Что сделано, то сделано.
Юй Мэн была настроена решительно. Юй Цзя тоже перебрала в уме всё то, что обычно происходит в таких случаях: любовницы, поимки с поличным, домашнее насилие. Столько лет Луань Чэнъюнь пропадал на работе, вечно был в разъездах — этого было не избежать. Только Юй Мэн не могла говорить об этом вслух, глотала горечь в одиночку. Так продолжалось до самого дома, пока она не приняла ванну и не легла в постель. Ди Лижэнь сидел рядом и всё ещё читал «Капитал».
Юй Цзя вдруг почувствовала облегчение. Все эти годы Лижэнь, по крайней мере, был под присмотром государства, к тому же он человек образованный, и в его жизни не было подобных пикантных и сомнительных историй. И всё же эта новость оставила тяжёлый осадок у неё на душе.
Юй Цзя трижды тяжело вздохнула.
Лижэнь решил, что она всё ещё переживает из-за отъезда Сысы за границу. Он закрыл книгу и сказал:
— У детей свой путь, у взрослых — свой. Как бы ни было жалко расставаться, по-другому нельзя.
Юй Цзя опешила.
Она молчала, просто сидела в оцепенении.
— Смотри на вещи проще, — Лижэнь всё ещё говорил тоном человека, проводящего идеологическую работу. Ему бы учителем быть.
Юй Цзя повернулась к мужу. Свет падал на его лицо сбоку, оставляя одну половину в тени.
— Юй Мэн и Луань развелись, — голос Юй Цзя звучал так, словно она читала некролог. Впрочем, так оно и было: умер их брак.
Ди Лижэнь, казалось, ничуть не удивился. Он положил книгу на тумбочку. Снял часы. Обычно он снимал их, только когда ложился спать — ему нужно было ежеминутно контролировать время. Затем он забрался под одеяло, втянул голову в плечи и никак не прокомментировал услышанное. Он был знаком с Луань Чэнъюнем много лет, и отношения у них были неплохие. Когда он только приехал в мегаполис, именно Луань первым устроил в его честь приветственный ужин.
Юй Цзя смотрела на него сверху вниз. Реакция мужа её поразила. Или Луань Чэнъюнь уже рассказал ему? Это ведь случилось совсем недавно. Неужели об этом уже все знают?
— Луань тебе сказал? — спросила она.
Лижэнь отозвался:
— С чего бы ему мне это рассказывать?
— Тогда почему у тебя такое лицо? — недовольно спросила она.
— Когда тебе скоро полтинник, уже ничему не удивляешься, — Ди Лижэнь перевернулся на другой бок, спиной к жене.
Взгляды Лижэня и Юй Мэн в чём-то совпадали: оба считали, что жизнь коротка. Зачем же во второй её половине отказывать себе в радостях?
Юй Цзя этого понять не могла; ей казалось, что её счастливая жизнь только-только начинается. Нужно во всём соблюдать меру и сдержанность, словно при медленном и тщательном приготовлении тофу, чтобы жизнь текла долгой и размеренной струёй.
— Можно подумать, кто-то без кого-то прожить не сможет, — с лёгкой усмешкой сказал Лижэнь. — Все проживут! — и добавил: — Вот так оно и бывает!
Договорив, Лижэнь упомянул о делах по работе. С его переводом в университетское издательство что-то начало проясняться.
— Пойду в административный отдел, там проще освоиться, — сказал Лижэнь.
Юй Цзя никак не могла прийти в себя, и даже сон не принёс успокоения. Хотя они и были близкими сёстрами, всё же это чужие семейные дела. В свидания Юй Шуан они могли вмешиваться, но в развод Юй Мэн — нет. Впрочем, Юй Цзя изначально и не собиралась вмешиваться. Она просто хотела узнать побольше, чтобы обрести душевное равновесие. Закончив утром домашние дела, она в одиночестве сидела на диване. Мобильный лежал на краю журнального столика.
Она то брала его в руки, то клала обратно. И так несколько раз.
С Луань Чэнъюнем она была знакома достаточно хорошо, но в частном порядке они общались редко. Она была для всех «старшей сестрой». Номинально. Друзья называли её так из вежливости. Иногда она принимала это всерьёз, а иногда чувствовала, что не стоит.
В конце концов она всё-таки позвонила. По телефону Луань Чэнъюнь говорил вежливо и спокойно. Казалось, развод на него никак не повлиял.
— Что случилось? — раз уж всё зашло так далеко, обошлись без приветствий. Юй Цзя спросила прямо.
— Не я это предложил, — Луань Чэнъюнь отбросил свою вежливую маскировку.
— Такими вещами не шутят!
— Как она?
— Плохо, — соврала Юй Цзя.
— Да вряд ли.
— И ты вот так просто согласился?
— А что ещё делать? Свою вину я признаю, а её характер ты знаешь не хуже меня.
— У вас же есть чувства друг к другу… Ты тогда… тогда… — Юй Цзя знала всё. Чтобы завоевать Юй Мэн, Луань Чэнъюнь когда-то несколько раз ранил себя ножом — притворялся больным, чтобы она за ним ухаживала.
— Я и сейчас её люблю.
— И при этом совершаешь такие ошибки.
— Не знаю, — сказал Луань Чэнъюнь. — Мы все люди, а я обычный мужчина, этого было не избежать, — он усмехнулся в трубку. — Больше ничего не скажу, всё равно никто не поверит.
Юй Цзя тем более не поверила бы. Она была порядочной женщиной и больше всего на свете ненавидела распутных мужчин средних лет. Луань Чэнъюнь был в хороших отношениях с Лижэнем. Хотя Лижэнь редко упоминал о Юй Цзя и о том, что семейной жизни ему вполне достаточно, Луань Чэнъюнь считал, что это молчание само по себе было определённой позицией.
— Ты… — у Юй Цзя перехватило дыхание от возмущения. Луань Чэнъюнь был откровенен до бесстыдства. Однако она не могла устраивать очную ставку и требовать доказательств от чужого мужчины по телефону. Он уже во всём признался, что ещё она могла сказать? Добивать лежачего? Это выглядело бы слишком некрасиво.
— Я согласен на повторный брак, в любое время, — заявил он.
— У неё остались только две маленькие квартиры, а как же вилла?
— Это она тебя попросила спросить?
— Нет.
— Мо Докэ при разводе тоже оставил бывшей жене всего две квартиры, — сказал Луань Чэнъюнь. — Лишняя недвижимость ей на пользу не пойдёт. Сына ей растить не нужно. За обучение плачу я.
— Это и твой сын тоже! — Юй Цзя изо всех сил старалась сдерживать эмоции. На самом деле ей хотелось обозвать его мерзавцем.
— Если будет удобно, передай ей, пожалуйста: я согласен на повторный брак, — ещё раз подчеркнул Луань Чэнъюнь перед тем, как повесить трубку.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
