Хэ Чжитун впервые вкусила сладость игры на бирже.
Даже если её собственная семья была богата, и муж тоже не беден, деньги вовсе не текли к ней рекой для личных трат.
Если бы она могла зарабатывать по 10 миллионов гонконгских долларов в день, то и родные, и семья мужа посмотрели бы на неё совсем другими глазами.
Из-за отчуждения в отношениях с Тан Юаньюэ их общение стало сугубо формальным, поэтому он и не подозревал, что в этот раз Хэ Чжитун купила пять миллионов акций «Газетного дела семьи Лу».
Самого Тан Юаньюэ в это время даже не было в Гонконге.
Ду Чжаохуэй знал, что за три дня «Цихан» потеряла сорок миллионов, и спросил Ся Сяолань, не нужна ли ей помощь, но та отказалась:
— Это только начало. Твои карманные деньги еще целы, так что не переживай.
Ду Чжаохуэй и не переживал.
Честно говоря, потеря нескольких десятков миллионов его сейчас мало заботила.
Акции «Чэнжун Групп» стремительно падали, и рыночная стоимость, испарявшаяся каждый день, исчислялась далеко не десятками миллионов.
Ся Сяолань, напротив, советовала ему сохранять спокойствие:
— Все перемелется — мука будет. Подожди пару дней, и в делах твоей компании наметится поворот.
Ду Чжаохуэй не понимал, откуда у Ся Сяолань такая уверенность, но её невозмутимость действительно его успокаивала.
— Я тоже так думаю!
«Нет, ты ничего не знаешь, ты просто подпевала», — подумала про себя Ся Сяолань.
На самом деле Ся Сяолань хотела сказать, что в понедельник, когда откроются торги на гонконгской бирже, падать будет абсолютно всё, и на общем фоне обвал акций «Чэнжун Групп» станет не так заметен.
В любом случае, что ни делай, цена акций всё равно поползет вниз.
Разве что компании с отличными финансовыми показателями просядут чуть меньше, но когда рушится весь рынок, успех одной-двух фирм ничего не решает. Инвесторы теряют веру в биржу, а паническая распродажа — это действительно страшно!
В субботу утром Ся Сяолань открыла свежие выпуски финансовых газет, которые принесла Юй Ли.
Её внимание привлекла колонка с аналитикой в «Финансовом вестнике Наньгана», принадлежащем газетной империи семьи Лу.
В утренней прессе почти все писали о трехдневном падении американского фондового рынка, пускаясь в пространные рассуждения. Что касается влияния на гонконгскую биржу, большинство изданий высказывались осторожно: мол, в гонконгский рынок они верят, но исключать влияние со стороны США нельзя.
И только «Финансовом вестнике Наньгана», который явно тянул одеяло на себя, писал иначе. Их собственные акции выставлялись на понижение, и если бы они признали плохую ситуацию на рынке, инвесторы начали бы их сбрасывать. Поэтому газета утверждала следующее:
«Серьезное падение американского фондового рынка на прошлой неделе заставило всех экспертов рекомендовать инвесторам скупать американские ценные бумаги… По их мнению, рынок США готов к новому взлету, и вкладчикам следует воспользоваться низкими ценами для покупки акций и доверительных фондов».
Хе-хе. Считать падение временным и советовать людям закупаться «на дне»… Те, кто послушается, прогорят дотла.
Похоже, биржевой аналитике 87-го года можно верить так же мало, как и словам «диванных экспертов» из 2017-го.
Ся Сяолань отбросила газету в сторону.
— Госпожа Ся!
Юй Ли, даже не дождавшись разрешения войти, распахнула дверь:
— Звонили из Пэнчэна. Тянь Сяоянь, которую вы просили разыскать, нашлась!
Ся Сяолань тут же отшвырнула финансовый отчет:
— Рассказывай. Как её нашли?
Просто чертовщина какая-то: как эта Тянь Сяоянь умудрялась так долго прятаться в Пэнчэне?
Её искала полиция. Её искали люди из криминального мира. Её искали даже местные жители.
Столько дней не было ни весточки, что Ся Сяолань уже начала подозревать неладное. Живой человек не может просто так сквозь землю провалиться… Разве что её и впрямь закопали или она покинула Пэнчэн.
И вот теперь её наконец нашли. Ся Сяолань так и подмывало узнать подробности.
Юй Ли замялась, и Ся Сяолань вскинула бровь:
— Ты что-то от меня скрываешь?
Юй Ли едва ли не уткнулась носом в стол.
— Госпожа Ся, её поймали у ворот жилого квартала городской администрации… Тётя Лю немного пострадала. Но вы не волнуйтесь, рана пустяковая, правда…
Ся Сяолань уже схватила пальто и стремительно направилась к выходу:
— Передай Чжэн Фэну, чтобы заводил машину. Я немедленно возвращаюсь в Пэнчэн!
«Пустяковая рана» — это какая?
Услышав о ранении Лю Фэнь, Ся Сяолань больше не могла оставаться в Гонконге.
Да какой там субботний отдых! Даже если бы в понедельник начался крах всей биржи, ей было бы уже не до того.
Ся Цзыюй постоянно следила за ситуацией, и когда ей доложили об отъезде Ся Сяолань, она лишь усмехнулась:
— Наверное, поехала в Специальный район за подкреплением. Не смогла найти достаточно денег в Гонконге и боится открытия торгов в понедельник. Пусть за ней проследят. Хочу знать, с кем она там встречается.
Неужели пошла просить денег у мэра Тана? Ся Цзыюй очень хотелось выяснить, откуда Ся Сяолань берет средства.
Еще до того как машина подъехала к границе, Чжэн Фэн, глядя в зеркало заднего вида, доложил:
— Госпожа Ся, кажется, за нами хвост.
Ся Сяолань даже головы не подняла:
— Пускай едут, мне всё равно.
Чжэн Фэн больше не произнес ни слова.
Перейдя границу, Ся Сяолань сразу направилась в больницу.
Госпитализация Лю Фэнь не требовалась — она и впрямь получила лишь легкое ранение: порез ножом на предплечье. К приезду Ся Сяолань ей уже наложили швы и сделали перевязку.
Тан Хунэн был рядом с ней; супруги сидели на скамье в коридоре.
— Мама! Дядя Тан!
Лю Фэнь с укоризной посмотрела на Тан Хунэна:
— Ну зачем ты всё-таки сказал Сяо Лань? Мы же договаривались. Ничего же страшного не случилось.
Тан Хунэн покачал головой:
— Дело не только в твоей ране. Есть еще один пострадавший — сотрудник компании Сяо Лань. Он защищал тебя и сам попал под удар. По совести говоря, она должна была приехать и навестить его.
Лю Фэнь признала его правоту, и на её лице отразились одновременно и чувство вины, и благодарность:
— Да, Сяо Лань, тебе стоило вернуться. Если бы не Сяо Ло, не знаю, что бы со мной было… Бедняга, из-за меня пострадал.
Ся Сяолань кивнула:
— Я знаю. Это Ло Яоцзун вас спас. Его несколько раз ударили ножом, он сейчас на операционном столе.
Она осторожно коснулась забинтованной руки матери:
— А вы? Сильно болит?
Заметив, что у дочери глаза на мокром месте, Лю Фэнь поспешно затрясла головой:
— Совсем не болит! Ну, как будто на кухне случайно палец порезала. Крови немного было, но врач всё обработал и зашил. Сказал, так быстрее заживет.
На одежде Лю Фэнь виднелись пятна крови — судя по всему, в этом она и была во время нападения.
Ло Яоцзун получил несколько ножевых ранений и всё еще находился в операционной. Со слов матери Ся Сяолань восстановила картину случившегося.
Сегодня была суббота, но Тан Хунэн, как обычно, рано утром ушел на работу — дел в последнее время навалилось невпроворот.
Он обещал вернуться к обеду, и Лю Фэнь, дождавшись его ухода, сама отправилась за продуктами.
Не успела она отойти и на двести метров от ворот жилого квартала администрации, как на неё с ножом набросился какой-то верзила. Рядом с Лю Фэнь никого не было: водитель Сяо Ван еще не успел вернуться, отвезя Тан Хунэна в управление. Никто и представить не мог, что кто-то осмелится совершить нападение прямо под окнами домов правительства.
Лю Фэнь инстинктивно выставила руку для защиты.
Верзила что-то выкрикивал про «плохих людей» и «плохую мать», пытаясь ударить её ножом. В этот момент какая-то тень метнулась вперед, мертвой хваткой вцепилась в нападавшего и повалила его на землю. Завязалась борьба.
Прижимая раненую руку, Лю Фэнь звала на помощь. На крики уже бежали охранники из жилого комплекса.
Был выходной, многие жильцы оказались дома. На зов откликнулись сразу несколько человек, и общими усилиями верзилу удалось скрутить.
— Я того человека в глаза никогда не видела, зачем ему было на меня кидаться? — в голосе Лю Фэнь всё еще дрожал испуг. — Сторож Лао Хуан — человек опытный, да и из полицейского участка ребята быстро приехали. Лао Хуан вместе с полицейскими прочесали дом напротив и вытащили оттуда Тянь Сяоянь. Она там пряталась.
Тянь Сяоянь хотела её убить, но, не решившись сделать это сама, подговорила другого!
Неужели она всё еще ребенок? Какая жестокость!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
