Му Ваньяо внезапно вскочила, ее веко затрепетало: у нее появилось недоброе предчувствие.
И в самом деле, тот стражник быстро заговорил:
— Это некий воин по фамилии Чжэн. Он стоял на угловой башне и ранил нашего Дянься. Наш Дянься лишь собирался встретиться со сюнчжаном Чуньхуа-нянцзы, но этот Чжэн тоже оказался там. Он не знал, что это наш Дянься, и выстрелил со второго яруса, попав Дянься в бедро.
Му Ваньяо мгновенно пришла в ярость:
— Чепуха!
Ее губы задрожали:
— Я уже послала своих советников разузнать обстановку…
Тем временем прибыли с докладом и ее люди.
Один из стражников в негодовании произнес:
— Дянься, те люди из рода Чжэн поначалу не узнали посланных вами советников. Поскольку у тех не было при себе опознавательных знаков и они лишь назвались людьми из поместья принцессы, те им не поверили. Нескольких наших ланцзюней даже выставили вон… Позже они поняли, кто это, и пригласили внутрь. Но тот Чжэн, узнав, что попал в ван-е Цзиня, страшно перепугался и теперь спрашивает у Дянься, как ему поступить.
Стражник добавил суровым голосом:
— Семья Чжэн в этот раз захватывала плодородные земли и дома, потому что налоговое ведомство требует арендную плату, и они решили собрать налоги и деньги с простого люда! Они делали это ради тайцзы!
Ванфэй Цзинь холодно усмехнулась:
— Вот оно как. Выходит, они и впрямь исполняли приказы принцессы Дянься. Му Ваньяо, ты и впрямь об этом ничего не знала?
Ресницы Му Ваньяо задрожали.
Помолчав, она ответила:
— Я знала… я должна была знать… У местных богатеев есть деньги, но нет власти, поэтому им остается лишь примыкать к влиятельным кланам и императорской семье. Это я придала смелости роду Чжэн, но я знала лишь то, что они собирают плату, и понятия не имела обо всем остальном, что стоит за этим…
— Но именно потому, что ты их воодушевила, они ранили твоего пятого старшего брата! — воскликнула ванфэй Цзинь.
У Му Ваньяо на миг закружилась голова, она отступила на два шага.
Ванфэй Цзинь кипела от ярости:
— Му Ваньяо! Ты зашла слишком далеко! Я пойду и пожалуюсь Бися! Этот Чжэн — человек, оставленный тебе твоей Мухоу. Ты не можешь уследить за своими людьми, и теперь по твоей вине ранен твой пятый старший брат. Он всего лишь хотел одну служанку, а ты ведешь себя так возмутительно!
Му Ваньяо открыла рот, но тут же осеклась. Все это казалось ей слишком странным… слишком случайным.
Казалось, за всем этим стоит чья-то невидимая рука.
Кто-то хотел, чтобы она и ван Цзинь рассорились, чтобы они стали врагами.
Чуньхуа стала лишь поводом, жертвой… Му Ваньяо нахмурилась, гадая, кто же стоит за ширмой.
Хочет ли этот таинственный противник навредить ей самой, или же через нее нанести удар по кому-то другому?
Увидев, что Му Ваньяо молчит, ванфэй Цзинь развернулась, собираясь идти с жалобой к императору. Ситуация изменилась в ее пользу, теперь она была победителем. Достаточно лишь одного слова императору… Как смела она ранить собственного брата? Такое пренебрежение узами плоти и крови1 со стороны Му Ваньяо внушало ужас.
Му Ваньяо холодно смотрела в спину ванфэй Цзинь, чувствуя, как внутри нарастает мука.
Она сжала кулаки, лихорадочно соображая, кому выгодна эта ситуация, как спастись самой и выйти сухой из воды. Обдумав все, она поняла: кажется, принести в жертву придется именно Чуньхуа.
Пока Му Ваньяо терзалась сомнениями, дверь в комнату внезапно распахнулась. Чуньхуа, пошатываясь, ввалилась внутрь и упала на колени.
На мгновение Му Ваньяо и Чуньхуа встретились взглядами.
Глаза Чуньхуа были полны слез, а в ее взгляде читались несомненная печаль и решимость расстаться навсегда.
Му Ваньяо побледнела и хотела было ее остановить, но Чуньхуа опередила ее, громко обратившись к ванфэй Цзинь:
— Ваше Высочество ванфэй, я согласна уйти с вами! Я уже ношу под сердцем дитя вана Цзиня и готова войти в его ванфу! Молю лишь ванфэй о милости: пусть ван Цзинь не впутывает в это дело нашу принцессу.
— Наша Дянься вовсе не желала причинить вред Его Высочеству ван-е Цзиню. Это те богатеи зашли слишком далеко, они невежественны и наглы…
— Этот Чжэн — богатей, которого пригрела принцесса Даньян! — отрезала ванфэй Цзинь. — А значит, его воля — это воля принцессы Даньян!
— В таком случае я непременно дам ответ пятому старшему брату! — резко оборвала её Му Ваньяо.
Ванфэй Цзинь от испуга замолчала и уставилась на Му Ваньяо.
Тем временем Чуньхуа, стоя на коленях, подползла ближе и вцепилась в край платья ванфэй Цзинь:
— Умоляю ванфэй, не жалуйтесь Бися… Я пойду за вами в ванфу, только дайте нашей Дянься немного времени, и она даст достойный ответ вам и вану Цзиню.
Му Ваньяо стояла прямо, бледная как снег, но отвернулась и больше не удостоила Чуньхуа ни единым взглядом.
Раньше она так рьяно защищала Чуньхуа, но теперь, когда защита стала невозможной, она проявила полное безразличие, не желая тратить на это больше ни капли сил.
Ванфэй Цзинь видела слезы красавицы и слышала ее невнятные причитания, что ее неимоверно раздражало. Однако она беспокоилась о ване Цзине, поэтому вновь посмотрела на Му Ваньяо.
- Узы плоти и крови (骨肉血亲, gǔròu xuèqīn) — образное выражение, описывающее неразрывную родственную связь между самыми близкими людьми. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
