Тётя Сун с улыбкой проговорила:
— Зачем мне помыкать другими? Только бы вы, молодые, жили ладно, я и волом, и лошадью для вас стать готова.
Она видела, что Сун Кэ не спешит отвечать, и в душе почувствовала легкое разочарование, решив про себя, что позже еще успеет его уговорить. Немного помолчав, она добавила:
— Есть еще одно дело. В конце первого месяца к нам приходила сваха, просила руки Тань-цзе-эр для У Ляна, единственного сына господина У Ювэя, инспектора провинции Чжэцзян. Я слышала, что семья инспектора весьма почтенная, однако, когда я стала расспрашивать женщин в доме Линь, те в один голос твердили, что нужно хорошенько разузнать о его нраве. В конце концов, это наше семейное дело, и другим не пристало много болтать, но видя их уклончивые речи, я и сама затревожилась… Позже этот У Лян и сам заглянул к нам, принес немало подарков. На вид он невысок, но выглядит статно и бодро, а на язык — ну чисто мед, оттого я и опасаюсь, не слишком ли он изворотлив… Слышала, семья собирается купить ему чиновничью должность, да и сам он хвастал, что владеет землями и поместьями, живет в усадьбе с тремя рядами построек и у него даже есть сад, и немалый.
Сун Кэ, немного подумав, сказал:
— Инспектор Чжэцзяна — чин не самый высокий, но с реальной властью, и слова его доходят прямо до ушей государя. Семья и впрямь достойная, вот только неизвестно, что за человек этот У Лян. На досуге я велю разузнать о нем поподробнее.
Тётя Сун согласно закивала.
На следующий день Сун Кэ отправился с визитом в дом Линь. Засвидетельствовав почтение старшим, он устроился пить чай вместе с Линь Цзиньтином. В ходе беседы зашла речь о сватовстве У Ляна. Линь Цзиньтин рассмеялся:
— Выходит, У Лян влюбился, раз заслал сватов в ваш дом? Этот малый вечно развлекается в цветочных зарослях1, и то, что он приметил твою кузину, — едва ли не единственный случай, когда у него прорезался вкус.
Услышав это, Сун Кэ нахмурился и спросил:
— «Развлекается в цветочных зарослях»? Что это значит?
Линь Цзиньтин ответил:
— То и значит: ходит о нем слава повесы, у него было несколько пассий в веселых кварталах, он мастак выпить и поиграть в кости. Но не думай, что он никчемный человек — голова у него варит дай бог каждому. Хоть отец его и слывет сухарем-книжником, сам сынок — мастер наживаться. Прикрываясь именем родителя, он гребет серебро лопатой, и везде у него всё схвачено. Недавно схватили одного торговца контрабандной солью, тому грозила как минимум ссылка. Не знаю уж как, но купец вышел на У Ляна. А тот оказался жаден до черна: затребовал почти половину состояния в подарок. После этого У Лян все устроил, и как думаешь? Не прошло и пары дней, как торговец был дома, а вместо него подставили какого-то бедолагу. Тот хоть и промышлял мелкой контрабандой, но никак не ожидал, что на него повесят такое крупное дело. Семья его разорилась, пытаясь его вызволить, но в конце концов под пытками он сознался и был сослан в Чжанчжоу. Так дело и закрыли.
Сун Кэ помрачнел:
— Скверное дело. Неужели для У Ляна нет ни закона, ни справедливости? Жаба, возжелавшая отведать мяса лебедя2! С таким нравом ни в коем случае нельзя отдавать за него сестру. Иначе и мать, и сестра будут попрекать меня всю жизнь, да и иметь такого родственника — позор, от которого лицо сгорит. Никаких талантов, одна лишь подлость да коварство. Был бы он просто праздным гулякой, так ведь нет — прикрывается отцом, берет взятки и нарушает закон. Рано или поздно он на этом погорит. Как говорится: «Сын не учен — вина отца». Его родитель, оказывается, во всем ему потакает.
Линь Цзиньтин проговорил:
— У Ювэй обрел сына уже в зрелые годы, вся семья в нем души не чает, берегут пуще зеницы ока… К тому же У Ювэй вечно в делах, а У Лян умеет льстить и притворяться пай-мальчиком. Боюсь, отец и не ведает о тех «подвигах», что сын творит снаружи. И Фэй, если будешь отказывать ему, подбери слова поприятнее. Этот человек отплатит даже за гневный взгляд, не стоит множить вражду.
Сун Кэ с улыбкой ответил:
— Я понимаю. Спасибо, что открыл мне правду.
Поговорив еще немного, он откланялся. Позже он ответил семье У отказом, сославшись на то, что Сун Таньчай еще слишком молода, а сам Сун Кэ еще не женат, и негоже младшей сестре выходить замуж раньше старшего брата.
На этом дело должно было закончиться. Однако в тот день, когда в кабинете пили чай, там прислуживал слуга Линь Цзиньтина по имени Лу-эр, который и подслушал весь разговор. Язык у Лу-эра был без костей, и позже, перебрав лишнего на стороне, он во всех красках пересказал услышанное другим. Сперва это было лишь поводом для праздной болтовни, но кто бы мог подумать, что слухи разлетятся так далеко и, сменив десяток уст, достигнут ушей У Ляна. У Лян от ярости едва не подпрыгнул на месте и про себя подумал: «Ах ты, Сун Кэ! Всего лишь мелкий чиновник, только что сдавший экзамены на цзиньши, и туда же! Что значит „жаба, возжелавшая отведать мяса лебедя“? Как ты посмел прилюдно ни во что не ставить У-да-е и повсюду разносить обо мне такие гнусности! Вот погоди, найду я случай проучить тебя, чтобы ты знал, на что я способен!» И затаил он в сердце глубокую обиду.
Но оставим лишние разговоры.
Сун Кэ вернулся домой. Первые несколько дней он был поглощен приемами и продажей имущества, обдумывая, как бы подступиться к тёте Сун с разговором о Сянлань. И в этой суматохе стряслась еще одна беда. Сун Кэ собирался продать поместье в Цзиньлине, покупателем выступал некто Ли Цзя. О цене договорились заранее, но вдруг Ли Цзя передумал и стал требовать продать поместье по дешевке. Семья Сун, разумеется, не согласилась. Тогда Ли Цзя явился к ним, стал дебоширить и закатывать истерики. Завязалась перепалка, и управляющий дома Сун, не рассчитав силы, ранил Ли Цзя. Сун Кэ поспешно велел приготовить дары и навестить пострадавшего. Получив отступные, Ли Цзя притих.
Казалось бы, буря улеглась, но не прошло и нескольких дней, как поползли слухи: мол, Сун Кэ «не следит за домочадцами и позволяет дерзким слугам чинить произвол», «пользуется властью, чтобы притеснять простой народ». Сун Кэ счел это пустой болтовней бездельников, но поскольку сплетни вредили его репутации, он лично отправился к Ли Цзя с подарками. Однако тот не пустил Сун Кэ на порог и принялся повсюду трубить о том, какой он невинный страдалец.
Чего Сун Кэ никак не ожидал, так это того, что происшествие привлечет внимание цензоров, которые подали доклад государю, клеймя Сун Кэ как «человека, ослепленного успехом и непригодного для великих дел». У Сун Кэ не было при дворе никакой опоры, а его блестящие успехи на экзаменах в столь юном возрасте уже вызывали у многих жгучую зависть. Поэтому в один миг отовсюду полезли всякие темные твари, ища возможности столкнуть его в яму. Разумеется, нашлись и те, кто встал на его защиту, а кое-кто и вовсе использовал этот повод для удара по политическим противникам. Мелкая ссора в мгновение ока превратилась в крошечную искру, которая разожгла степной пожар, полыхающий всё яростнее.
- развлекается в цветочных зарослях (游戏花丛, yóuxì huācóng) — образное выражение, означающее ведение распутного образа жизни и частое посещение увеселительных заведений. ↩︎
- жаба, возжелавшая отведать мяса лебедя (癞蛤蟆想吃天鹅肉, làiháma xiǎng chī tiān’é ròu) — китайская идиома о человеке, который имеет непомерные амбиции или жаждет того, чего он совершенно недостоин. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
