Одно лишь Министерство доходов затронуло интересы всех шести ведомств. Министерство наказаний находилось под сильным давлением, и Цинь-ван невольно винил Янь Шана в излишнем усердии, приказав тем, кто проводил допросы, втайне свести личные счеты и заставить Янь Шана пострадать еще сильнее.
Однако Цинь-ван не собирался позволять Янь Шану умереть под пытками.
Каждый раз после допроса в Далисы Янь Шан лишался половины жизни, поэтому Министерству наказаний, напротив, приходилось следить, чтобы он выжил. По крайней мере, сейчас Янь Шан не должен был умереть… Цинь-вана не заботило, как Янь Шан встретит свою смерть после освобождения, но сперва должен был пасть тайцзы.
Как бы много людей ни выражало нежелание, как бы они ни пытались скрыть правду, в ходе расследования этого дела на императорский стол ложилось все больше неоспоримых улик.
Весь двор пришел в неописуемое волнение.
Откаты, которые Министерство доходов получало за годы под началом тайцзы, оказались куда более внушительными, чем кто-либо мог вообразить. Казна ведомства год за годом пустела, а несметные суммы перетекали в дома чиновников Министерства доходов. В деле оказались замешаны многие именитые роды, использовавшие ведомство для наживы.
Военное министерство, обнаружив, что его ежегодное финансирование урезали, в то время как Министерство работ почти не пострадало, тут же выразило крайнее недовольство.
Министерство чинов и Министерство ритуалов также затеяли спор о том, кто именно потратил налоговые сборы, распределенные Министерством доходов в определенный год.
Во время совместного суда трех ведомств Янь Шан последовательно и четко приводил старые счета Министерства доходов. Он предъявил те учетные книги, что видел в Департаменте складов, и обнаружил, что они не сходятся с реальным положением дел. И снова последовали допросы, вызовы свидетелей… В этой неразберихе была втянута добрая половина сановников.
Тайцзы и Му Ваньяо продолжали всё отрицать, а когда отрицать становилось невозможно, искали козлов отпущения.
Чиновник, подосланный тайцзы, вступил в открытое противостояние с Янь Шаном прямо в зале суда, и в тот же день, едва вернувшись к себе, был лишен должности и отправлен в ссылку.
Люди Му Ваньяо, используя свои связи, пытались заставить Министерство наказаний проявить снисхождение, но за делом пристально наблюдали Секретариат, Юйшитай и Канцелярия, так что ведомство не посмело пойти на уступки.
Положение стороны тайцзы становилось всё более шатким, и постепенно настроения при дворе начали меняться. Словно прощупывая почву, из Академии Ханьлинь стали поступать доклады с жалобами на несправедливость по отношению к Янь Шану. Поначалу на доклады из Академии Ханьлинь лишь снисходительно улыбались, но когда стали приходить послания и из других министерств… тайцзы и Му Ваньяо стало совсем трудно держать оборону.
Упадок был неизбежен.
После разговора с Янь Шаном Му Ваньяо уже осознала это; хотя она и злилась, ее чувства оставались под контролем. Однако тайцзы был в ярости. Он не раз в гневе стучал по столу в Дунгуне, заявляя, что не оставит Янь Шана в покое.
В Дунгуне день ото дня кипели нешуточные страсти. Му Ваньяо хотела было обсудить с тайцзы, кто именно из чиновников подает на них жалобы, но от его вечных угроз у нее на ушах уже натерлись мозоли.
Во время всех этих событий тайцзы не выказывал ни радости, ни гнева перед советниками и сановниками, но, возвращаясь, выплескивал всю ярость на Му Ваньяо.
Когда она лишь безучастно на него смотрела, тайцзы снова начинал винить ее, говоря, что это из-за ее попустительства Янь Шан зашел так далеко. Му Ваньяо, не в силах терпеть его подозрительные взгляды, тут же разворачивалась и уходила, что злило тайцзы еще сильнее.
Устав от этих забот, Му Ваньяо поддалась на уговоры Сяжун и Фантуна и решила отправиться в город, чтобы немного развеяться.
Му Ваньяо поначалу не хотела никуда ехать, но и возвращаться к ссорам с тайцзы ей не хотелось, поэтому слугам удалось вытянуть ее из дома.
В сумерках Му Ваньяо прибыла к Восточному рынку на повозке, однако, едва войдя туда в сопровождении служанок, она почувствовала, что здесь гораздо тише, чем обычно, и простого люда почти не видно. Удивленная Му Ваньяо велела Фантуну разузнать, в чем дело. Спустя некоторое время Фантун сообщил, что все люди собрались в одном месте, и заинтригованная Му Ваньяо направилась туда.
Как и говорил Фантун, толпа горожан окружила какую-то площадку.
Там был разбит шатер, молодые служанки грациозно сновали туда-сюда, разливая чай, а за столом сидела сяонянцзы, окруженная простым людом, который наперебой1 о чем-то говорил. Эта нянцзы что-то писала, и каждый, кто выходил из толпы, получал от служанок чашку горячего чая.
Всего лишь бесплатный чай, но этого хватило, чтобы собрать здесь всех этих людей.
Му Ваньяо узнала сидящую за столом нянцзы — это была Лю Жочжу.
— Что Жочжу-мэймэй здесь делает? — прошептала она. — Неужели в домах этих простолюдинов могут найтись редкие книги для ее коллекции?
— Разве это не ради второго молодого господина Яня? — раздался рядом холодный мужской голос.
Му Ваньяо повернула голову и увидела подле себя статного мужчину.
Она долго всматривалась в него:
— …Линь Янь?
Лицо мужчины помрачнело:
— Вэйчэнь зовут Линь Дао, мое второе имя — Яньчжи.
— О, — Му Ваньяо было всё равно. — Это ты привел Жочжу-мэймэй сюда развлечься? — спросила она.
— Это ее собственная затея, — бесстрастно ответил Линь Дао. — Учитывая нынешнее положение Янь Шана, лишь немногие сановники при дворе осмеливаются говорить в его защиту. Изначально за него должны были вступиться ученики Тайсюэ… Но Дянься и сама знает: большинство из них происходят из именитых родов, и в этот раз они, вероятно, получили наставления от старших в семье не высовываться.
— Тогда остается только заставить двор прислушаться к голосу истинного народа. Жочжу собирает эти свидетельства… Она отнесет их второму молодому господину Яню, а я представлю их Его Величеству. Чем больше будет таких голосов, тем сильнее это повлияет на сановников при дворе.
- Семь ртов и восемь языков (七嘴八舌, qī zuǐ bā shé) — китайская идиома, описывающая ситуацию, когда множество людей говорят одновременно, перебивая друг друга. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
В последний раз,когда я так восхищалась честным чиновником,был в сериале “Слуга народа”. Я считала,что из сами знаете кого, выйдет прекрасный президент,но закончилось всё печально 😅
Спасибо большое за перевод ♥️