Сянлань увидела, что они вдвоем шепчутся в стороне, и поняла, что что-то случилось. Она отложила палочки, встала и спросила:
— Вторая гунайнай, третья найнай, что-то произошло?
Ли Мяочжи с улыбкой ответила:
— Как раз есть одно дело, пришли к тебе, отбросив стыд. — С этими словами она потянула Линь Дунци к ней.
Обе сели за стол, и все трое принялись переглядываться. Ли Мяочжи пнула Линь Дунци под столом, подавая ей знак глазами. Линь Дунци слегка покраснела и, пробормотав что-то невнятное, наконец произнесла:
— Сянлань, у меня есть к тебе одна просьба.
— Да, вторая гунайнай, прошу вас, говорите.
Линь Дунци взглянула на Ли Мяочжи, помедлила, а затем, решившись, сказала:
— Моя свекровь… она крайне жестока ко мне. Что бы я ни делала, всё ей не так. Говорит, что я косноязычна и нерасторопна, дошло до того, что старые слуги в доме важничают передо мной. Всё это я терпела, но в следующем году мужа переводят на службу в провинцию, а свекровь не желает меня отпускать. Она хочет навязать ему служанку из своих покоев, возвысив её до инян, чтобы та поехала с ним. Я… — Линь Дунци говорила и чувствовала, как подступает обида; она не выдержала, смахнула слезы платком и, переведя дух, продолжила: — Только что мне подали идею — взять свёкру новую наложницу. Если свекровь будет следить за кем-то другим, ей станет не до меня. Мой старший брат в прекрасных отношениях со вторым братом гуна Чжэньго. Я хочу попросить его, чтобы он договорился со вторым братом устроить пир и взять в дом добропорядочную наложницу. Мне нужно, чтобы ты уговорила старшего брата… Я и сама понимаю, что невестке предлагать наложницу свёкру — это нелепость, но у меня… нет иного выхода… — С этими словами она снова заплакала.
Сянлань поразилась этим словам. Ли Мяочжи добавила:
— Вот именно, положение второй сестры сейчас крайне тяжелое, тебе нужно замолвить за неё словечко перед старшим братом.
Сянлань на мгновение задумалась и произнесла:
— Простите, вторая гунайнай, боюсь, я не смогу в этом помочь.
Линь Дунци и Ли Мяочжи опешили.
Линь Дунци спросила:
— Почему?
Сянлань ответила:
— В «Четверокнижии» Цзыгун спросил, есть ли такое слово, которому можно следовать всю жизнь? Конфуций ответил: «Это — прощение. Того, чего не желаешь себе, не делай другим»1. Линь Дунци-гунян, ваша свекровь упорно навязывает служанку вашему мужу, и вы знаете, как это горько. Если вы сами не хотите этого терпеть, не стоит доставлять те же хлопоты другому, возвращая удар.
Ли Мяочжи возразила:
— Это путь благородного мужа, так и полагается поступать. Но свекровь второй сестры творит зловонные дела! С такой ничтожной личностью нужно поступать её же методами, пусть почувствует это на собственной шкуре!
Сянлань рассмеялась:
— «Того, чего не желаешь себе, не делай другим» — это правило не должно зависеть от того, благородный человек перед тобой или ничтожный. Давайте обсудим эту затею: разве всё закончится, если взять в дом добропорядочную наложницу? Возможно, супруга гуна Чжэньго лишь сильнее разозлится и возненавидит всех вокруг. Если её жизнь станет безрадостной, она сорвет гнев на невестке, и что тогда будет с Линь Дунци-гунян? К тому же, в поднебесной нет стен, не пропускающих ветер2. Если всё удастся сохранить в тайне — это одно, но если позже свекровь узнает, что это была идея нашей семьи, что тогда? Такая вражда может не угаснуть до конца жизни. А если об этом узнают посторонние, мы потеряем лицо и внутри, и снаружи. Что делать, если дело примет непоправимый оборот? И даже если отступить на шаг: в ответ на притеснения свекрови мы наносим ответный удар. Это лишь на миг успокоит гнев. Но когда семя причины и следствия будет посеяно, в будущем это неизбежно приведет к тому, что все разобьются на лагери и пойдут друг против друга. Вы будете вредить друг другу, мстить, и с каждым разом ярость и обида будут становиться всё сильнее, а вражда — всё глубже. Желание отомстить, неумение прощать, жизнь в вечной борьбе, в сплетнях и подножках — разве такая жизнь может быть счастливой?
Линь Дунци слегка кивнула и невольно спросила:
— И что же тогда делать?
Сянлань ответила:
— Сначала нужно пресечь зло и перестать ненавидеть. Когда ненависть велика, начинается бесконечный круг взаимного вреда. Сперва нужно найти в сердце силы для великого терпения.
Ли Мяочжи сказала:
— Если во всём терпеть, разве не станешь размазней? А если та и вовсе сядет на голову, что тогда?
Сянлань снова улыбнулась:
— Живя одной семьей, бороться со злом при помощи зла — это способ, который убирает симптомы, но не лечит корень болезни. Тем более она — старшая в роду. Как гласит поговорка, рука не поднимется ударить того, кто улыбается в ответ. Мало кто бывает настолько безумным и грубым, чтобы совсем лишиться человечности; у каждого есть чувство сострадания. Закройте один глаз на её зло, откройте другой и смотрите лишь на её добро, относитесь к ней искренне. Если она в чем-то ошибается, не идите напролом, действуйте обходными путями. Лед толщиной в три чи замерзает не за один морозный день; так же и в отношениях между людьми: доверие обретается по крупицам, и это единственный верный путь. Противостояние с желанием отомстить, даже если принесет временную победу, посеет семена будущих бед. И лишь пресекая зло мягкосердечием, можно обрести покой. — Она немного подумала и добавила: — В любом случае, перевод мужа будет только в следующем году. Сначала попробуйте тронуть её сердце своей искренностью. Если к тому времени ничего не выйдет, тайтай и Линь-да-е не оставят это без внимания, и я тоже обязательно помогу. Прошу вас, вторая гунайнай и третья найнай, хорошенько всё обдумайте.
Линь Дунци глубоко вздохнула и сказала:
— То, что ты говоришь… я…
Сянлань искренне посмотрела на Линь Дунци:
— Каждое моё слово идет от самого сердца, а некоторые из них — это боль, прочувствованная на собственной шкуре. В этом мире трудно избежать невзгод, но нужно отсеивать горечь и зло, а не взбалтывать их, заставляя подниматься вверх. Отвечать добром поначалу трудно, но со временем жизнь становится всё легче. Мстить же, поддавшись гневу и обиде, поначалу легко и приятно, но чем больше врагов, тем тяжелее будет жизнь в будущем.
Линь Дунци погрузилась в раздумья. Она медленно встала и пошла обратно, Ли Мяочжи поспешила за ней. Пройдя немного, Линь Дунци вдруг остановилась, обернулась и сказала:
— Я решила послушаться Сянлань. Того, чего не желаешь себе, не делай другим. Сначала проявлю великодушие и терпение.
Ли Мяочжи на мгновение лишилась дара речи и молча смотрела на неё.
- Того, чего не желаешь себе, не делай другим (己所不欲，勿施于人, jǐ suǒ bù yù, wù shī yú rén) — изречение из «Лунь юй», призывающее к взаимности и человеколюбию. ↩︎
- В поднебесной нет стен, не пропускающих ветер (天下没有不透风的墙, tiān xià méi yǒu bù tòu fēng de qiáng) — китайская идиома, означающая, что любая тайна рано или поздно станет явной. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
