Запечённый целиком баран!
Что это за чертовщина!
Го Фэй никак не ожидала такого невероятного поворота.
В армии бывало, что родственники, приезжая навестить, тайком привозили немного мяса, чтобы улучшить рацион своих мужчин, но чтобы вот так, во всеуслышание, отправлять в часть запечённых целиком баранов — такого точно не случалось. Даже Го Фэй не могла позволить себе подобную щедрость. У неё в семье всё было в порядке с достатком, но деньги они не печатали. Один барашек стоил несколько десятков юаней — с какой стати ей угощать посторонних людей?
— Сестрица, под началом батальонного командира Чжоу две-три сотни человек, а твой баран…
Пытается пустить пыль в глаза, не понимает, что мясо нужно передавать потихоньку. А если дарить так открыто, неужели она собирается дать попробовать каждому солдату Чжоу Чэна?
В принципе, это возможно: если сварить из одного барана суп, то каждый солдат в батальоне Чжоу Чэна действительно получит по миске.
Го Фэй решила, что Ся Сяолань хочет за небольшие деньги завоевать симпатию окружающих, и на мгновение раздосадовалась, что сама до этого не додумалась. Разве она не могла купить одного барана?
Она уже собиралась вставить еще пару колкостей, как услышала извиняющийся тон Ся Сяолань:
— Накормить две-три сотни человек досыта не получится, но пусть все хотя бы попробуют на вкус — это мой скромный подарок.
Солдаты под началом Чжоу Чэна, честно говоря, опешили.
Им еще не доводилось встречать родственников, которые привозили бы в часть целых баранов. Хотя солдаты и не голодали, в их рационе было не так уж много жирного — нормы питания на каждый день строго фиксированы. Когда по праздникам давали паровые булочки с мясом, ликовал весь полк. А тут — возможность отведать бараньего супа, да еще и присланного невестой командира Чжоу! Суп еще даже не запах, а у бойцов на душе уже стало тепло.
— Невестка такая добрая!
— Командир, а ваша невеста — настоящая щедрая душа!
— Невестка, вы мне теперь как родная…
— Бараний суп — это здорово, очень здорово!
— Был бы хоть вкус баранины, я её уже целую вечность не ел.
К сожалению, Ся Сяолань была женщиной, а рядом нес бессменную вахту Чжоу Чэн, иначе эти простые солдаты наверняка бросились бы к ней и подбрасывали бы в воздух от избытка радости.
Ся Сяолань немного смутилась.
— Оказывается, вы хотели супа? Запечённых баранов я заказала еще вчера, сегодня их уже, наверное, замариновали… Но если нужен суп, то тоже можно…
Эх, что невестка скажет, то и будет. Запечённый баран — это ведь тоже вкусно! Потом обязательно нужно урвать косточку, чтобы хоть вкус почувствовать.
Неважно, сколько съешь, важно само ощущение праздника.
Все принялись успокаивать Ся Сяолань, они и так были безумно рады.
Го Фэй смотрела на это, разинув рот. Неужели эти солдафоны настолько не видели жизни, что их можно купить одним-единственным бараном?
Только она об этом подумала, как Ся Сяолань повернулась к Чжоу Чэну:
— Может, позовешь пару человек на помощь? Боюсь, Кан Вэй один не донесет.
Пф-ф!
Подумаешь, один баран, к чему такие церемонии.
Конечно же, это был не один баран. Работники «Дунлайшунь» начали выгружать туши из машины. Несколько бойцов из батальона Чжоу Чэна пошли помогать и торжественно понесли добычу. Оказалось, их не один, а… 1, 2, 3… Как это шесть?!
Го Фэй окончательно замолчала.
Шесть баранов. Даже если просто купить живых и зарезать самим, это обойдется в несколько сотен юаней.
Где найти вертела для живых баранов, кто будет мазать их специями? Не говоря уже о том, что Ся Сяолань оплатила мастерство поваров из «Дунлайшунь». Го Фэй не то чтобы не могла позволить себе шесть баранов, но она бы ни за что не стала покупать их, чтобы угощать толпу незнакомых солдат.
Щеки Го Фэй запылали.
Эта иногородняя Ся Сяолань оказалась совсем не такой, как она думала. Она была невероятно щедра.
Из шести баранов четыре уже были замаринованы для запекания, а два — свежими; их Ся Сяолань заказала в «Дунлайшунь» в последний момент утром. Когда они уже почти приехали, Кан Вэй упомянул, что должность Чжоу Чэна — командир батальона. Ся Сяолань вспомнила возраст Чжоу Чэна: такой молодой комбат?
Она ведь действительно никогда не спрашивала Чжоу Чэна о его должности, а он и не думал хвастаться.
Думала, что нашла просто солдата, а оказался офицером.
Офицер так офицер, но ему ведь только в следующем месяце исполнится двадцать один год. Неужели нельзя было спокойно служить командиром взвода, зачем сразу в комбаты?
Кан Вэй сказал, что Чжоу Чэн всего добился боевыми заслугами. Ся Сяолань вспомнила слова Кан Вэя о двух-трех сотнях человек — значит, это были не просто сослуживцы, а подчиненные Чжоу Чэна. Раз это люди Чжоу Чэна, то и относиться к ним нужно получше. Четыре запечённых барана — как-то скуповато, поэтому она распорядилась забить еще двоих, а вместе с потрохами от всех шести — этого точно должно хватить?
Если бы это были не подчиненные Чжоу Чэна, Ся Сяолань не была бы столь щедрой до глупости — она ведь не может взять на довольствие целый полк.
Но даже этого хватило, чтобы повергнуть всех в безмолвный шок. Чжоу Чэн тоже чувствовал, что невеста сегодня оказала ему слишком большую честь. Нельзя сказать, что Ся Сяолань была прижимистой, но ведь деньги давались ей с таким трудом. Она не была похожа на Чжоу Чэна или Кан Вэя, которые с рождения опирались на связи своих отцов. Ся Сяолань добивалась всего исключительно собственными руками и ногами.
Сердце Чжоу Чэна только что бешено колотилось, а теперь его переполнила такая благодарность, что оно постепенно успокоилось.
Этот жест искренней щедрости был настолько весомым, что он на мгновение лишился дара речи. Ему хотелось спросить: «Зачем ты затеяла такое масштабное представление? Зачем купила столько баранов? Хватит ли тебе теперь денег?» Но в итоге он так и не смог выдавить ни слова.
Ся Сяолань же, наоборот, ущипнула Чжоу Чэна за талию:
— Позже я с тобой сочтусь!
Хм, неужели он думает, что она ничего не заметила? Какая еще «невеста батальонного командира Фана», какая к черту «невестка»? Неприязнь той женщины была слишком очевидной, она явно была влюблена в Чжоу Чэна. Мысль о том, что в её отсутствие Го Фэй постоянно крутилась рядом с ним, стремясь привлечь внимание, ужасно злила Ся Сяолань.
То, что другие заглядываются на Чжоу Чэна, — не его вина, но разве влюбленная женщина следует логике?
Сейчас Ся Сяолань берегла репутацию Чжоу Чэна, но потом она обязательно устроит ему разнос.
Чжоу Чэн тут же принял серьезный вид:
— Ты — моё начальство. Как скажешь «счесться», так и будет. Позволю тебе хоть бить меня, хоть ругать — ни слова не возражу и сдачи не дам.
Ся Сяолань тихонько хмыкнула.
Известие об этих баранах буквально взорвало весь полк. Говорили, что подарок — первому батальону, и солдаты из других батальонов им страшно завидовали. Командование полка пришло провести «воспитательную работу», а бойцы первого батальона обступили баранов, опасаясь, как бы их не отобрали. Командир полка ругал Чжоу Чэна за самоуправство, но политрук смеялся:
— Вот уж точно — два сапога пара. Однако к мнению масс нужно прислушиваться. Пусть батальон Чжоу Чэна ест запечённых баранов, но велите ему пожертвовать две туши, чтобы и остальные солдаты полка могли выпить по миске супа!
Кто же не хочет мяса?
Контраст был слишком велик, и это могло вызвать у других батальонов жгучую зависть к первому.
В коллективной жизни важен баланс. Ся Сяолань подарила баранов, а за распределение полностью отвечал Чжоу Чэн. Чжоу Чэн сказал, что тогда супа достанется каждому, и первый батальон при этом тоже не будет обделен.
Два барана на несколько сотен человек — это только распробовать.
Но если добавить потроха от всех шести баранов, «начинки» в супе окажется немало. Повара из хозвзвода были в восторге: драили котлы и миски, запустили сразу несколько печей, чтобы к обеду суп уже был готов. Четырех баранов тоже нужно было томить на углях; когда мясо запечется, как раз и суп подоспеет.
Командир полка тоже завидовал Чжоу Чэну: и где этот тихоня нашел себе такую замечательную невесту?
А что же Чжоу Чэн?
А Чжоу Чэна допрашивала Ся Сяолань, нещадно выкручивая кожу на его талии!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
