Извилистая тропинка за городом была покрыта пылью, в утреннем воздухе веяло прохладой.
Мэн Тинхуэй остановилась перед заброшенным старым храмом. Наклонившись, она смела со ступеней толстый слой пыли, села, достала из-за пазухи книгу и, прислонившись к грязному деревянному столбу, принялась читать.
Рассветное солнце, дерзко-алое, поднималось на востоке, осыпая её макушку россыпью тёплого света. От этого приятного ощущения она невольно тихо вздохнула.
Место было пустынным, но на душе царил покой.
Ей чудилось, будто до ушей доносятся удары храмового колокола и звуки молитв Будде — точь-в-точь как в те далёкие утра, что тянулись одно за другим… Если бы не тот внезапный указ двора, она, возможно, провела бы всю жизнь в женском монастыре.
Но если бы не тот указ, она, возможно, никогда бы не встретила того человека.
Все поля в книге были испещрены её небрежными пометками. Иероглифы, мелкие, как мушиные головки, нагоняли сон. Она поправила одежду и, прикрыв глаза, задремала.
Вдруг издалека донёсся стук копыт. Он становился всё громче, а затем стих.
Она открыла глаза и с любопытством посмотрела вперёд. Кого это могло занести в такую рань за город, в подобное место?
В нескольких десятках чжанов1 от неё, на обочине главной дороги, вилась лёгкая пыль. Всадник в нерешительности остановился на развилке, ослабив поводья, словно не зная, какой путь избрать.
Она долго щурилась, всматриваясь, как вдруг замерла и резко вскочила на ноги.
Он…
Как это мог быть он?!
Разум не успевал соображать, но ноги сами собой сделали несколько шагов вперёд, а пятки предательски ослабли.
Она только что думала о нём, и вот он во плоти предстал перед ней!
В этот момент он обернулся и посмотрел в её сторону. Увидев её, он на миг замешкался, а затем, ударив коня пятками, поскакал к ней.
Грива вороного коня лоснилась, отливая на солнце металлом, и от этого блеска у неё зарябило в глазах.
Не успела она опомниться, как конь остановился прямо перед ней, а в следующее мгновение всадник спрыгнул на землю и твёрдо встал напротив.
— Позвольте спросить, — его глаза блестели, а голос был низким, — дорога на Цинчжоу — это та, что слева?
Она застыла, глядя на его лицо, это лицо…
— Вы меня слышите? — в его голосе послышалась неуверенность.
Она пришла в себя. Внутри словно тысячи нитей сплелись в тугой узел. Вся её обычная находчивость вмиг испарилась. Лишь спустя мгновение она смогла вымолвить:
— …Дайте посмотреть.
Он молча посторонился.
Она прошла мимо него и, оказавшись к нему спиной, сделала глубокий вдох. Сердце немного остыло, голова прояснилась. Сделав вид, что внимательно изучает развилку, она обернулась к нему и с улыбкой спросила:
— Осмелюсь спросить, с какой целью вы едете в Цинчжоу?
Он не ожидал встречного вопроса. Его взгляд на мгновение задержался на её лице, и лишь потом он ответил:
— Навестить дальних родственников.
Она смотрела на него, сердцем чуя, что он лжёт, но всё равно улыбнулась:
— Раз вы едете к дальним родственникам, тогда вам лучше выбрать правую дорогу.
Он слегка изогнул бровь.
— Судя по вашим словам, обе дороги ведут в Цинчжоу? — Увидев её кивок, он спросил снова: — Почему же для визита к родственникам лучше правая? Чем эти дороги отличаются?
Она поджала губы, не сводя с него взгляда.
— Левая дорога — это кратчайший путь, но она опасна и узка. Правая — широкая и ровная, но делает большой крюк через горы. Раз вы едете к дальним родственникам, то, надо полагать, не торопитесь. Поэтому я и советую вам выбрать правую.
Он поднял глаза к далёким горам и слегка нахмурился. Мгновение спустя он тихо поблагодарил её и, взяв коня под уздцы, направился к левой дороге.
Она смотрела ему в спину, и сердце бешено колотилось в груди.
Кто бы мог подумать, что Небеса будут так благосклонны к ней и дадут возможность так долго с ним говорить!
Но она не хотела, чтобы он снова ушёл вот так, не оставив даже имени.
Раз уж Небеса так благосклонны, как она может вновь упустить свой шанс?
— Господин!
Она сделала несколько быстрых шагов вперёд, окликая его.
Он обернулся.
— Вы что-то ещё хотели?
Она остановилась, сложила руки перед собой и тихо спросила:
— Могу я узнать вашу почтенную фамилию?
Он отпустил поводья и коротко бросил:
— Хэ.
Воистину, он был скуп на слова.
Она мысленно запомнила и, изобразив удивление, сказала:
— Ваша фамилия Хэ? У меня в детстве был друг с такой же фамилией, но мы давно потеряли связь. Мне кажется, вы чем-то на него похожи. Осмелюсь спросить ваше имя.
Он опустил глаза и, подумав мгновение, ответил:
— Одно имя — Ду. — Затем он снова взял поводья. — Но моя семья не из Чунчжоу, так что вряд ли я ваш старый друг.
Хэ Ду.
Она мысленно повторила это имя, и в её глазах промелькнул огонёк хитрости.
Он даже над собственным именем задумался, прежде чем его назвать. Можно ли верить такому имени?
Накануне в павильоне «Попутный Ветер» она ясно видела, что даже тот мужчина в бирюзовом халате, чьё благородство сквозило в каждом движении, подчинялся ему. Значит, и он сам был не из простых.
Не говоря уже о том, что было десять лет назад…
Он скрывает от неё свою личность.
Но почему такой знатный человек в одиночку направляется в Цинчжоу?
Она снова заговорила:
— Раз вы не из Чунчжоу, то должны знать, что дороги в Цинчжоу извилисты и на них легко заблудиться. Может, вам лучше найти кого-то, кто вас сопроводит…
Он покачал головой, его лицо оставалось отстранённым.
— В этом нет нужды. Много лет назад я уже бывал в Северном округе Чаоань и ещё помню дороги. Просто за десять лет за северными стенами Чунчжоу появилось много новых дорог. Увидев их, я на мгновение растерялся, потому и решил спросить вас.
Она смотрела на него и кивнула. В голову не приходило больше ни одной уловки, чтобы задержать его хоть ненадолго. Оставалось лишь смотреть, как он, попрощавшись, разворачивается, берётся за поводья и вскакивает в седло.
Он уже занёс кнут, но рука его замерла. Развернув коня, он вновь посмотрел на неё сверху вниз.
— Ваше лицо кажется мне знакомым.
Она вся содрогнулась.
Неужели он вспомнил? Ту дождливую ночь десять лет назад…
Он снова посмотрел на неё.
— Мы виделись вчера в павильоне «Попутный Ветер», верно?
Её ресницы опустились, в груди всё опало, но она всё же кивнула.
Сидя на коне, он серьёзно оглядел её с головы до ног.
— Раз уж мы так судьбоносно встретились, могу я узнать ваше имя?
— Мэн Тинхуэй.
Она подняла на него глаза и произнесла по слогам.
— Мэн Тинхуэй.
Он повторил её имя, а затем отвернулся.
— Я помню, вы ученица женской школы в Чунчжоу. Надеюсь, вы не разочаруете императрицу, что с таким трудом основывала эти школы. Учитесь усердно, сдавайте экзамены. Быть может, в будущем судьба сведёт нас снова.
Видя, что на этот раз он действительно уезжает, она поспешно крикнула вслед:
— Судя по вашим словам, господин Хэ, ваш дом в столице?
Он не обернулся, лишь слегка кивнул.
Длинная рука взмахнула кнутом и опустилась на круп коня.
Громкое ржание прорезало тихий утренний воздух. Жёлтая пыль взметнулась из-под копыт и унеслась вдаль по главной дороге.
- Чжан (丈 / zhàng) – традиционная китайская мера длины, приблизительно равная 3,33 метра.
↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
