Глядя на, вновь закрывшуюся, каменную дверь, Сюй Цинчэнь едва заметно нахмурился. Святая Наньчжао постепенно теряет рассудок, если все пройдет гладко в соответствии с планом, который он и гунчжу Аньси обсуждали в течение последних шести месяцев, то определенно можно будет, не запятнав клинков кровью1, захватить святую Наньчжао, а также силы, размещенные Ли-ваном в Наньчжао. В таком случае ему также следует подумать о том, как выбраться, раз уж цель была достигнута даже сверх ожиданий, оставаться здесь больше нет смысла. К тому же, чем позже, тем опаснее здесь будет.
Каменная дверь снова отворилась снаружи, Сюй Цинчэнь равнодушно произнес.
— У гунян есть еще дела?
— У гунян нет дел, Цинчэнь-гэгэ, дело есть у меня… — у двери раздался звонкий кокетливый смех.
Сюй Цинчэнь опешил и быстро обернулся к дверному проему. У приоткрытой каменной двери стояла очаровательная девушка в нежно-желтых одеждах и с улыбкой смотрела на него.
— Ли-эр…
Е Ли шагнула вперед и с приятной улыбкой осмотрела обстановку каменной комнаты, посмеиваясь.
— Да-гэ, кажется, тебе здесь жилось неплохо.
Сюй Цинчэнь с улыбкой посмотрел на нее и спросил.
— Ли-эр, Ли-эр, как ты здесь оказалась?
Е Ли подмигнула ему и, указав на все еще приоткрытую каменную дверь, с улыбкой ответила.
— Пришла встретить Цинчэнь-гунцзы.
Сюй Цинчэнь задумчиво взглянул на дверь.
— Снаружи есть кто-то еще?
Е Ли потянула Сюй Цинчэня за собой, с улыбкой говоря.
— Давай пока не обращать на это внимания, давай скорее уходить. Если та женщина вернется, будет не очень хорошо.
Сюй Цинчэнь кивнул.
— Ли-эр права, обсудим все, когда выйдем. Например, то, что у меня внезапно появилась невеста?
Улыбка на лице Е Ли мгновенно застыла, и лишь спустя долгое время она рассмеялась.
— Цинчэнь-гэгэ, помни, что после того, как мы выйдем, меня зовут Чу Лююнь. Если не знать имени собственной невесты, можно легко вызвать подозрения.
Сюй Цинчэнь немного прибрался, взял со стола несколько вещей, спрятал их при себе и последовал за Е Ли из каменной двери. Снаружи ждали Ань-эр и двое незнакомых тайных стражей. Увидев выходящих Е Ли и Сюй Цинчэня, они все вздохнули с облегчением и произнесли.
— Цинчэнь-гунцзы и впрямь здесь. Сяоцзе, уходим из императорского дворца.
— Что с той женщиной?
Ань-эр ответил.
— Гунчжу Аньси, согласно переданным нами сведениям, повела людей в Храм Святой. Вдобавок к тем нескольким трупам, та женщина определенно решит, что Гунчжу Аньси уже следит за ней. Сейчас она наверняка, словно столкнувшись с великим врагом, ждет в Храме Святой.
Е Ли удовлетворенно кивнула.
— А, что во дворце?
Ань-эр сказал.
— Хань-гунцзы устроит во дворце беспорядок в нужное время, и мы воспользуемся случаем, чтобы выбраться.
Е Ли кивнула.
— Надеюсь, Хань Минси и на этот раз сработает надежно.
Ань-эр, опустив голову, тихо рассмеялся.
— Хань-гунцзы просил Ань-саня передать на словах, что он гарантирует, сяоцзе не будет разочарована.
— Будем надеяться.
Двое тайных стражей охраняли Сюй Цинчэня, Ань-эр и Е Ли шли один впереди, другой сзади. Как они и ожидали, длинный подземный ход соединял императорский дворец и Храм Святой. Хотя внутри горы за императорским дворцом не было вырыто все пространство, как у племени Лои, там имелось несколько каменных комнат, соединенных с подземным ходом, Сюй Цинчэня держали под домашним арестом, как раз в одной из них. Под предводительством Е Ли и остальных группа людей быстро добралась до выхода во дворце. Сюй Цинчэнь, нахмурившись, спросил.
— Где выход?
Ань-эр с некоторым сожалением произнес.
— В опочивальне Вана Наньчжао. Эта Святая Дева Наньчжао настолько безумна, а Ван Наньчжао все равно осмелился обустроить потайной ход в своей опочивальне, неужели он не боится, что Святая Наньчжао когда-нибудь его убьет?
Сюй Цинчэнь не был удивлен и равнодушно заметил.
— В обычных обстоятельствах Святая Дева Наньчжао должна быть абсолютно предана Вану Наньчжао.
Ань-эр не понял.
— Тогда, что происходит сейчас?
Е Ли прервала его.
— Что происходит, обсудим по возвращении.
Ань-эр поспешно согласился, шагнул вперед и осторожно привел в действие механизм потайного хода. Тяжелый огромный камень отодвинулся, и перед взорами всех предстала пустая дворцовая зала. Когда все пятеро вышли, Ань-эр снова запечатал механизм потайного хода. Двое тайных стражей первыми выскочили наружу и, как раз, успели втащить внутрь двоих стражников, пришедших на звук проверить обстановку. Стражники не успели даже охнуть, как бесшумно повалились на пол. Сюй Цинчэнь взглянул на невозмутимую Е Ли, его взгляд слегка дрогнул. Он протянул руку и притянул Е Ли к себе. Е Ли подняла голову и спокойно улыбнулась ему.
— Да-гэ, давай скорее уходить.
Сюй Цинчэнь кивнул. Выйдя из великолепной опочивальни вана Наньчжао, они не встретили на пути слишком много стражников, те немногие охранники, что им попадались, были устранены двумя тайными стражами и Ань-эром. Поскольку маршрут был спланирован заранее, группа людей без особого труда покинула королевский дворец и оказалась в секретном убежище, заранее подготовленном для них Хань Минси.
— Цзюньвэй… этот гунцзы вернулся, почему бы тебе не выйти поскорее и не встретить меня? — не успели все сесть, чтобы выпить воды и перевести дух, как за пределами двора раздался чрезвычайно щегольской голос Хань Минси.
Стоило им обернуться, как темная тень грациозно спрыгнула со стены и бросилась в ту сторону, где стояла Е Ли.
— Хань-гунцзы! — Ань-сань, следовавший за ним, покрылся холодным потом и поспешно вскрикнул.
Е Ли была рядом с Сюй Цинчэнем, и тот вместе с Ань-эром одновременно сделали шаг вперед, преграждая путь Хань Минси. Сюй Цинчэнь улыбался мягко и холодно.
— Хань-гунцзы, что вы собираетесь делать? — Только тогда Хань Минси ясно увидел, что рядом с Сюй Цинчэнем стоит вовсе не тот, о ком он беспрестанно помышлял, диди Цзюньвэй, а очаровательная девушка в нежно-желтом шелковом платье.
— Э… это… — Е Ли поспешно отступила за спину Сюй Цинчэня, высунув лишь половину лица.
— Цинчэнь-гэгэ…
Хань Минси, увидев, что маленькая гунян, кажется, напугана им, не мог не почувствовать стыда. Он, Фэн Юэ гунцзы, больше десяти лет вращался в море цветов, когда он совершал подобную грубость в отношении красивой маленькой гунян? Чтобы спасти свой имидж, Хань Минси немедленно нацепил свою фирменную улыбку Фэн Юэ гунцзы, игриво улыбнулся из-за плеча Сюй Цинчэня и нежно произнес.
— Эта гунян, мне искренне жаль. Я, Хань Минси, только что напугал вас? Прошу прощения.
Е Ли, прячась за спиной Сюй Цинчэня, звонко ответила.
— Не стоит, только в будущем гунцзы ни в коем случае не следует… так поступать, в конце концов, между мужчиной и женщиной есть различия2.
Уголок рта Хань Минси дернулся. Он действительно не был повесой, он просто принял человека, стоявшего рядом с Сюй Цинчэнем, за Цзюньвэй, ясно? Но, возвращаясь к теме, куда делся его Цзюньвэй-диди?
— Чжо Цзин! Куда делся Цзюньвэй-диди этого гунцзы? Вы все здесь, почему не хватает только его?
Е Ли невольно посмотрела на небо, кто твой диди? Ань-сань помрачнел, он молча смотрел на настойчивого Хань Минси и произнес.
— Гунцзы не говорил, что придет сюда.
Хань Минси был недоволен.
— Почему Цзюньвэй не придет сюда?
Ань-сань ответил.
— Это место гунцзы просил Хань-гунцзы подготовить для Сюй-гунцзы.
Хань Минси с недовольством покосился на элегантного Цинчэнь-гунцзы, по какой-то причине на душе стало кисло, и он обиженно проговорил.
— Но ведь, я готовил его для Цзюньвэя.
Ань-сань не удержался и закатил глаза.
— У нашего гунцзы есть где жить.
Хань Минси скривил рот.
— Разве место, где вы живете, может быть таким же уютным, как то, что подготовил я? Если бы я знал заранее, что здесь будет жить не Цзюньвэй, я бы не стал так усердствовать, — сказав это, он не забыл сердито взглянуть на Сюй Цинчэня.
Сюй Цинчэнь, видя это, лишь слегка улыбнулся.
— Благодарю за хлопоты, Хань-гунцзы!
Хань Минси легко хмыкнул, взмахнул складным веером в руке и сказал.
— Ради того, что ты, с Да-гэ Цзюньвэя, этот гунцзы не будет с тобой считаться. А, где Цзюньвэй? Раз он не с нами и не с вами, то куда он делся сейчас?
Ань-эр быстро взглянул на Е Ли и произнес.
— Это… на обратном пути Чу-гунцзы получил известие и ушел первым. Сказал, что есть дела, которые нужно уладить. Позже он вернется и присоединится к нам.
— Вот как, — Хань Минси наполовину верил, наполовину сомневался3.
Возможно, из-за того, что серьезное лицо Ань-эр внушало доверие, в конце концов Хань Минси хмыкнул, взмахнул рукавами и ушел.
Наблюдая за тем, как Хань Минси исчезает в глубине двора, Сюй Цинчэнь повернулся к Е Ли и с мягкой улыбкой произнес.
— Мэймэй, кажется, по пути в Наньчжао с тобой произошло немало событий?
Е Ли заискивающе улыбнулась Сюй Цинчэню. С его проницательностью было нетрудно догадаться, что Чу Цзюньвэй и Чу Лююнь, один и тот же человек. Сюй Цинчэнь с улыбкой посмотрел на взволнованную Е Ли и кивнул.
— Как раз Гэгэ и ты не виделись почти год, не зайти ли нам внутрь поболтать?
Е Ли беспомощно моргнула, уступила дорогу и тихо проговорила.
— Гэгэ, прошу.
В кабинете Сюй Цинчэнь сидел за письменным столом и спокойно взирал на Е Ли, чье лицо выражало крайнее смущение. Е Ли стояла в стороне, опустив голову, ее глаза быстро бегали, и она время от времени украдкой поглядывала на Сюй Цинчэня. Точно так же, как предыдущее поколение семьи Сюй больше всего боялось Сюй Хунъюя, дети нынешнего поколения больше всего страшились Сюй Цинчэня. Это касалось и Е Ли, которая в детстве часто бывала в доме Сюй.
— Гэгэ… — увидев, что Сюй Цинчэнь лишь спокойно смотрит на нее и молчит, Е Ли обиженно и тихо позвала его.
Сюй Цинчэнь посмотрел на ее жалкий вид и со вздохом произнес.
— Давно не виделись, а Ли-эр сделала успехи, неужели научилась притворяться жалкой перед гэгэ?
Е Ли заморгала и, надув губы, ответила.
— Гэгэ… Ли-эр вовсе не притворяется, почему Гэгэ сердится…
Сюй Цинчэнь приподнял бровь.
— Ли-эр не знает, почему Гэгэ сердится?
Е Ли покачала головой, и Сюй Цинчэнь спросил.
— Кто такой Чу Цзюньвэй? И, кто такая Чу Лююнь?
Пытаться хитрить с гэгэ было пустой тратой сил, и Е Ли удрученно опустила голову.
— Гэгэ…
Сюй Цинчэнь указал на стул перед собой.
— Садись, садись и рассказывай все по порядку.
Е Ли послушно опустилась на стул и во всех подробностях изложила все события, начиная с того, как в столице ее подставила Е Юэ, и до самого момента, как она нашла Сюй Цинчэня в Наньчжао, ничего не упуская. Когда Е Ли закончила, она почувствовала, что у нее пересохло в горле. Подняв глаза, она увидела, что Сюй Цинчэнь протягивает ей чашку чая. Е Ли с легкой улыбкой поспешно приняла ее и сделала глоток. Подождав, пока она смочит горло, Сюй Цинчэнь спокойно посмотрел на нее.
— Я пока не буду говорить с тобой о кознях Е Юэ, но зачем ты специально отправилась в Гуанлин искать Хань Минси? Еще и привела его в Наньчжао?
Е Ли тихо ответила.
— Я не хотела тревожить людей в столице, поэтому было неудобно задействовать аньвэй поместья Дин ван-фу. Хань Минси увязался сам, я его не приводила.
Сюй Цинчэнь посмотрел на нее с полуулыбкой.
— Ты неплохо рассудила, не пожелав тревожить людей в столице. Однако спрашивала ли ты, какие отношения связывают Хань Минъюэ и Дин-вана? Что делать, если посторонние узнают, что ты, достопочтенная Дин ван-фужэнь, под вымышленным именем посещала Павильон Тяньи? Самое главное, если Хань Минъюэ действительно захочет разузнать, неужели он не выяснит твою личность? Если он станет чинить препятствия, что ты тогда будешь делать?
Е Ли подняла глаза и взглянула на красивое лицо Сюй Цинчэня, на котором все еще играла улыбка.
— Я оставила Ань-сы следить за башней Циньфэн Минъюэ. Если Хань Минъюэ вернется, он немедленно мне сообщит. К тому же я не поручала Павильону Тяньи по-настоящему важных дел. Лишь хотела, чтобы Павильон Тяньи помог аньвэй отвлечь часть внимания.
Сюй Цинчэнь кивнул.
— В этом вопросе ты прошла проверку, тогда… кто позволил тебе связываться с Бин Шушэном?
— Гэгэ тоже знает о Бин Шушэне? — спросила Е Ли.
Хотя слава Больного ученого Бин Шушэна гремела повсюду, он был человеком из цзянху, и любопытство Е Ли вызвал тот факт, что Сюй Цинчэнь знает о нем.
Сюй Цинчэнь спокойно посмотрел на нее.
— Да-гэчжу Павильона Яньван Лин Техань, мой друг.
Е Ли лишилась дара речи и мысленно безмолвно воззрилась в небо. Она только что прикидывала, как бы обхитрить Бин Шушэна, но тот все равно оставался опасной угрозой.
— Гэгэ, если я что-то сделаю Больному ученому Бин Шушэну, это не повлияет на твою дружбу с Да-гэчжу Лином?
Сюй Циньчэнь приподнял бровь.
— Что ты хочешь с ним сделать?
Е Ли, нахмурив изящные брови, подробно рассказала историю с цветком Било. Выслушав ее, Сюй Цинчэнь некоторое время молчал, а затем произнес.
— Значит, ты боишься, что, заполучив цветок Било, он навредит Дин-вану, и хочешь нанести упреждающий удар4, чтобы устранить эту угрозу? В то же время ты считаешь, что цветок Било может помочь в лечении Дин-вана, поэтому тоже хочешь его заполучить? Ты весьма печешься о Мо Сюяо, видно, что ты искренне считаешь себя Дин-ванфэй. Отец и дядя все время беспокоились, что у тебя слишком спокойный характер, но они, несомненно, также не желали бы видеть, что ты придаешь Дин-вану слишком большое значение.
Услышав слова Сюй Цинчэня, Е Ли внезапно почувствовала неловкость.
— Гэгэ, о чем ты говоришь, Мо Сюяо всегда был добр ко мне. Раз уж я вышла за него, естественно, я желаю ему блага. Неужели гэгэ хочет, чтобы он поскорее скончался, а твоя бедная мэймэй стала вдовой?
Видя, как Е Ли из последних сил старается казаться убедительной, Сюй Цинчэнь невольно улыбнулся. Слегка кашлянув, он произнес.
— Ладно, будь осторожна с Бин Шушэном. Что касается Лин Теханя, я сам с ним поговорю, Павильон Яньван не будет доставлять тебе проблем.
— Спасибо, Да-гэ, — улыбнулась Е Ли.
Сюй Цинчэнь посмотрел на нее с полуулыбкой и произнес.
— Не стоит благодарности, мэймэй Ли-эр. Теперь давай поговорим о моей невесте. Кстати, я уже отправил письмо с почтовым голубем в столицу, чтобы известить тех, кого следует.
— А… гэгэ… как ты мог так поступить? Нет, как ты мог сделать это так быстро? — при мысли о том, сколько писем она получит из-за этого и, как ее будут отчитывать Да-цзюцзю и Эр-цзюцзю, у Е Ли разболелась голова.
Сюй Цинчэнь улыбнулся.
— На самом деле в первый же день, когда я услышал, что моя невеста прибыла в Наньчжао, я отправил весточку назад. Или ты думаешь, что если гэгэ был под домашним арестом, то у него не было возможности передать весть наружу? Самое большее через пять дней должен прийти ответ. Мэймэй Лююнь…
Е Ли не удержалась и захотела обхватить голову руками и застонать, гэгэ действительно слишком… слишком вредный!
___________________
- Не запятнав клинков кровью (兵不血刃, bīng bù xuè rèn) — одержать победу без кровопролития. ↩︎
- Между мужчиной и женщиной есть различия (男女有别, nán nǚ yǒu bié) — традиционная норма поведения, предписывающая соблюдение дистанции и приличий в общении между представителями разных полов. ↩︎
- Наполовину верить, наполовину сомневаться (将信将疑, jiāng xìn jiāng yí) — относиться к чему-либо с недоверием. ↩︎
- нанести упреждающий удар (先下手为强, xiā xià shǒu wéi qiáng) — действовать первым, чтобы захватить инициативу или преимущество. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
