Раньше у неё не было права выбирать своего мужчину, её всегда принуждали. Теперь она хотела выбрать сама.
Она обернулась и посмотрела на Фантуна. В её глазах сияла безмятежная небесная река, прекрасная и переливающаяся. В тени деревьев, среди пятен света и тени, она стояла в майском саду. Ветер колыхал складки её юбки. Она слегка склонила голову, глядя на Фантуна. Они смотрели друг на друга.
Глядя вдаль, Фантун видел величественную и решительную принцессу. Му Ваньяо же видела бесчисленные потоки минувших дней; в этой игре света и теней силуэты людей из прошлого исчезали один за другим, и лишь одна тень продолжала нежно стоять рядом. Она тихо произнесла:
— Янь Шан — единственный, кто заставил меня поверить, что брак не так уж безнадёжен. Я хочу попробовать. У меня хватит смелости. Что ты об этом думаешь?
Фантун заворожённо смотрел на неё. Спустя мгновение, напрягая скулы, он хрипло ответил:
— Ваш слуга, разумеется, последует за Дянься.
Му Ваньяо нежно улыбнулась. Её мало заботили чужие взгляды или то, что о ней и Янь Шане будут говорить другие. Но Фантун прошёл с ней через многое, он знал её прошлое и поддерживал её будущее — только это имело значение.
Му Ваньяо снова села на качели, лениво качнулась пару раз и сказала:
— Рассказывай, какова сейчас ситуация в уезде Жан. Что с Пэй Цином и что слышно из Чанъаня? Янь Шан отправился к местному уездному начальнику… Пора затягивать сети.
—–
Янь Шан вёл обстоятельную беседу с местным уездным начальником о делах принцессы.
С возвращением Фантуна уезд Жан определённо перестал быть местом безраздельной власти рода Цзян-ши. Цзян-ши были в ярости, но Му Ваньяо намеревалась свести счёты. За те долгие дни побега она собрала бесчисленное множество улик, подтверждающих, что Цзян-ши из Наньяна желали смерти принцессе. Если бы принцесса погибла, это было бы одно, но пока она жива, эти доказательства, достигнув Чанъаня, станут мечами, направленными против Циньвана.
Покушение на жизнь принцессы императорской крови… Даже если это могущественные Цзян-ши из Наньяна, даже если это Циньван — пока Бися жив, он не станет безучастно смотреть, как один его ребёнок пытается убить другого.
Это неизбежно станет громким делом в Чанъане в этом году.
Представители рода Цзян-ши из Наньяна будут вынуждены прибыть в Чанъань, чтобы повиниться.
Приезд Янь Шана заставил всех в поместье уездного начальника дрожать от страха. Сначала чиновник вёл себя заносчиво, полагая, что Янь Шан прибыл от имени принцессы для переговоров. Но когда Янь Шан изложил обстоятельства дела, уездный начальник уже не мог удержать чашку с чаем и начал то и дело вытирать холодный пот со лба.
Чиновник бормотал про себя:
— Как же всё дошло до этого? Неужели нет иного пути… Мой род заправлял в Наньяне сотню лет, даже Бися не сможет вырвать нас с корнем! Если наш род падёт, весь Наньян погрузится в хаос. К тому же разве Циньван-дянься не важнее принцессы Даньян? И… откуда взяться уликам о покушении на принцессу?
Янь Шан мягко произнес:
— Ланцзюнь, как вы думаете, зачем Пэй-ланцзюнь остался в уезде Жан? Разумеется, чтобы собирать доказательства. За сотню лет правления в Наньяне род Цзян-ши оставил немало следов. К тому же я сам три года был здесь уездным начальником, и у меня сохранились кое-какие записи… Мои доверенные люди уже передали их Пэй-ланцзюню. Род Цзян-ши неминуемо будет признан виновным… Достоинство императорской семьи не терпит оскорблений. Неужели вы всё ещё не понимаете, ланцзюнь?
Холодного пота на лбу чиновника стало ещё больше.
Спустя мгновение он внезапно рухнул на колени:
— Янь Лан, спасите меня! Раз Янь Лан пришёл сюда, значит, у вас есть способ помочь мне. Прошу, скажите прямо!
В это время во дворе, где находилась Му Ваньяо, Фантун также докладывал о ситуации. Му Ваньяо кивнула и задумчиво произнесла:
— Столетний великий род… Если вырвать его с корнем, это неизбежно подорвёт основы всего края, и земли Наньяна придут в упадок. Наньян богат, это важнейший податной регион в районе Центральных равнин, его нельзя губить. Тот, кто правит, должен уметь соблюдать равновесие между сторонами. Род Цзян-ши из Наньяна не должен пасть. Но то, что он не должен пасть, вовсе не означает, что нельзя сменить людей во главе него.
Великие роды сменяют друг друга у кормила власти: само древо не падает, но его можно потеснить. Точно так же, как её Фухуан когда-то расправился с Ли-ши из Цзиньлина: Ли-ши отступили обратно в Цзиньлин, а дядю сослали в Линнань. Род понёс потери, но его основа осталась нетронутой, род Ли-ши сохранился. А пока Ли-ши существуют, на юге будет сохраняться порядок.
В голове Му Ваньяо сложился чёткий план. Она обдумывала каждую деталь, выстраивая цепочку действий:
— Янь Шан ведёт переговоры с уездным начальником. Этот чиновник тоже из рода Цзян-ши. На этот раз я воспользуюсь обвинением в покушении на принцессу, чтобы свергнуть цыши и цзедуши, а на их место поставлю этого уездного начальника из побочной ветви Цзян-ши, который теперь волей-неволей будет на нашей стороне.
— Пэй Цину тоже придётся остаться в уезде Жан. Мне мало одного лишь уездного начальника, который будет лоялен мне, — этого недостаточно. Уезд Жан — это прилегающий к резиденции уезд1, и раз уж я забираю отсюда Янь Шана, я должна оставить кого-то взамен. Пэй Цин предал меня, я лишу его звания фума, и теперь ему не место в Чанъане… Пусть лучше остаётся в уезде Жан и помогает мне удерживать Наньян.
— В Наньяне ещё нужно подавить разбойников, сейчас там нельзя допускать смуты. А когда в Наньяне сменится власть, мой третий старший брат окажется связан по рукам и ногам. Я смогу воспользоваться этим, чтобы заставить его отступить. Чтобы разобраться с Цзян-ши, Фухуану нужно, чтобы третий старший брат не создавал проблем… Фухуану неудобно самому выступать против собственного сына, так что я подтолкну его к этому.
- Прилегающий к резиденции уезд (附郭县, fùguō xiàn) — уезд, административный центр которого совпадает с местом пребывания властей более высокого уровня (префектуры или области). ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
