Шиюань ложную иллюзию, будто она совершает доброе дело.
У старшей сестры Юань покраснели глаза. Боже, неужели эта Порванная обувь действительно хотела денег?
Очевидно же, что она просто хотела поиздеваться над ними.
Только что полученные деньги она тут же раздала — целых несколько тысяч!
Причем раздала именно те деньги, которые старшая сестра Юань выскребла из всех своих запасов… Когда Юань Хань женился, она тоже давала деньги, и те ушли безвозвратно — Юань Хань до сих пор их не вернул.
Старшая сестра Юань с ненавистью уставилась на Чжоу И: какой вообще был прок от того, что он на ней женился?
Чжоу И же не сводила глаз с Хэ Шиюань:
— Деньги ты получила. Где вещи!
Хэ Шиюань хихикнула:
— Ах, вещи… Я велела отправить их в Комиссию по проверке дисциплины Пэнчэна. Отправили еще два дня назад, так что к этому времени они уже должны быть получены. Записи у меня нет, но я могу дать тебе кое-что другое, чтобы ты не уходила с пустыми руками!
— Хэ Шиюань! —
Отправила в Комиссию по проверке дисциплины?
Юань Хань почувствовал, как сердце уходит в пятки. Его карьера!
Хэ Шиюань взяла деньги и всё равно его подставила!
Юань Хань хотел броситься на нее, но двое громил сбили его с ног и прижали к земле.
Чжоу И тоже рванулась вперед, но ее так же быстро скрутили. Могла ли старшая сестра Юань, какой бы скандальной она ни была, одолеть мужчин? Мать Юань была больна и совершенно не способна к борьбе, а у второй сестры Юань кружилась голова… Они выпотрошили все семейные закрома, продали дом, а эта Порванная обувь взяла деньги и всё равно передала доказательства в Комиссию по проверке дисциплины…
Хэ Шиюань достала из машины бумажный пакет и веером рассыпала фотографии по земле.
Это были их постельные фото с Юань Ханем. Однако снимки явно прошли отбор: лиц Хэ Шиюань на них не было видно, зато лицо Юань Ханя просматривалось отчетливо.
— Вот, это мой тебе подарок. Нравится?
Словно раздавая рождественские подарки, Хэ Шиюань показывала снимки Чжоу И и насильно впихивала их в руки членам семьи Юань, чтобы те всё разглядели.
Старшая сестра Юань разразилась проклятиями, а вторая сестра Юань принялась яростно рвать фотографии. Хэ Шиюань громко расхохоталась:
— Рвите, у меня таких фотографий еще полно. Если всё порвете и не успокоитесь, я велю привезти еще. Пока негативы у меня, я могу печатать их сколько угодно!
Глаза Чжоу И налились кровью:
— Это ты… это ты прислала те фото в Америку, чтобы я их увидела.
Почему? Ну почему?
Чжоу И действительно не понимала.
Хэ Шиюань заставила ее узнать об измене не ради того, чтобы быть с Юань Ханем.
Она раздала выманенные шантажом деньги, значит, дело было не в них.
В то же время она отправила доказательства в Комиссию по проверке дисциплины, совершенно не боясь семьи Чжоу… В чем же причина? Неужели эта дочь гонконгского бизнесмена сошла с ума? Она решила не только погубить Юань Ханя, но и не пощадить ее саму!
К ее удивлению, Хэ Шиюань кивнула:
— Да, это я их прислала. Я догадывалась, что ты глупа, но не думала, что настолько. Стоило чуть-чуть подтолкнуть, и ты сразу попалась на удочку.
Лицо Юань Ханя вжали в землю, острые камни оцарапали кожу, и кровь потекла ручьем.
— Хэ Шиюань, если мне будет плохо, ты тоже не жди пощады! Ах ты дрянь, какая тебе выгода так меня подставлять? Это семья Чжоу, это они тебя подослали, верно? Чтобы разлучить меня с Сяо И… Семья Чжоу сошла с ума! Если меня схватят, я потяну за собой всех!
Чжоу И ненавидела Хэ Шиюань, но Юань Ханя она ненавидела еще больше.
Какими бы ни были мотивы Хэ Шиюань, если бы Юань Хань вел себя достойно, не бегал за каждой Порванной обувью и не брал взяток, он бы никогда не попал в эту ловушку!
Это она, она была слепа, когда решила выйти за него замуж и навлекла такие беды на свою семью.
Хэ Шиюань наступила ногой на лицо Юань Ханя и с силой надавила, усугубляя раны, так что от боли у того не осталось сил даже на сопротивление.
— Семья Чжоу? Семья Чжоу не смогла бы меня нанять.
Хэ Шиюань пробормотала:
— Подумать только, обыкновенная пустышка с приятной внешностью смогла обмануть старшую мисс семьи Чжоу. Похоже, семья Чжоу не так уж и хороша, раз вырастила такую глупую дочь.
— Старшая мисс Чжоу, ты украла чужого мужа. Это цена, которую ты должна заплатить.
— Юань Хань, ради богатства и положения ты бросил свою прежнюю жену, обманом заставил ее сделать аборт и развестись, вынудил ее уехать ни с чем… Всё это — твое возмездие.
— Человек предполагает, а Небо располагает. Вы совершали дурные поступки, и если Небо вас не покарало, это сделаю я.
— И что же теперь делать? Деньги семьи закончились, дома нет, карьеры нет, и, судя по всему, мисс Чжоу ты больше не нужен. Всё, что ты получил, паразитируя на женщинах, исчезло в один миг. Сердце за тебя болит!
Хэ Шиюань еще сильнее надавила ногой:
— Вот это самое лицо, которым ты так ловко обманывал женщин. Теперь и его нет. Интересно, будешь ли ты пользоваться успехом в тюрьме!
Старшая сестра Юань бессильно рухнула на землю:
— Это она… Это она тебя подослала, она нам мстит. Мама, сестра, это она вернулась, чтобы отомстить нам!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
