Это был второй раз, когда Фу Тинъюнь переступила порог дома Мо И.
В первый раз она приходила узнать известия о Чжао Лине; пребывая в смятении и тревоге, она не обращала внимания на окружающую обстановку. На сей раз, исполненная настороженности, она поневоле принялась тайком разглядывать всё вокруг.
Планировка усадьбы была точно такой же, как и у них, однако двор Мо И был вымощен крупными плитами из синего камня, у ступеней главного дома росли ивы толщиной в охват, а под навесом для экипажей, помимо повозки, стоял еще и крытый паланкин. Всё выглядело значительно внушительнее и представительнее.
Она пришла вместе с А-Сэнем.
А-Сэня оставили под навесом крыши главного дома, а сама она в сопровождении Сюэмэй прошла в гостиную.
Наложница Фэн и наложница Лу восседали по обе стороны на креслах тайши. За их спинами стояли пять или шесть служанок. Двоих из них Фу Тинъюнь узнала — то были служанки наложницы Лу, а четыре остальные были совсем незнакомы. По всей видимости, их привела с собой наложница Фэн. Лицами они были весьма незамысловаты, однако оделись в шелка и серебро, выглядя чрезвычайно богато. Это подчеркивало пышность алого наряда наложницы Фэн и блеск её золотой шпильки с фениксом, создавая атмосферу утонченной роскоши.
Фу Тинъюнь была слегка изумлена: она никак не ожидала, что в доме наложницы Лу именно наложница Фэн займет главное хозяйское место.
Затем взгляд её упал на квадратный стол из черного лака с фигурной резьбой. На нем стояло семь или восемь высоких блюд из сине-белого фарфора с морским узором, наполненных фруктами. Помимо яблок, винограда, сушеных фиников и дынь, которые еще сохранялись в погребах, там стояло даже блюдо с сочными персиками, коих сейчас совершенно невозможно было достать на рынке…
Неизвестно, где наложница Лу достала их, или же это досталось усилиями Мо И.
Лишь глядя на этот пышный прием, становилось понятно, насколько радушно наложница Лу принимала наложницу Фэн.
Пока Фу Тинъюнь предавалась этим размышлениям, наложница Фэн уже поманила ее рукой:
— Подойдите, садитесь подле меня! — произнесла она тоном старшей, указывая на кресло тайши, стоявшее чуть ниже.
Фу Тинъюнь мысленно усмехнулась. С улыбкой обменявшись приветствиями с наложницей Фэн и наложницей Лу, она послушно села на указанное место.
— Премного благодарна, наложница Фэн, — произнесла она с благодарностью, переведя при этом взгляд на наложницу Лу.
В этом взгляде читалось: «Вы ведь хозяйка дома, но позволяете постороннему человеку распоряжаться в вашей гостиной. Неужели вы даже не вмешаетесь?»
Неизвестно, то ли наложница Лу не поняла смысла этого взгляды, то ли посчитала, что угодничать перед наложницей Фэн куда важнее, но на намек Фу Тинъюнь она никак не отреагировала. Заметив взгляд Фу Тинъюнь, она лишь вежливо улыбнулась и указала на чай, налитый служанкой Сюэмэй:
— Это отборный чай Билочунь. На Новый год его прислали из столицы из дома Инчуань-хоу; он специально велел передать немного нашему господину. Я в эти дни только его и пью: настой чистый, а послевкусие сладкое. Госпожа Фу, пригубите и вы, оцените вкус, — в её тоне проскальзывала сдержанная гордость.
Они явно действовали заодно, и Фу Тинъюнь решила, что тратить силы на сдержанный обмен любезностями с ними — бесполезная трата времени.
Она слегка кивнула, отдавая дань вежливости наложнице Лу, а затем устремила пристальный взгляд на наложницу Фэн:
— Наложница Фэн, вы упомянули, что у вас есть известия о цзунци Чжао. Разрешите узнать, что это за вести?
Наложница Фэн явно ожидала этого вопроса. Без тени удивления она с серьезным видом подала знак стоявшим за спиной служанкам. Те мгновенно присели в поклоне и вереницей удалились.
Увидев это, наложница Лу тоже подала знак Сюэмэй. Сюэмэй увела остальных служанок и заботливо прикрыла за ними створчатые двери гостиной.
В комнате остались лишь трое: Фу Тинъюнь, наложница Фэн и наложница Лу.
Лицо наложницы Фэн слегка потемнело, выражение стало еще более суровым. Она вполголоса спросила Фу Тинъюнь:
— Вы ходили к госпоже Ван. Что вам сказала госпожа Ван?
Фу Тинъюнь, разумеется, не намеревалась выкладывать всю правду. Скрыв подробности о Вэй Ши, она пересказала лишь то, что госпожа Ван узнала от помощника главного командующего Лю, после чего добавила:
— Не знаю, есть ли у наложницы Фэн способ разузнать, где сейчас находятся командующий Лу и цзунци Чжао? Если у вас есть какие-либо вести, я щедро отблагодарю вас. — Произнося это, она с прозрачным намеком посмотрела на наложницу Лу: — Полагаю, наложница Лу должна тревожиться ничуть не меньше моего!
Наложница Лу вспыхнула от досады и гнева.
Эта девица Фу возомнила себя её наставницей и читала ей нотации совершенно беззастенчиво!
Эти слова явственно высмеивали её нерадивость и равнодушие к судьбе командующего Лу.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
