Каков был предел Ся Цзыюй?
Ся Сяолань не могла этого угадать.
Как бы там ни было, после своего «перерождения» эта женщина увела парня у двоюродной сестры и даже пыталась довести ту до смерти — человек, у которого есть принципы, на такое не пойдёт.
Конечно, с точки зрения Ся Цзыюй, «Ся Сяолань» из прошлой жизни могла быть её врагом, и, получив шанс переродиться, она решила жестоко отомстить… Но это всё равно не укладывалось в систему ценностей Ся Сяолань.
Что это за вражда такая, которую нужно хранить до самого перерождения? Обиды этой жизни нужно решать в этой же жизни. Если в прошлой жизни ты даже не смогла найти возможности отомстить, то вернуться после перерождения в «начальную локацию», чтобы избивать низкоуровневых персонажей — какое, чёрт возьми, достижение!
Всё это дела давно минувших дней. Ладно, допустим, ты не можешь это отпустить, но хотя бы дождись, пока «Ся Сяолань» совершит в этой жизни что-то дурное, прежде чем наносить ответный удар.
Для Ся Цзыюй страдания длились две жизни.
Для прежней «Ся Сяолань» всё было туманно: она ничего не понимала, когда её жизнь прервалась из-за чужих интриг.
«Ся Сяолань» действительно была пустышкой, которая только и умела, что гнаться за выгодой и деньгами, не имея ничего за душой. Но, судя по воспоминаниям, полученным Ся Сяолань сразу после перерождения, в этой жизни между ней и Ся Цзыюй не было никаких крупных конфликтов.
У них даже не было шанса стать заклятыми врагами.
Ся Цзыюй, должно быть, переродилась как раз тогда, когда сменила имя, после чего сразу уехала учиться в уездный город.
Такая пустышка с одним лишь смазливым личиком, как «Ся Сяолань», разве что завидовала вниманию семьи Ся к старшей кузине, негодовала из-за того, что родной отец Ся Дачжун души не чаял в Ся Цзыюй, и ворчала на мать Лю Фэнь за её чересчур кроткий и слабый нрав. Но она действительно не совершала ничего плохого, да и способностей на это у неё не было.
Ся Сяолань презирала Ся Цзыюй ещё до того, как узнала, что та переродилась.
А когда догадалась об этом, то и подавно…
В любом случае в словаре Ся Цзыюй существовал только успех, достигнутый любыми средствами. Слово «предел» ей, вероятно, было вовсе не знакомо.
Конечно, у Ся Сяолань были похожие мысли: она жаждала успеха, и порой её моральные границы тоже были довольно низкими.
Но, по крайней мере, Ся Сяолань искренне и упорно трудилась. То, ради чего она боролась двадцать лет в прошлой жизни, исчезло в один миг, когда она проснулась в новом теле. Она не смирилась с судьбой и, стиснув зубы, начала всё заново, превращая неудачи в преимущества и пытаясь проложить себе более яркий путь!
Ся Сяолань активно вливалась в текущую реальность.
Она и была той самой «Ся Сяолань», живущей в восьмидесятых.
Перерождение Ся Цзыюй принесло ей лишь высокомерие всезнайки; она всегда вела себя так, будто все вокруг неё не были живыми людьми из плоти и крови, а лишь NPC для накопления опыта.
Как только вещь становилась бесполезной, она могла выбросить даже Ван Цзяньхуа, которого с таким трудом отбила.
Она могла бросить даже родных родителей.
Чтобы стать «человеком высшего круга», она согласилась на пластическую операцию, согласилась сменить облик и стать любовницей старика.
И после этого Ся Сяолань должна была верить, что у такого человека есть «предел»?
Ся Сяолань была связана с этим миром узами, и эти узы становились всё крепче: у неё были любимый человек и родные, и все они были её уязвимыми местами.
У Ся Цзыюй не было уязвимых мест, эта эгоистка любила только себя… У Тянь Сяоянь была толика житейской хитрости; Ся Сяолань не знала, будет ли её жизнь «тоньше бумаги», но амбиции у девчонки точно были «выше небес». Знаний в голове — кот наплакал, зато приемами морального шантажа она владела виртуозно.
Тянь Сяоянь тайно покинула деревню Цицзиньцунь. Ся Сяолань попыталась поставить себя на её место: скорее всего, та просто была полна обиды и недовольства.
Она считала, что Ся Сяолань и Лю Фэнь могли бы изменить её судьбу одним движением руки, но нарочно не стали помогать.
За помощь благодарности могло и не быть, но отсутствие помощи — это повод для кровной вражды.
У Тянь Сяоянь были великие амбиции, и она покинула деревню с мыслями о «мести».
Такую деревенскую девчонку четырнадцати лет, обладающую некоторой хитростью и в то же время крайне неуравновешенным характером, было очень легко контролировать и обманывать.
Ся Цзыюй не собиралась избавляться от Тянь Сяоянь, она собиралась использовать её для чего-то!
Ся Цзыюй не устраивала бурю в Гонконге, потому что выбрала не того противника: она ошибочно полагала, что именно Лю Фэнь — причина того, что её жизнь идёт наперекосяк. Значит, Тянь Сяоянь, эта на первый взгляд неприметная пешка, была заготовлена Ся Цзыюй для товарища Афэнь?
Ся Сяолань холодно усмехнулась.
Чья это территория — Пэнчэн?
Если бы она не смогла помешать Ся Цзыюй строить козни в Пэнчэне, то ей самой впору было бы «удалять персонажа» и начинать всё сначала!
Честно говоря, для Ся Сяолань было чертовски утомительно постоянно пытаться смотреть на вещи глазами Ся Цзыюй и Тянь Сяоянь.
К счастью, в тот день она почувствовала неладное и велела Чжэн Фэну провести расследование.
Всей душой ожидая краха гонконгского фондового рынка, она не имела времени беспокоиться о делах в Пэнчэне. Тянь Сяоянь, такая мелкая фигура, затаившая на неё и товарища Афэнь злобу, была тем самым звеном, которое легче всего упустить из виду!
Ся Сяолань больше не хотела гадать. Она напрямую рассказала об этом Тан Хунэну.
— …Осторожность прежде всего, Сяо Лань, ты поступила правильно! Я распоряжусь, чтобы эту Тянь Сяоянь разыскали.
С Лао Таном можно было договориться.
Он вовсе не боялся, что кто-то захочет причинить вред ему лично. На своём пути он нажил немало врагов, и если бы он боялся каждого шороха, то не добился бы нынешних высот.
Но он боялся за Лю Фэнь.
Ради безопасности Лю Фэнь Тан Хунэн не побоялся бы даже поднять большой шум.
Пока эту девчонку с гнилой душой, Тянь Сяоянь, не найдут, Тан Хунэн не успокоится.
Как раз в эти дни Лю Фэнь находилась в Пэнчэне!
Не найти Тянь Сяоянь было проблемой, но и найти её было бы не меньшей морокой.
Тянь Сяоянь определённо не была сумасшедшей; проблема была в том, что она была мала и крайне озлоблена. Он, как руководитель, не мог же просто отправить деревенскую девчонку в психиатрическую больницу?
Нет, так дела не делаются, Тянь Сяоянь — это не Цзи Я!
Полагаться только на возможности Тан Хунэна Ся Сяолань не решалась. Лао Тан и представить себе не мог, почему Ся Цзыюй хочет напасть на товарища Афэнь.
Ся Цзыюй думала, что товарищ Афэнь — это и есть «второй переродившийся»!
А как же быть ей самой? Неужели пойти к Ся Цзыюй и раскрыть правду, сказать, что та всё время ошибалась, и на самом деле противник Ся Цзыюй — она? Если так сделать, то все приготовления к краху рынка в Гонконге могут пойти прахом.
Ся Цзыюй сейчас словно ослепла, но как только она узнает, что Ся Сяолань — «переродившаяся», и проанализирует путь её обогащения, она сможет вообще не напрягать мозги: просто инвестировать во всё, во что вкладывается Ся Сяолань, и уходить с рынка вслед за ней. Нет, от одной мысли об этом становилось чертовски противно!
— Значит, нужно приложить все силы, чтобы найти Тянь Сяоянь, а затем преподать Ся Цзыюй горький урок во время краха рынка в Гонконге, чтобы ей стало не до того, как досаждать товарищу Афэнь.
Пока не станет ясно, что Ся Цзыюй больше не сможет подняться, Ся Сяолань не планировала раскрывать ей правду!
Ся Сяолань решила добавить ещё одну страховку.
Свой второй звонок она сделала Бай Чжэньчжу. Объяснять много не пришлось, она просто сказала, что Тянь Сяоянь нужно найти во что бы то ни стало.
— …Можешь даже объявить награду в криминальных кругах. Тот, кто найдет её быстрее всех, получит вознаграждение. Только не поднимай слишком много шума.
Бай Чжэньчжу не стала задавать лишних вопросов. Дело было несложным: куда могла деться девчонка с юнаньским акцентом? В Пэнчэне много приезжих, и у каждого слоя общества свои каналы связи.
Помимо Бай Чжэньчжу, Ся Сяолань вспомнила и о начальнике охраны «Цихэ» Ло Яоцзуне.
Надо сказать, что трусу Ло подобные поручения давались на удивление легко.
…
Пэнчэн. Одетый в униформу Ло Яоцзун с высоко поднятой головой и задраным носом расхаживал по стройплощадке Луху Тяньчэн. Несмотря на ясную и солнечную погоду, он вдруг громко чихнул.
— Кто?!
— Кто это там меня костит за спиной?
— Хм, наверняка это те бездельники, что завидуют моему быстрому повышению!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
