Однако она не понимала, что Янь Шан замышлял вовсе не дела нынешние, он метил в будущее.
Тайцзы не упустит принцессу, этот столь удобный «кошелек». Он не просто не отпустит её, но со временем, пользуясь её богатством, в нём пробудится жадность.
Стоит многим вещам случиться однажды, стоит лишь открыть этот путь, и повернуть назад будет уже трудно.
Принцесса Лулин видела, что Янь Шан держался столь изящно и благородно, что его присутствие ощущалось словно дуновение весеннего ветерка.
Несмотря на то, как она обошлась с ним прежде, Второй молодой господин Янь никак не выказал этого внешне. Если бы она и Янь Шан не знали правду, никто бы и не догадался, что ранее она пыталась опоить его снадобьем.
Этот человек… Принцессе Лулин было немного жаль отпускать его.
Она спросила:
— Второй молодой господин Янь, я вовсе не желаю оскорбить тебя, я искренне восхищаюсь твоим талантом. Не мог бы ты поступить на службу в моё поместье?
Янь Шан ответил:
— Сегодня я пришёл по поручению тайцзы, чтобы задать вопросы.
Принцесса почувствовала разочарование, понимая, что это вежливый отказ. Она с неохотой отпустила Янь Шана и велела слугам проводить его. Глядя на его стройный, подобно нефритовому бамбуку, силуэт, мелькавший за окном в галерее, принцесса едва не пускала слюни от восхищения, но ей оставалось лишь смириться…
Пока слуга провожал Янь Шана к выходу, к ним подошёл Фэн Сяньюй. Он дал слуге пару указаний и вызвался сам проводить гостя.
Фэн Сяньюй теперь был частым гостем в поместье принцессы и её недавним фаворитом, поэтому слуги, конечно, не посмели перечить этому ланцзюнь.
Янь Шану же было всё равно.
Когда они остались вдвоём, Янь Шан вполголоса поблагодарил Фэн Сяньюя:
— Фэн Сюн, по поводу того, о чём ты предупреждал в прошлый раз… Я тогда не проявил должной осмотрительности и, боюсь, пренебрёг твоими добрыми намерениями.
Фэн Сяньюй промолчал.
Спустя мгновение он произнёс:
— Ты подсказал принцессе такое решение, лишь пользуясь тем, что рядом с ней нет советников, с которыми она могла бы посоветоваться.
Янь Шан улыбнулся, ничего не ответив. Он подумал, что если бы принцессе Лулин было к кому обратиться, он бы не стал давать подобных советов.
Фэн Сяньюй продолжил:
— Когда она несколько раз потерпит убытки от рук тайцзы и поймёт, что происходит, она пойдёт с плачем к Бися. Не исключено, что тайцзы обвинят в «создании клик ради личных интересов». В таком случае тайцзы может выставить тебя виноватым, чтобы отвести удар от себя.
— Янь-эр, как ты мог ради того, чтобы выплеснуть злобу, предложить такое?
В его голосе чувствовалось лёгкое разочарование, словно он переоценил ум Янь Шана.
Янь Шан удивлённо улыбнулся, не ожидая, что Фэн Сяньюй станет предостерегать его.
Среди всех прихлебателей, что сейчас окружали принцессу и цеплялись за её богатство, пожалуй, только Фэн Сяньюй был действительно образованным, талантливым человеком, стремящимся сдать государственные экзамены…
Янь Шан всегда был из тех, кто платит добром за добро1, и раз уж тот предупредил его, он решил помочь Фэн Сяньюю в ответ.
Янь Шан прошептал:
— Но разве это не шанс для Фэн Сюна проявить себя?
Фэн Сяньюй опешил и взглянул на него:
— Что ты имеешь в виду?
Они шли бок о бок и вышли за ворота обители принцессы. Для посторонних это выглядело лишь как проводы друга. Никто не знал, о чём говорит Янь Шан.
Янь Шан сказал:
— Когда принцесса осознает, что я обманом заставил её терпеть убытки ради тайцзы, и захочет подать жалобу императору, именно Фэн Сюн должен её остановить. Ведь её власть действительно слишком велика, и ей необходимо готовиться к тому, что наступит после ухода Бися. Но люди вокруг неё ищут лишь удовольствий; видя, что принцесса несёт потери, они наверняка станут подстрекать её поскорее покончить с этим делом.
— В тот момент Фэн Сюн должен удержать принцессу и объяснить ей, в чём заключается истинный долгосрочный путь. Разве служение красотой может длиться вечно? Только став более полезным, Фэн Сюн сможет дольше оставаться при ней и добиться большего.
— Разумеется, мой совет имеет смысл лишь в том случае, если Фэн Сюн намерен и дальше полагаться на принцессу в поисках чинов и славы. Если же Фэн Сюн захочет в какой-то момент расстаться с ней, считай, что я ничего не говорил.
Фэн Сяньюй замер на месте, поражённый.
Янь Шан с улыбкой смотрел на него.
К этому времени они уже покинули поместье принцессы. Фэн Сяньюй, глядя на облик этого юного ланцзюнь, чувствовал горечь и собственную неполноценность.
Он-то думал, что разгадал замысел Янь Шана… но, оказалось, Янь Шан оставил в нём лазейку и для него.
Если бы он не вышел сегодня проводить Янь Шана, тот, возможно, и не стал бы его предостерегать. Он бы просто упустил блестящую возможность…
Фэн Сяньюй подумал, что он на несколько лет старше Янь-эра и считал, что лучше понимает обстановку в Чанъани, но теперь… что толку от этих лишних лет жизни?
Он уступал Янь Шану, и это было фактом.
За великую милость словами не благодарят.
Фэн Сяньюй не произнёс ни слова; он просто стоял у ворот поместья принцессы и, сложив руки, глубоко поклонился Янь Шаню, выказывая почтение.
Янь Шан отступил в сторону, не принимая столь торжественного поклона.
Они больше не говорили, но та небольшая обида из-за места таньхуа… Фэн Сяньюй вздохнул, понимая, что Янь Шан развеял её без остатка.
- Платить добром за добро (投桃报李, tóu táo bào lǐ) — образное выражение, означающее взаимную благодарность, ответ на доброе отношение или подарок аналогичным жестом. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
