А Фу Тинъюнь в это время как раз переживала из-за денег:
— …Восемь тысяч лянов серебра, и нужно выплатить всё сразу, ни ляном меньше?
Юйвэй с горькой усмешкой кивнула:
— Посредник ждёт снаружи. Говорит, если сейчас нет нужной суммы, через два-три дома продаётся ещё одна загородная усадьба. Она, правда, меньше этой и от горы Юймин её отделяет несколько соседних усадеб. Не то что эта — у той вид открывается прямо на гору Юймин.
Фу Тинъюнь детально вспомнила ту поездку на осмотр усадьбы:
— Не подходит. Если она зажата между другими усадьбами, летом туда и прохладный ветерок не долетит, покупай — не покупай, всё впустую. Раз так, ступай и ответь, что цена слишком высока и сейчас у нас нет такой суммы. Пусть постарается и подберёт для нас другую усадьбу — пусть поменьше, но ближе к горе Юймин.
Юйвэй с некоторой заминкой предложила:
— Госпожа, а может, задействовать те деньги, что отправлены в Сиань…
Фу Тинъюнь качнула головой:
— Те деньги предназначены для покупки земли для А-Сэня. Скоро уже Начало зимы, как раз то время, когда крестьяне продают наделы. Это важное дело, а загородную усадьбу не купим в этом году — купим в следующем, не беда.
Юйвэй больше не стала спорить и отправилась во внешний двор передать ответ.
Фу Тинъюнь тем временем принялась подсчитывать расходы.
За прошедший год Чжао Лин привёз домой около пяти-шести тысяч лянов серебра, и она всё сберегла. С учётом прежних накоплений набиралось тысяч восемь-девять лянов. В Сиань отправили две тысячи лянов на покупку земель для А-Сэня, оставалось ещё шесть тысяч лянов… Свадьба Цзинь Юаньбао назначена на двенадцатое число третьего месяца следующего года, там тоже потребуются расходы. К тому же она думала приобрести под столицей земельное поместье или какую-нибудь лавку. Судя по всему, покупку подходящей усадьбы придётся отложить ещё на год.
Подумав об этом, она попросту выбросила мысль об усадьбе из головы и стала взвешивать, что принесёт больший доход — земельное поместье или торговая лавка… И поместье, и лавка приносят прибыль, да только поместье зависит от погоды: если год выдастся урожайным, удастся собрать арендную плату, а случись неурожай — придётся ещё и делиться семенами, помогая крестьянам переживать трудные времена; доход от лавки стабильнее, но и вложения требуются немалые, а окупаемость растягивается на десять-двадцать лет… Лучше всего открыть в собственной лавке какое-нибудь небольшое дело… Когда Юйвэй вернулась от посредника, Фу Тинъюнь велела ей:
— Передай во внешний двор: если придёт господин Цзинь, пусть его попросят пройти в южную гостиную, у меня есть к нему дело.
Юйвэй откликнулась, однако на её лице проступило лёгкое сомнение.
Фу Тинъюнь удивилась:
— Что случилось?
Юйвэй промолчала.
Фу Тинъюнь увлекла её в боковую комнатку внутренних покоев.
Юйвэй тихонько заговорила:
— Нынче деньги для Пятого господина привёз двоюродный брат Итун. Он передал мне весточку, что по просьбе Итун привёз для меня кое-что, и попросил о встрече за воротами Сичжи в заведении под названием «Цзэнцзи»… Как вы велите поступить, госпожа?..
— Итун — девушка крайне осмотрительная. Её двоюродный брат не желает переступать порог нашего дома либо из опасения навлечь на себя неприятности, предпочтя сделать вид, будто не знает о том, что я жива — закрыв глаза на очевидное; либо не хочет, чтобы кто-то узнал о его визите к нам, чтобы люди из семьи Фу стали расспрашивать. Нам до этого дела нет: раз уж он звал тебя на встречу, ступай, — ответила Фу Тинъюнь. — Я скажу Чжэну Третьему, он знает, что делать.
Юйвэй заметно повеселела и с улыбкой ответила:
— Я тоже думала, что стоит сходить на встречу: не побывав в логове тигра, не добудешь тигрёнка.
Фу Тинъюнь весело рассмеялась:
— Всего лишь заведение у ворот! Вот если бы мы вернулись в род Фу в Хуаине, тогда это действительно было бы тигриное логово!
Юйвэй с гордой улыбкой ответила:
— Я всегда подле госпожи: куда вы, туда и я.
Перекинувшись ещё несколькими словами, Фу Тинъюнь велела Чжэньчжу передать всё Чжэну Третьему, и на следующий день в полдень Юйвэй в экипаже отправилась за ворота Сичжи.
Они вернулись ровно в полдень.
Лицо Юйвэй было мертвенно-бледным.
Фу Тинъюнь спешно передала маленького Си-гэ кормилице, бросила недоеденный обед и увлекла Юйвэй в боковую комнатку.
Не успела Фу Тинъюнь вымолвить и слова, как Юйвэй произнесла:
— Старшая молодая госпожа скончалась!
В голове у Фу Тинъюнь загудело, внутри всё опустело, а губы затрепетали, но она долго не могла произнести ни звука.
Юйвэй глухим голосом продолжила:
— Итун по вашему напутствию старалась передавать прислуге Старшей молодой госпожи все новости, которыми та интересовалась. На Новый год, когда Старший господин возвращался в родные края для жертвоприношения предкам, Старшая молодая госпожа умоляла его помочь разыскать Цзо Цзюньцзе. На это Старший господин лишь сурово отругал её, да и Старшая госпожа высказала ей жестокое порицание.
— Старшая молодая госпожа тогда ничего не ответила. Однако на Праздник Двойной Пятёрки во время жертвоприношения она перед всем родом подняла шум, заявив, что приёмный сын уже женат, и она выполнила свой долг перед предками рода Фу. И принялась молить старейшин позволить ей уйти в обитель Биюнь, чтобы, приняв постриг, посвятить жизнь служению.
— Все были просто поражены.
— Старейшина шестой ветви спросил её, что стряслось, но Старшая молодая госпожа лишь плакала и молила пожалеть её за столько лет вдовства в доме Фу и отпустить в обитель Биюнь. Лицо Старшей госпожи в тот миг стало мрачнее грозовой тучи. Другие почтенные госпожи, видя это, не смели вымолвить слова, и обряд жертвоприношения окончился в полном разладе.
— После этого Старшая госпожа и свекровь увлекли её в главный зал и потребовали объяснений. Старшая молодая госпожа заявила, что до неё дошли вести: Цзо Цзюньцзе находится в руках молодого господина Юй Цзинсю из столицы. И что всё произошедшее с вами — дело рук господина Юй, который, презирая семью Фу и желая расторгнуть помолвку, подбил Цзо Цзюньцзе на эти козни. А раз вы всё ещё живы, она просила Старшего господина устроить встречу Цзо Цзюньцзе и вас в храме предков перед всем кланом, чтобы смыть позор с вашей памяти и имени Цзо Цзюньцзе.
— Старшая госпожа от гнева упала в обморок.
— Свекровь велела увести её под руки, а всю её прислугу распродала, заменив новыми людьми.
— Итун тоже не смела больше передавать ей вести.
— Кто же мог знать, что двадцать шестого числа девятого месяца, когда только сочетавшийся браком Десятый молодой господин из пятой ветви вместе с молодой супругой отправился в храм предков для совершения обряда знакомства с предками и отворил двери, они увидели Старшую молодую госпожу… повесившейся на поперечной балке храма.
— Нынче во всём Хуаине судачат, будто род Фу обманом желал снискать добрую славу, а сам измывался над вдовой и довёл её до самоубийства1…
- О жестокой традиции самоубийства вдов в Китае эпох Мин и Цин читайте статью «АРКИ ЦЕЛОМУДРИЯ: ничего личного… просто семейный бизнес».
↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
