— Здесь лежат земли одного рода.
Услышав столь неожиданные слова, Сю Ли резко вскинула голову.
— Ой?!
— Впрочем, в наши дни, когда система влиятельных родов упразднена, называть это «владениями» довольно странно. Члены этой семьи рассеяны по всему региону и пользуются глубоким уважением как знатные люди. Вероятно, их родовые связи по-прежнему очень крепки.
Сю Ли вспомнила Чачжоу. В таких владениях действительно легко проворачивать любые дела.
Однако Цинъя слегка нахмурился.
— Проблема в оставшейся половине маршрутов… Похоже, они не входят в сферу влияния побочных ветвей…
За этот месяц стало ясно, что он на удивление не выносит поражений. Если оставалась неразгаданная тайна, он в одиночку погружался в раздумья. Глядя на него, Сю Ли наконец-то по-настоящему ощутила, что она на два года старше его.
— …То есть это родной дом фужэнь, или что-то в этом роде?
Услышав случайную догадку Сю Ли, Цинъя широко раскрыл глаза. Он снова взглянул на карту. В его голове замелькали границы старых поместий и сменяющие друг друга имена правителей.
На мгновение его лицо приняло досадливое выражение.
— …И верно. Вероятность крайне высока. Нынешний глава семьи несколько раз разводился и женился снова — какая непростительная оплошность с моей стороны. Я немедленно приступлю к расследованию.
— Послушай, Цинъя. Люди этого рода живут в Гуйяне?
— Да. Должно быть, кто-то из членов семьи служит чиновником при дворе.
Сю Ли и Цинъя переглянулись.
Собранные фрагменты наконец-то сошлись.
Они тут же принялись за дело.
— Значит, списки аристократов, которые мы недавно скопировали в Либу, пригодились.
— Есть карта, где отмечены изменения владений и имён родов. Давай сверим.
Ближе к вечеру Ян Сю случайно заглянул в комнату жунгуань и тут же отпрянул.
— Что… Что здесь происходит? Всё вернулось на круги своя?
Сю Ли и Цинъя, молча погружённые в расследование, вскинули головы и поспешно спрятали секретные документы.
— Ой. Ах, Ян Сю. Прости, что устроили тут беспорядок. Но ты несправедлив! По полу разбросаны не эротические книжонки, как раньше, а серьёзные труды!
Ян Сю, лавируя между книгами и картами, начал греть воду в запасном чайнике.
— Ну и ну, не знаю, чем вы тут заняты, но вы явно переусердствовали. Пора закругляться.
Цинъя, словно что-то вспомнив, повернулся к Сю Ли:
— Точно. мисс Сюли, разве вы не собирались сегодня к семье Лань…
Сю Ли подскочила. Верно — днём она об этом помнила, но совершенно позабыла.
— Ой! Точно! Я… я ещё успеваю. Какая удача.
Увлечённая делом Сю Ли в панике сверилась с положением солнца и наконец облегчённо вздохнула.
— Семья Лань — это действительно нечто. Ой, в таком случае, мне, наверное, не стоит задерживаться на чай?
— Ничего, пара минут погоды не сделают. Я переведу дух и пойду, продолжайте.
Когда чай был готов и они немного поболтали, Ян Сю с недоумением посмотрел на Цинъя.
— Кстати, мне всё не даёт покоя один вопрос: о каком «прежнем месте службы» ты всё время говоришь, Цинъя?
— А, я тоже хотела спросить! Сколько раз ни пыталась выведать, он ни в какую не говорит.
Сю Ли потянулась за сахарным лакомством и подалась вперёд.
Но Цинъя упрямо смотрел в сторону.
— Секрет.
— И почему ты так скрытничаешь? Разве есть такие странные государственные ведомства, о которых нужно молчать?
— …Это вызовет массу неудобств… Пусть это останется сюрпризом на будущее.
Любитель сладкого Ян Сю жадно проглотил несколько сахарных печений.
— Что ж, мисс Сюли, возможно, мы что-то узнаем, если поищем, начиная с его начальника. Начальник, который вместо отпуска ссылает подчинённого в жунгуань — это большая редкость.
— О, верно. Давай постараемся, Ян Сю. Раз уж Цинъя вечно всё превращает в тайны.
— Вы двое, не вздумайте планировать ничего странного! К тому же, Су Фан вызывает куда больше беспокойства, чем я.
Хотя было очевидно, что он меняет тему, Сю Ли, которую это тоже заботило, сразу кивнула.
В деле с солью Су Фан, в отличие от предложившего помощь Цинъя, покачал головой и отказался.
— Сейчас я ищу место службы. На этот раз я никак не смогу составить тебе компанию. Даже если тот опасный слуга погонится за мной с побегом бамбука в руках — не выйдет. Я убегу на край света. У меня правда нет времени. Пусть Цинъя-цзюнь помогает, разве нет? К тому же, от меня всё равно никакого толку. Раньше я ведь просто плёлся следом, разве не так?
Сю Ли на этот раз и вправду не могла тянуть Су Фана за собой.
У Цинъя место службы уже было определено, а Су Фан, как и она сама, находился в шатком положении, словно шёл по тонкому льду. Нельзя было впутывать его в дело, где даже после подачи доклада неизвестно, назначат ли тебя на должность.
(Но без Лили становится как-то не по себе…)
Хотя с её стороны это было невежливо, ей вовсе не нужно было от него чего-то конкретного. Если на то пошло, Цзинь Лань, Янь Цин или Лю Хуэй куда надёжнее во всех отношениях. Но почему же…
(Я так привыкла, что кто-то рядом, что теперь мне одиноко? Нет-нет, нельзя быть такой тряпкой!)
Сю Ли выпрямилась, словно призывая себя к порядку. Когда приходится действовать в одиночку, нельзя позволять себе быть такой малодушной.
— Су Фан в последнее время почти не заходит в комнату жунгуань…
Слова Цинъя заставили Сю Ли опомниться. Да, это тоже её беспокоило. С того самого выходного она видела его лишь изредка — и то совсем недолго, а последние несколько дней он и вовсе не появлялся.
Ян Сю слегка опустил голову.
— …Я тут слышал от других жунгуань… Кажется, Су Фан так и не явился ни в одно ведомство… Конечно, может, кто-то и проглядел… Но не кажется ли вам странным, что, кроме вечеров, когда он заходит сюда, его никто не видел при дворе?
Сю Ли и Цинъя замерли от неожиданности.
— …А? Как же так… — прохрипела Сю Ли.
Слова сорвались с губ непроизвольно. Она совершенно не понимала, что это может значить — голова отказывалась соображать.
— У меня свои мысли, не лезьте ко мне, — Су Фан говорил это много раз. Он твердил, что ищет работу и что будет в замешательстве, если его уволят.
Это… точно. Это из-за его отца. Лили почти каждый день носил отцу вещи. Как он мог не служить…
Ян Сю склонил голову ещё ниже.
— Похоже… та самая новость и стала причиной…
Цинъя с серьёзным лицом поставил чашку.
— О какой новости речь?
— …Говорят, полмесяца назад отец Су Фана скончался…
Чашка выпала из рук Сю Ли и разлетелась вдребезги.
Это случилось как раз полмесяца назад, ночью.
Хотя Су Фан никогда не проявлял большого интереса к музыке, лишь в ту ночь он произнёс:
— …Если я попрошу тебя сыграть, ты сыграешь?
— Конечно.
Су Фан слушал «Су Фан», зажмурив глаза.
Мелодию, названную его именем.
Словно хотел, чтобы кто-то ещё её услышал.
Сю Ли покинула комнату, словно в тумане, двигаясь лишь благодаря чувству долга, чтобы отправиться к семье Лань.
Цинъя и Ян Сю остались сидеть вдвоём за чаем.
Цинъя выждал момент и, подперев щёку рукой, уставился на Ян Сю проницательным взглядом.
— Ян Сю… Я давно хотел тебя спросить.
— А, Цинъя, у тебя есть ко мне вопрос?
— Да, к тебе.
Глаза Цинъя сузились, он впился взглядом в простоватого с виду мужчину перед собой.
— …Кто ты «на самом деле»?
Ян Сю широко раскрыл глаза, склонился и допил остатки чая.
— Ты спрашиваешь, «кто» я…
Он поставил чашку и медленно поднялся. Каждое его движение было исполнено благородства, словно он впитал эти изысканные аристократические манеры с самого рождения. Он вёл себя совсем не так, как прежний Ян Сю.
Затем он рассмеялся. С его лица словно спала маска, обнажая яркую, величественную и исполненную интеллекта уверенность.
— Хм… Не думал, что услышу подобный вопрос. Ты не так уж хорош, как я представлял, Лу Цинъя-цзюнь.
Ян Сю смерил юношу презрительным взглядом, заговорив с безупречным произношением высшего аристократа — неспешным и леденящим.
Сю Ли хотела немедленно отправиться в дом Су Фана, но время встречи с Цю Ином уже приближалось.
«Нельзя, работа прежде всего».
Хотя она отчаянно пыталась сосредоточиться на делах, ноги почти не слушались. Превозмогая дурноту, Сю Ли велела позвать повозку и, назвав место назначения, просто безучастно покачивалась в такт движению.
Дорога, должно быть, заняла много времени, но когда они добрались до усадьбы Цю Ина, Сю Ли не могла даже вспомнить, о чём думала в пути.
Она лишь оцепенело смотрела, как в голове по кругу проносятся образы рисовых колобков, эрху и фигурок енотов.
Ей даже захотелось расплакаться, но она понимала, что не имеет на это права.
Сю Ли знала, что Лили обычно кажется крайне беспечным, однако самое сокровенное он прячет в глубине души, притворяясь, будто его ничто не заботит.
А Сю Ли вечно этого не замечала.
— Сю Ли-дажэнь? Как необычно, что вы приехали в повозке…
Вышедший навстречу Цю Ин заметил выражение её лица.
Он молча взял Сю Ли за руку и помог ей спуститься.
Сю Ли пришла в себя в комнате, где курились благовония; она пила ароматный чай. Щёки обдувало холодком. Очевидно, сама того не помня, она горько разрыдалась.
Сквозь дымку она взглянула в сад — солнце уже давно скрылось за горизонтом.
— Генерал Лань… Не знаю почему, но я совсем не помню, как здесь оказалась… Я ведь доставила вам хлопот, верно?..
Прежде чем она успела обдумать свои слова, с губ сорвалась эта нелепица. Голос, на удивление, звучал отчётливо.
— Да.
Цю Ин слегка улыбнулся и похлопал Сю Ли по плечу, словно утешая ребёнка.
Цю Ин ни о чём не спрашивал.
Поэтому Сю Ли сама задала вопрос:
— Я… говорила что-нибудь?
— Ты всё время бессознательно звала Лили.
«Бессознательное — великая вещь», — подумала Сю Ли. Всё верно.
— Всё в порядке.
— А?..
Сю Ли подняла голову; Цю Ин изящным жестом наполнил её пустую чашку.
— Когда человек впадает в истинное отчаяние, он плачет беззвучно.
Он говорил это тихо и спокойно, будто сам когда-то видел подобную картину.
— С вами всё будет хорошо, Сю Ли-дажэнь. Вы плакали со всей страстью. Вы сможете достойно встретиться с Лили-цзюнем.
Затем он на мгновение задумался, глядя на книжный шкаф за спиной, и протянул Сю Ли связку писем.
— Прошу, это то, о чём вы просили, Сю Ли-дажэнь.
Только тогда Сю Ли вспомнила о цели своего визита.
Главная причина, по которой Чай Линь надеялась как можно больше заручиться поддержкой Сю Ли.
Ланьчжоу — земля моря и вод, славящаяся крупнейшим в государстве Сайун производством соли и процветающая благодаря множеству соляных озёр, самым известным из которых является Лунъя…
В Ланьчжоу, подвластном клану Лань, лишь самоубийца отважился бы на незаконную торговлю солью. Несмотря на то, что бо́льшая часть соли в стране поставлялась из Ланьчжоу, было подтверждено, что именно в неё во время нынешнего происшествия ни разу не подмешивали белый песок. В соль же из других провинций и областей его добавляли безо всяких опасений.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
