Только прибыв в семью Сюй, Е Ли поняла, то, что Сюй Цинчэнь в поместье семьи Е говорил о том, что ей нужно многому научиться, вовсе не ради того, чтобы отделаться от Е лао-фужэнь. На второй же день после того, как Е Ли поселилась в загородном поместье семьи Сюй, вторая тетя лично пригласила Го-фужэнь Хуа обучать ее управлению домом, а также тонкостям человеческих отношений и светским связям между императорским родом и высокопоставленными чиновниками. Кроме того, пришедшая из дворца лао-момо обучала Е Ли дворцовому этикету и правилам. После полудня Сюй Хунъюй лично разъяснял Е Ли некоторые вопросы стратегии и искусства интриг, а Сюй Цинчэнь обучал ее оценке антиквариата и драгоценностей, попутно подробно разбирая сферы влияния каждой из столичных сил. Е Ли всегда считала, что, прожив на одну жизнь больше остальных, она успела выучить немало. Теперь же она осознала, в глазах дядей и братьев из семьи Сюй она была еще крайне далека от звания достойной благородной девы. В итоге жизнь Е Ли стала напоминать времена бесконечных экзаменов из прошлого воплощения, она всеми силами стремилась за короткий месяц втиснуть в голову как можно больше знаний, данных ей дядей.
— Сяоцзе, пришла Цинь-сяоцзе, — войдя в беседку, доложила Цин Шуан.
Е Ли сидела там, играя в шахматы с Сюй Цинбаем, пока Сюй Цинъянь наблюдал за партией. В эти дни не только Е Ли подвергалась обучению по «методу набивания утки»1, но даже пришедшие с ней Цин Шуан и Цин Ся были строго вымуштрованы момо Линь. Хотя времени прошло немного, Цин Шуан стала заметно степеннее, чем раньше.
Глаза Сюй Цинъяня блеснули, и он с улыбкой спросил.
— О? Будущая вторая невестка?
Сюй Цинбай отложил камни и, улыбнувшись Е Ли, произнес.
— Раз прибыли гости, давай продолжим завтра.
Е Ли, разумеется, этого и желала. На самом деле вэйци она предпочитала сянцзи. С ее точки зрения, вэйци слишком сильно опиралось на чувства, требуя масштабного планирования, невозмутимости и постепенного проникновения в тыл врага. Сянцзи же были куда стремительнее, скакать на коне, выставив копье, идти воинами в лобовую атаку. В глубине души Е Ли, как и в прошлой жизни, все же больше любила подобную искреннюю и прямую остроту. Отложив камни вслед за Сюй Цинбаем, Е Ли подняла голову и с улыбкой сказала.
— Я не сильна в искусстве игры, боюсь, Сы-гэгэ уже давно потерял терпение?
Сюй Цинбай встал и, покачав головой, рассмеялся.
— По сравнению с Сюй Сяо-у, я предпочту играть с тобой.
Сюй Сяо-у был первым в семье Сюй «вэйци-идиотом»2. Он играл из рук вон плохо, но при этом был одержим игрой до крайности. К сожалению, в семье Сюй даже слуги не снисходили до партии с ним. Услышав слова Сюй Цинбая, Сюй Цинъянь с горестным видом и обидой воззрился на Е Ли, отчего та невольно дернула уголком губ. Она не знала, хвалил ее Сы-гэ или насмехался.
Вскоре пригласили Цинь Чжэн, а Сюй Цинбай, прихватив с собой Сюй Цинъяня, вышел.
— Ли-эр, похоже, тебе неплохо живется в семье Сюй? — улыбнулась Цинь Чжэн, стоя у открытой беседки и глядя на Е Ли.
Е Ли с измученным лицом потянула Цинь Чжэн внутрь.
— Я и не подозревала, что мне нужно выучить столько всего.
Цинь Чжэн, прикрыв рот ладонью, украдкой рассмеялась.
— Е-фужэнь ушла рано, так что тебе, конечно, приходится учить больше. Кто из нас не учился этому с малых лет? К тому же, семья, в которую ты входишь, не из простых, это особняк Динго-вана. Неудивительно, что дядя Сюй и остальные так стараются.
Е Ли вспомнила о двух книгах по военному искусству, лежащих в ее кабинете, которые вполне можно было назвать увесистыми фолиантами, и ее лицо помрачнело. Не знающий человек мог бы подумать, что она не замуж собирается, а на войну. Впрочем, по сравнению с книгами о правилах поведения для женщин, принесенными момо Линь и кормилицей, Е Ли мудро предпочитала, более практичные и интересные, военные трактаты.
— Ха-ха, не будем об этом. Цинь-цзецзе, ты уже видела моего Эр-гэ? — прищурившись, спросила Е Ли.
Прелестное лицо Цинь Чжэн слегка порозовело, она взглянула на Е Ли и тихо ответила.
— Да-гунцзы и Эр-гунцзы ушли по делам.
Е Ли с некоторым сожалением вздохнула, значит, не видела. Немного подумав, она придвинулась к Цинь Чжэн и прошептала с улыбкой.
— Ничего страшного, они обязательно вернутся.
Глядя на ее многозначительную улыбку, Цинь Чжэн покраснела еще сильнее. От досады она потянулась, чтобы ущипнуть подругу, а Е Ли, уклоняясь, поспешно запричитала.
— Ой, Цинь-цзецзе, я виновата… признаю вину… пощади…
Цинь Чжэн еще раз сурово взглянула на нее и сказала.
— Ах ты, девчонка! Ты… в тот день, когда увидела Дин-вана, почему ты была совсем не…
Спокойствие, которое Е Ли проявила в тот день, произвело на Цинь Чжэн глубокое впечатление. Сравнивая это с собственным смятением и неспособностью успокоиться, Цинь Чжэн невольно почувствовала уныние и тревогу.
Е Ли смущенно потерла переносицу. Как она могла признаться этой юной девушке, что давно переросла тот возраст, когда краснеют при виде симпатичного мужчины?
— Кхм, это… просто сохраняй спокойствие. Ничего особенного, мы все видимся впервые, и никто никого не хуже, — путанно увещевала Е Ли.
Цинь Чжэн недовольно закатила глаза. Она поняла, что эта странная Е Ли совершенно не смыслит в тонких и прекрасных чувствах, таящихся в девичьем сердце.
Е Ли мысленно взмолилась о справедливости, кто это тут не смыслит?
Пока Е Ли вела насыщенную и приятную жизнь в загородном поместье семьи Сюй, в семье Е и особняке Ли-вана обстановка была подобна «глубоким водам и горячему огню»3. Произошедшее в тот день в Павильоне Чусянгэ через различные каналы разлетелось по всей столице, обрастая множеством догадок и предположений широкой публики. В городских игорных домах люди даже начали делать ставки на то, когда Ли-ван снова бросит Сы-сяоцзе Е. Каким-то таинственным образом распространились и пикантные слухи о Ли-ване и гунчжу Цися, якобы гунчжу Наньчжао и ванъе Великого Чу полюбили друг друга с первого взгляда, но из-за своего статуса были вынуждены расстаться. Гунчжу, не в силах забыть старую любовь, проделала путь в тысячи ли, но ее возлюбленный уже обнимал другую красавицу… Столь печальная любовная трагедия едва не стала темой для народных повестей, распеваемых в чайных и винных лавках. Из-за этого Е Ин пришла к Мо Цзин Ли с плачем и жалобами, но Мо Цзин Ли и сам был по горло занят проблемами, поэтому они расстались крайне недовольные друг другом. Слухи после этого стали распространяться еще яростнее.
— Ванъе, Тайфэй-няннян просит вас зайти.
Мо Цзин Ли с мрачным лицом вошел в особняк вана. Ожидавший его цзунгуань тут же поспешил вперед с докладом.
Мо Цзин Ли кивнул и, сменив направление, направился в сторону двора Тайфэй сяньчжао.
— Мать.
Тайфэй сяньчжао сидела на мягкой кушетке, подперев голову рукой, вид у нее был неважный. Только когда вошел Мо Цзин Ли, она выдавила из себя слабую улыбку.
— Ли-эр пришел, присаживайся.
— У вас есть какие-то распоряжения, мать? — спросил Мо Цзин Ли, усаживаясь на почетное место чуть ниже Тайфэй.
Тайфэй покачала головой.
— Я лишь хотела спросить тебя, как продвигаются дела. Свадьба уже на носу, если снова что-то случится, перед Императором это будет выглядеть некрасиво.
Мо Цзин Ли произнес глухим голосом.
— Можете не беспокоиться, это лишь слухи, ничего не произойдет.
Тайфэй сяньчжао нахмурилась.
— Изначально я была против твоего брака с этой Е Ин, но, видя, что она сестра Е-чжаои, смирилась. Теперь же все зашло так далеко, что приличия совсем не соблюдаются. Сможет ли она в будущем поддерживать престиж дома Ли-вана?
В холодных глазах Мо Цзин Ли вспыхнул острый блеск, он почтительно ответил.
— Она неразумна, в будущем мне придется просить вас, мать, хорошенько обучить ее.
Тайфэй сяньчжао отмахнулась с некоторым раздражением.
— Ладно, раз дело дошло до этого, иного пути нет. Иди и скажи Е Ин, чтобы в эти дни она смирно ждала свадьбы. Раз собирается стать Ванфэй дома Ли-вана, должна иметь соответствующее достоинство. И особенно… пусть не смеет задевать свою третью сестру!
— Мать?
Тайфэй усмехнулась и с сочувствием посмотрела на Мо Цзин Ли.
— Ли-эр, в этот раз у тебя действительно глаз подвёл4. Хотя я и не могу с первого взгляда определить, насколько глубока эта Сань-шаоцзе5 Е, но как такая девушка может на самом деле оказаться «трижды обделенной» юной госпожой, как о ней говорят? Да даже, если она и правда такая, пока она не дура, она в разы ценнее этой Е Ин. Я слышала, что глава семьи Сюй, Сюй Хунъюй, и несколько молодых господ уже прибыли в столицу. Теперь-то ты должен понимать, как высоко семья Сюй ценит Е Ли.
Мо Цзин Ли холодно хмыкнул.
— Какой бы старинной ни была родословная семьи Сюй, они уже покинули Императорский двор. К тому же у этой Е Ли нет и намека на женские добродетели, она недостойна быть Чжэнфэй дома Ли-вана.
Тайфэй легко вздохнула и кивнула.
— Что ж, главное, чтобы ты сам это понимал.
Мо Цзин Ли, однако, не знал, что последние дни были всего лишь началом его неудач. Даже если они уже покинули императорский двор, мощь великих семейных кланов6 с многовековой историей, охватывающей две династии, не была тем, чему мог бы противостоять всего лишь один ванъе.
____________________
- «Метод набивания утки» (填鸭式, tiányāshì) — система обучения, основанная на интенсивном втискивании большого объема информации в короткие сроки. ↩︎
- «Вэйци-идиот» (围棋白痴, wéiqí báichī) — человек, который страстно любит игру вэйци (го), но совершенно не умеет в неё играть. ↩︎
- «Глубокие воды и горячий огонь» (水深火热, shuǐ shēn huǒ rè) — идиома, означающая крайне тяжелое, невыносимое положение. ↩︎
- «Глаз подвел» (看走眼, kàn zǒu yǎn) — идиома, означающая ошибку в оценке достоинств или способностей человека. ↩︎
- Шаоцзе (小姐) — «молодая госпожа», «барышня», «мисс» (в старом Китае — дочь из знатной или богатой семьи) ↩︎
- великие семейные кланы (世家大族, shìjiā dàzú) — влиятельные аристократические семьи, обладающие огромным общественным авторитетом и ресурсами, передающимися из поколения в поколение. ↩︎
Мо Ли — Список глав
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
