Особняк Динго-вана.
— Ванъе, прибыл Фэн сань-гунцзы.
Услышав доклад шивэй, Мо Сю Яо отложил кисть, которой рисовал, нахмурился и произнес.
— Пусть войдет.
Вскоре у дверей кабинета появился Фэн Чжияо, принявший вид типичного праздного сынка из богатой семьи. Сияя улыбкой, он проговорил.
— Свадьба на носу, а ты до сих пор можешь вот так спокойно сидеть?
Мо Сю Яо даже не взглянул на него, лишь равнодушно отозвался.
— Зачем ты пришел? Тебе не будет никакой пользы, если люди узнают о нашей связи.
Фэн Чжияо беспомощно пожал плечами.
— Не то, чтобы я сам хотел прийти, просто кое-кто желает встречи с тобой. Порог твоего особняка Динго-вана слишком высок1, вот этот человек и разыскал меня.
Мо Сю Яо отложил кисть, на мгновение задумался и только тогда поднял голову.
— Сюй Цинчэнь.
— Динго-ванъе прекрасно осведомлен, его репутация действительно не лжет, — раздался чей-то смех за дверью.
В комнату вошел Сюй Цинчэнь, облаченный в белые одежды, его облик казался возвышенным и отрешенным от мирской суеты. Из-за того, что в кабинете внезапно оказались трое выдающихся мужчин, каждый из которых обладал своей неповторимой статью, помещение на мгновение словно стало тесноватым. Мо Сю Яо некоторое время молча смотрел на Сюй Цинчэня, а затем со вздохом произнес.
— Благодарю Да-сяньшэна Сюя за беспокойство.
Сюй Цинчэнь удовлетворенно кивнул.
— В этом нет нужды. Даже если бы на твоем месте был кто-то другой, отцу все равно пришлось бы лично прибыть в столицу. Нужно понимать, что Ли-эр… единственная дочь в нашей семье Сюй.
Фэн Чжияо вскинул брови, подыскал себе место, сел и с насмешкой уставился на Мо Сю Яо. Он же говорил, у будущей Дин-ванфэй очень серьезная поддержка.
Сюй Цинчэнь, очевидно, тоже не собирался церемониться. Он подошел к пустующему креслу, сел и, разглядывая Мо Сю Яо, заметил.
— Поверить не могу, что тот, обладающий поразительным талантом и исключительной красотой, первый молодой генерал столицы теперь стал настолько… мягким и утонченным.
В те времена, когда Сюй Цинчэнь обрел известность, слава Мо Сю Яо тоже была в зените, и они поддерживали некоторое знакомство. Однако один тяготел к воинскому искусству, а другой к словесности, их характеры различались как небо и земля, поэтому близкой дружбы между ними не завязалось.
Мо Сю Яо опустил глаза и горько усмехнулся.
— К чему Сюй-сюн упоминать об этом калеке? Хочешь вскрывать старые раны?
Сюй Цинчэнь приподнял бровь и улыбнулся.
— Если ты, ванъе, сам не можешь принять свое нынешнее положение, то на каком основании семья Сюй должна отдать тебе Ли-эр? К тому же, я что-то не замечаю, чтобы ты, ванъе, чувствовал себя уязвленным.
Мо Сю Яо поднял глаза, и в его взглде читалось легкое безразличие.
— А, если бы я чувствовал себя уязвленным, разве Сюй-сюн перестал бы об этом упоминать?
Фэн Чжияо, закатив глаза, переводил взгляд с одного на другого.
— Послушайте, вы двое так и собираетесь обмениваться этой бессмысленной чепухой?
Сюй Цинчэнь виновато улыбнулся.
— Хорошо, я прошу прощения за свою бестактность. Но, полагаю, ванъе сможет войти в положение брата, которому вот-вот предстоит выдать сестру замуж, верно?
Мо Сю Яо оставалось лишь горько усмехнуться.
— На самом деле, мне любопытно другое… как семья Сюй согласилась выдать Сяоцзе Е в особняк Динго-вана?
Сюй Цинчэнь мельком взглянул на Фэн Чжияо, и тот лениво улыбнулся ему в ответ. Сюй Цинчэнь понимал, что Фэн Чжияо, человек, которому Мо Сю Яо доверяет. И хотя он не знал, почему Мо Сю Яо полагается на сына семьи Фэн, явно принадлежащей к сторонникам императора, Сюй Цинчэнь не собирался докапываться до сути.
— Потому что Император не даст нам возможности выбирать свободно. Ли-ван изначально был не лучшим выбором, да и Ли-эр он пришелся не по нраву. К счастью, Император неожиданно согласился расторгнуть помолвку. Так почему бы нам было не согласиться? И хотя Император снова вмешался и даровал Ли-эр новый брак, и я, и мой отец доверяем Дин-вану куда больше, чем Ли-вану.
Фэн Чжияо вскинул брови.
— Ли-ван вообще-то считается завидным женихом номер один среди знатных дев столицы.
Сюй Цинчэнь остался совершенно равнодушен.
— Это не отменяет того факта, что он тупица.
Был ли Ли-ван тупицей? Разумеется, нет. Но Да-гунцзы Сюй, очевидно, считал именно так. Фэн Чжияо оставалось лишь бросить на него взгляд, полный немого восхищения его дерзостью.
— Император все еще не может примириться с существованием семьи Сюй? Связать семью Сюй и дом Динго-вана вместе, а затем поймать всех разом одним забросом сети2. Не слишком ли велик его аппетит? — спустя какое-то время, негромко спросил Мо Сю Яо.
Температура в кабинете словно мгновенно упала. Фэн Чжияо невольно стер с лица беспутную улыбку и хмуро посмотрел на Мо Сю Яо.
— Ха-ха… У ванъе острый глаз, — рассмеялся Сюй Цинчэнь.
Он слегка постукивал по подлокотнику своими длинными пальцами, и каждое его движение по-прежнему было исполнено безграничного изящества.
— Нынешний Император, вероятно, полагает, что влияние семьи Сюй и дома Динго-вана уже не то, что прежде. Если действовать против каждого по отдельности, то неизбежно придется бить по траве, чтобы спугнуть змею3. Куда лучше… покончить со всеми одним махом. В конце концов, семья Сюй держит в руках лучшую в Великом Чу Академию Лишань. По меньшей мере половина придворных чинов всех рангов, выходцы из Академии Лишань. Как может такой государь, обладающий внушительными талантами и великими стратегиями, оставаться спокойным?
Фэн Чжияо почему-то показалось, что слова о «внушительных талантах и великих стратегиях» из уст Сюй Цинчэня прозвучали скорее как насмешка.
Мо Сю Яо кивнул.
— У дома Динго-вана действительно жизненные силы были сильно подорваны4. Неудивительно, что Император обрел такую уверенность.
Сюй Цинчэнь улыбнулся.
— Я же не считаю, что у Императора есть повод для столь великой уверенности. Иначе… как бы все эти годы продолжал существовать дом Динго-вана?
Дом Динго-вана определенно был для нынешнего императора бельмом на глазу и колючкой в плоти5. Когда в доме Динго-вана случились великие потрясения, если бы не стоящий перед ним человек, который, превозмогая боль и болезни, сумел повернуть ход событий, сейчас об этом месте вспоминали бы лишь простые люди в своих преданиях.
Глядя на этих двоих, одинаково утонченных и мягких с виду мужчин, Фэн Чжияо невольно содрогнулся всем телом. Сделать два рода, которых боишься больше всего, сватами… Император, ты и впрямь так сильно ненавидишь свои бескрайние земли?
— Послушайте… Не могли бы вы двое обсудить что-то, приемлемое для нормального человека? — подал голос Фэн Чжияо.
Он же всего лишь праздный гунцзы, зачем ему слушать разговоры, за которые могут казнить весь род?
Сюй Цинчэнь понимающе кивнул и сменил тему.
— Хорошо. Мне кажется, что с женитьбой ванъе и Ли-эр еще могут возникнуть какие-то осложнения. Разумеется, семья Сюй, находясь вдали от столицы, бессильна на что-то повлиять. Так что все ложится на плечи ванъе. Считай это… доказательством твоей искренности.
Мо Сю Яо слегка склонил голову.
— Благодарю Сюй-сюна за предупреждение. Бэнь-ван знает, что делать.
Сюй Цинчэнь удовлетворенно поднялся.
— В таком случае я откланяюсь. Побеседуем как-нибудь в другой раз.
Мо Сю Яо кивнул и несколько раз легко постучал пальцами по подлокотнику кресла-каталки. В дверях появился юноша в коричневых одеждах.
— Ванъе.
— Проводи Сюй-гунцзы.
Сюй Цинчэнь слегка приподнял красивые брови и молча последовал за юношей.
Когда в кабинете остались только двое, Фэн Чжияо с растерянным видом посмотрел на друга.
— А-Яо, почему мне кажется, что этот Сюй Цинчэнь совсем не такой, как о нем говорят?
— А ты, Фэн сань-гунцзы, внутри такой же, как снаружи?
Фэн Чжияо промолчал. Кто в этом мире живет без масок?
— Что имел в виду Сюй Цинчэнь? Тот, кто во дворце, действительно хочет разделаться с семьей Сюй и домом Динго-вана одним махом? — спросил Фэн Чжияо.
— Семья Сюй, глава всех литераторов Великого Чу, дом Динго-вана из поколения в поколение держит в руках мощную армию. Разумеется, мы колем ему глаза.
— Но, зачем же тогда сводить эти семьи? Разве он не боится, что вы объединитесь и по-настоящему свергнете его с трона?
Он настолько уверен в себе или у него самого припрятан какой-то козырь?
Мо Сю Яо слабо улыбнулся.
— Семья Сюй не пойдет на мятеж. Ему лишь нужно, чтобы в случае опалы дома Динго-вана семья Сюй пошла под суд как соучастники. В глубине души он прекрасно понимает, что, пока жив Сяншэн Цинъюнь, семья Сюй никогда не предаст Великое Чу. Даже став нашими родственниками, семья Сюй не окажет дому Динго-вана большой поддержки.
Фэн Чжияо пожал плечами, подумав про себя, что этот Сюй Цинчэнь вовсе не похож на подданного, готового хранить верность до самой смерти.
— Пусть люди хорошенько присматривают за Мо Цзин Ли, — Мо Сю Яо снова взял кисть, чтобы закончить начатый набросок.
Фэн Чжияо лениво замахал складным веером.
— Мо Цзин Ли сейчас очень занят. Как думаешь, кто распространил те слухи?
Впервые услышав те уличные толки, Фэн Чжияо подумал, что Мо Цзин Ли, должно быть, совсем не задобрил богов в этом году, раз ему так не везет.
Мо Сю Яо даже не поднял головы.
— Семья Сюй, поместье семьи Мужун, особняк Хуа-гогуна, поместье семьи Лю, Юйшитай, Павильон Чусянгэ и… этот ван.
Фэн Чжияо лишился дара речи. Что ж, не стоило и спрашивать. Обидеть столько людей сразу, кому бы еще не повезло, как не тебе, Мо Цзин Ли?
___________________
- Порог слишком высок (门槛太高, ménkǎn tài gāo) — образное выражение, означающее труднодоступность из-за высокого социального статуса. ↩︎
- Поймать всех разом одним забросом сети (一网打尽, yī wǎng dǎ jìn) — разделаться со всеми врагами за один раз. ↩︎
- Бить по траве, чтобы спугнуть змею (打草惊蛇, dǎ cǎo jīng shé) — неосторожными действиями выдать свои намерения врагу. ↩︎
- Жизненные силы были сильно подорваны (元气大伤, yuánqì dàshāng) — серьезно ослабеть, лишиться основы своего могущества. ↩︎
- Бельмо на глазу и колючка в плоти (眼中钉肉里刺, yǎnzhōngdīng ròulǐcì) — о ком-то крайне ненавистном; заклятый враг. ↩︎
Мо Ли — Список глав
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
Императору действительно не дороги его земли. ))) Какие изящные обороты.
Огромное спасибо за перевод.