Когда произошло покушение, Дэн И как раз проезжал мимо усадьбы Великого наставника.
После прибытия в округ Чжуншань Сяо Сюнь также распорядился обустроить здесь усадьбу Великого наставника, но Дэн И до сих пор ни разу не переступал её порога.
Когда они проезжали мимо, чиновник, ехавший перед повозкой, угодливо велел остановиться и указал ему на дом.
Дэн И приподнял занавеску и бросил взгляд.
Усадьба была даже роскошнее столичной. Хотя хозяин здесь ни разу не бывал, ворота стояли нараспашку, в сторожке было полно людей, а снаружи дежурили солдаты охраны. Посетители то и дело входили и выходили, и по тому, как они подавали визитные карточки, было ясно — это гости, пришедшие с визитом. Всё выглядело точь-в-точь как в столичной усадьбе Великого наставника.
— Тайфу, — сказал чиновник, — шицзы велел обустроить всё точно так же, как в столице. Зайдите, взгляните, мебель и убранство почти не отличаются.
Дэн И хотел было усмехнуться, но подавил улыбку и произнёс:
— Разве это может быть тем же самым?
Хотя он и в столичную усадьбу заглядывал нечасто, там по крайней мере была старуха-мать. Когда есть нян, это можно считать домом.
А сейчас…
— Шицзы постоянно велит разузнать вести о лаофужэнь, — чиновник заметил перемену в его лице и понизил голос. — Но до сих пор ничего не слышно. Неизвестно, погибла ли она в том большом пожаре или попала в плен. — Он поспешно добавил: — Однако будьте спокойны, тайфу: если бы императорский двор вздумал использовать лаофужэнь для шантажа, то шицзы сделал бы всё возможное, чтобы её спасти.
Дэн И усмехнулся:
— Не нужно, в этом нет необходимости.
«В этом нет необходимости?» — чиновник внутренне содрогнулся. Дэн И действительно ничтожный человек, ради власти готовый бросить даже родную мать…
Дэн И взглянул на чиновника и, разумеется, понял, о чём тот думает, но не счёл нужным объясняться. Тот пожар, возможно, и впрямь должен был погубить его самого, но его матери вреда бы не причинили. А если бы мать и схватили, её бы не стали использовать для шантажа. Другие его не знали, но разве Чу Чжао могла его не знать? Он уже однажды бросил мать, и, конечно, мог бросить её во второй раз. Угрожать ему старухой — напрасный труд.
Эта девица не стала бы так поступать.
Дэн И опустил взгляд, потеряв интерес к осмотру усадьбы, и уже собирался задернуть занавеску, как вдруг в то самое мгновение несколько слуг, что только что с поклонами подносили к сторожке визитки и списки подарков, внезапно выхватили из стоявших у их ног коробок с подношениями длинные копья и вонзили их в повозку Дэн И.
Краем глаза Дэн И заметил сияние, подобное летящей звезде, и инстинктивно откинулся назад. Копьё скользнуло у самого кончика носа и с глухим стуком вонзилось в стенку повозки. В следующий миг перед глазами всё заискрилось, и с грохотом весь кузов разлетелся на куски.
— Тайфу!
— Убийцы!
Возле величественной усадьбы Великого наставника мгновенно воцарился хаос. Люди на улице с криками бросились врассыпную, а со всех сторон уже бежали сотни солдат.
Земля содрогалась.
К тому времени, как Сяо Сюнь прибыл на место, улица уже была оцеплена несколькими кольцами стражи.
Обломки повозки валялись на земле, перепуганные лошади были убиты солдатами, а среди обломков и конских туш лежали тела десятка человек. Среди них были как охранники Дэн И, так и нападавшие.
Сяо Сюнь посмотрел на человека, сидевшего на ступенях усадьбы, которого из-за ран было почти не узнать, и с тревогой спросил:
— Тайфу, ты в порядке?
Лицо Дэн И было забрызгано кровью и почернело от копоти, одежда превратилась в лохмотья, а одна рука была неестественно вывернута. Несколько лекарей суетились вокруг него, промывая и перевязывая раны.
— Всё в порядке, телохранители закрыли меня своими телами, приняв на себя смертельные удары, — ответил Дэн И. — Я лишь сломал руку.
— В окружном городе всё так строго охраняется, и всё же убийцы осмелились напасть! — сурово выкрикнул Нин Кунь. — Кто подослал их?
Стражник выступил вперёд и притащил три трупа:
— При них были визитные карточки семьи Чжан из города Цзичэн, солдаты уже отправлены с проверкой.
Сяо Сюнь произнёс:
— Эти имена наверняка подложные.
Нин Кунь подумал, что это не обязательно так, и не удержался от тихого замечания:
— Шицзы, я помню, что род Линь состоит в родстве с родом Чжан…
Сяо Сюнь взглянул на него:
— Сначала дождёмся итогов проверки. — Затем он окинул взглядом собравшихся чиновников и громогласно объявил: — Кем бы ни оказались убийцы, когда их личности будут установлены, судить их за государственную измену, а весь их род истребить и имущество конфисковать!
Чиновники хором отозвались согласием.
— Тайфу, — Сяо Сюнь снова повернулся к Дэн И. — Ты вернёшься в управу округа или останешься лечиться здесь, в усадьбе?
Он знал, что Дэн И не питал интереса к этой усадьбе, потому и спросил.
Дэн И ответил:
— Везде одинаково. Раз уж я здесь, то останусь в усадьбе.
Сяо Сюнь кивнул, и чиновники поспешили распорядиться о паланкине. Дэн И помогли сесть, и отряды воинов первыми вошли в ворота. Внутри уже повсюду была стража, и, кроме слуг усадьбы, посторонних осталось лишь человек семь-восемь.
Они, дрожа от страха, стояли на коленях в углу под присмотром солдат. Увидев входящего Дэн И и его спутников, кто-то не выдержал и закричал: «Тайфу, нас оклеветали!», другие подхватили: «Тайфу, мы не сообщники!». Они принялись неистово бить поклоны.
Дэн И смотрел прямо перед собой, словно ничего не слышал. Внимание Сяо Сюня же было привлечено этим шумом.
— Это те, кто раньше ждал в сторожке приёма у Великого наставника, — поспешно пояснил стражник.
Когда появились трое, совершивших нападение на Дэн И, в сторожке усадьбы уже сидело несколько человек. После покушения их всех взяли под стражу.
Сяо Сюнь отвёл взгляд и обернулся к Нин Куню с приказом:
— Этих людей тоже проверьте. И ещё, удвоить охрану усадьбы…
Пока он говорил, ему показалось, будто время в уголке его зрения замедлилось. Он увидел, как те несколько человек, стоявшие на коленях, внезапно, словно шары, покатились по земле…
Всё будто бы стало очень медленным, и в то же время произошло мгновенно: эти семеро или восемь человек в одно мгновение вырвались из-под стражи и, подобно орлам, расправившим крылья, бросились на него.
— Дянься, берегитесь!
— Дянься!
В голове у Сяо Сюня загудело, всё перед глазами поплыло. Повсюду были люди, казалось, они хотят отрезать его от остального мира. Но вдруг раздался резкий звук, и стоявшему перед ним чиновнику мечом насквозь пронзило горло.
В то же мгновение Сяо Сюнь вернулся в реальность. Он почувствовал густой запах крови и увидел сверкающее острие клинка, с которого капала алая жидкость.
Убийцы. Эти убийцы пришли за ним! Предыдущее нападение на Дэн И было лишь приманкой. На тайфу совершили покушение, и, что бы ни случилось, шицзы обязательно пришёл бы навестить его. И как только он появился, как только они смогли подобраться поближе — они напали.
Снова послышался глухой звук, словно перед ним выросла стена. Сяо Сюнь увидел, как за этой стеной брызнула кровь.
Меч в руках Те Ина совершил лишь одно движение — сверху вниз, затем в сторону и по диагонали, — но трое убийц уже пали замертво. Он прижался к Сяо Сюню, надёжно защищая его. Рука воина метнулась вперёд, и его длинный меч, подобно кисти, ставящей точку тушью, вонзился в сердце очередного бросившегося на них убийцы. Тот с глухим стуком рухнул на колени.
Всё это произошло в одно мгновение. На лице Нин Куня одна половина ещё сохраняла выражение сосредоточенного внимания, с которым он слушал господина, а другая уже исказилась от шока.
В душе Сяо Сюня царило смятение, но в то же время он чувствовал безграничное спокойствие: какими бы неуловимыми ни были эти убийцы, пока рядом Те Ин, он в безопасности.
Но едва эта мысль промелькнула, один из трупов на земле вдруг, подобно змее, скользнул и, извиваясь, поднялся, мгновенно оказавшись вплотную к Те Ину. Раздался негромкий чавкающий звук, и Сяо Сюнь увидел, как из затылка Те Ина вышел железный штырь…
Зрение Сяо Сюня вновь стало замедленным. Он смотрел, как Те Ин медленно опускается на колени. Те Ин, казалось, ещё хотел обернуться и взглянуть на него, но его шея была намертво пробита штырем, и он не мог пошевелиться. В конце концов воин исчез из поля зрения…
— Не двигайся.
У самого уха раздался холодный голос, а к шее прикоснулся ледяной металл. Сяо Сюнь вздрогнул, окончательно вернувшись в мир живых.
Но этот мир в мгновение ока превратился в ад. Повсюду лежали тела, он словно стоял посреди кровавого омута.
Нин Кунь повалился на землю — неизвестно, жив он или мёртв. Дэн И тоже отбросило в сторону, он лежал под перевёрнутым паланкином. Кто-то из чиновников был убит, кто-то в ужасе ползал по земле, а солдаты охраны кольцо за кольцом сжимали окружение…
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
