То была тихая ночь — безлунная и ветреная, лишь изредка доносились кошачьи крики, подобные издевательскому смеху.
Двое в чёрном явились верхом на ветру. На обоих были одинаковые длинные плащи, волосы бешено плясали на ветру, а цвета их глаз было не разглядеть.
Один из воров ухмыльнулся, и улыбка его была точь-в-точь как серп луны той ночью.
— О, время пришло. Как и уговаривались, мы здесь.
Второй отозвался:
— Верно. Людей и вещей всё так же много…
Пусть лица их и были скрыты чёрной тканью, они переглянулись и улыбнулись друг другу. С каких же пор они стали вот так действовать заодно? Затем — в мгновение ока — обе фигуры бесследно исчезли.
Тем вечером хозяин некоего поместья, пошатываясь, вернулся домой. Слуга, давно его поджидавший, вышел навстречу.
— Лао-е, с возвращением. По правде говоря, сегодня утром, пока лао-е отсутствовал, сяожэнь получил вот это…
Слуга достал маленькую записку, в которой было кратко и ясно сказано: «Согласно уговору, мы пришли забрать сокровище, что покоится в вашем поместье».
— А? Что это? Чья-то шутка? В поместье лаофу нет ничего подобного.
Слуга вспомнил о таинственной каморке в доме, о существовании которой, как говорили, «нельзя рассказывать посторонним». Если там и впрямь хранилось какое-то сокровище, то только в ней. Похоже, лао-е об этом совсем не подумал.
В тот же миг за спинами скрипнула дверь.
— Ну и дурачьё. Я могу входить и выходить отсюда совершенно свободно даже без ключа.
— Призрачные воры Цян-Цян! — вскрикнули в один голос хозяин и слуга, когда перед ними предстал дуэт грабителей. Лао-е, словно зачитывая реплику из дешёвой пьесы, выкрикнул: — Вы! Кто вы такие?!
— Неужели вы не видели того, что мы вам оставили? — Двое в чёрном с закрытыми лицами были неузнаваемы. — Согласно уговору, мы пришли забрать сокровище, что покоится в вашем поместье.
В тот миг хозяин ещё не успел опомниться. Сокровище, спрятанное в маленькой комнате, сияло чарующим блеском.
Клочок бумаги, словно одинокая снежинка, плавно опустился на пол: «Благодарим за сотрудничество».
Хозяин, будто подкошенный порывом ветра, вновь лишился чувств от негодования.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
