Послушный, не допускающий вольностей, он справлялся с любым делом наилучшим образом. С тех пор как на службу поступил Янь Шан, новому императору казалось, что его контроль над государственным советом значительно окреп.
Лю Вэньцзи напомнил новому императору:
— Бися, дело не в том, что ваш контроль стал сильнее, а в том, что это Второй молодой господин Янь помогает вам. Это его хватка столь крепка.
Император не придал значения его словам, считая, что Лю Вэньцзи просто завидует. Титул правителя любого заставит возгордиться; стоит лишь вкусить блага власти, как начинаешь принимать их как должное. Робость, которую новый император испытывал в первое время после восшествия на престол, постепенно угасла, и теперь он учился наслаждаться своим положением.
В Чанъане поползли слухи, будто старшая принцесса Даньян пристрастилась к театральным представлениям и завела нескольких красивых актеров, которые целыми днями пели для нее. Принцесса Юйян не могла на это смотреть, поэтому старшая принцесса Даньян поселилась в своей загородной усадьбе, где ночи напролет звучали песни и музыка1, а сама она пребывала в полнейшем восторге.
О своем фума она и думать забыла.
Все очень сочувствовали Янь Шану.
Поначалу Янь Шан не слышал этих сплетен, его лишь удивляли взгляды окружающих — люди смотрели на него так, будто хотели что-то сказать, но не решались. Так продолжалось до тех пор, пока его учитель, господин Лю, не позвал его к себе и не спросил обиняками, как обстоят дела в его семейной жизни. Тогда Янь Шан, помимо неловкости, осознал, что Му Ваньяо, вероятно, что-то затеяла.
Обладая способностями Янь Шана, не составило труда разузнать подробности. Вскоре он выяснил, что весь Чанъань судачит о любовных похождениях старшей принцессы Даньян и о том, как он сам впал в немилость.
Янь Шан невольно усмехнулся, находя эти слухи нелепыми.
Разве Му Ваньяо могла быть такой женщиной?
Скорее всего, у нее были на то свои причины, и она ни за что бы так с ним не поступила.
В тот день после полудня Янь Шан вернулся в поместье принцессы и по привычке спросил, где находится Му Ваньяо. Супруги уже месяц не проводили время вместе по-настоящему, и Янь Шан хотел вернуться пораньше, чтобы обсудить с ней дела рода Хай и те слухи, что ходили в последнее время.
Хоть он и доверял ее благородству, она не должна была позволять таким сплетням порочить его имя.
Вернувшись, Янь Шан встретил Цю Сы, нынешнюю личную служанку Му Ваньяо. Зайдя в комнату, чтобы переодеться, он приметил ее, и его глаза слегка блеснули. И верно, завидев его, Цю Сы поклонилась и прошептала:
— Дянься сегодня в поместье.
Янь Шан испытал легкую радость.
Он не стал переодеваться, боясь, что, если замешкается хоть на мгновение, она снова уйдет. Он сразу отправился на ее поиски. Услышав, что она слушает оперу в заднем саду, он нахмурился, но не придал этому значения.
В саду вовсю властвовала осень: багрянец кленов мешался с зеленью ив, и это сочетание цветов выглядело необычайно изысканно и красиво.
У лунных ворот Янь Шан увидел стоящую перед ширмой кушетку гуйфэй, на которой спала прекрасная девушка, подложив руку под голову. Ее высокая прическа растрепалась, одежда слегка помялась, а на лице играл легкий румянец — должно быть, она снова выпила вина.
Му Ваньяо лежала с закрытыми глазами, а неподалеку густо накрашенный актер, помахивая метёлкой, пел и танцевал.
В саду царили тишина и уют, атмосфера была пропитана нежностью.
В сердце Янь Шана уколола легкая ревность, но он подавил это чувство, убеждая себя, что она просто слушает оперу и в этом нет ничего предосудительного.
Пока он так размышлял, актер закончил пение. В саду вовсю воцарилась тишина. Актер подошел к ложу принцессы и опустился на колени. Му Ваньяо не открывала глаз; неясно было, спит она или просто пьяна.
Актер довольно долго дерзко стоял на коленях перед кушеткой, с обожанием глядя на принцессу. Внезапно он склонил голову, осторожно взял ее за руку и запечатлел легкий поцелуй на тыльной стороне ладони Му Ваньяо.
Там, у лунных ворот, в тени листвы, лицо Янь Шана мгновенно преобразилось.
Актер с нежностью держал принцессу за руку, желая излить ей свои чувства. Будучи низкого происхождения, он лишь мечтал возвыситься через нее и, наконец, нашел удобный случай… Но, к сожалению, принцесса спала.
Когда актер собрался склониться для еще одного поцелуя, кто-то сзади положил руку ему на плечо.
Он оцепенел и обернулся, увидев за спиной молодого человека в нефритовом венце и парчовом халате, ослепительно прекрасного. Тот держал руку на его плече.
Лицо юноши было мягким, но выражение — мрачным. Казалось, он сдерживает гнев.
— Уйди, — произнес он вполголоса.
Актер, не желая отступать и полагаясь на благосклонность принцессы, возразил:
— Кто ты такой, что смеешь мешать принцессе? С какой стати я должен уходить…
Янь Шан пристально посмотрел на этого мальчишку, которому на вид было не больше десяти-двенадцати лет. Он сел у ложа Му Ваньяо, внезапно склонился, обнял спящую девушку и поцеловал ее прямо в губы.
Подросток вытаращил глаза.
Увидев, как этот человек целует принцессу, он замер. Принцесса, казалось, начала недовольно сопротивляться, но молодой человек лишь крепче обхватил ее за талию, не обращая внимания на ее невнятное мычание. Дрожащие ресницы Му Ваньяо разомкнулись; увидев лицо Янь Шана, она на мгновение впала в полное замешательство.
Заметив, что она очнулась, он не отстранился, а, словно вымещая обиду, прикусил ее за щеку.
— Ай! — вскрикнула Му Ваньяо.
Она окончательно проснулась, рывком оттолкнула Янь Шана и схватилась за щеку. Девушка в ярости уставилась на него: как он посмел укусить ее за лицо?
— Ты с ума сошел! Ненормальный! — закричала Му Ваньяо.
Актер все еще стоял на коленях, злорадно ожидая, когда принцесса накажет этого дерзкого наглеца, чтобы самому занять его место.
Однако прежде чем принцесса успела что-то предпринять, молодой человек, нахмурившись, пристально посмотрел на нее. Его взгляд переместился с ее лица на тыльную сторону ладони, которую тайком поцеловал актер.
— Воняет. Иди и немедленно вымой руки.
Му Ваньяо тут же пришла в ярость:
— Это от кого воняет?!
Актер: «…»
- Ночи напролет звучат песни и музыка (夜夜笙歌, yè yè shēng gē) — образное выражение, описывающее праздную жизнь в постоянном веселье и развлечениях. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
