Весть о том, что личный самолёт маршала Сяо из Иньской армии внезапно взорвался и рухнул на территории Шэнцзина, потрясла всю страну.
Провинциальная управа Бэйсиня поспешила выступить с официальным разъяснением: маршал Сяо не находился на борту самолёта, возвращаясь из Америки, а по-прежнему проходил лечение в США.
Однако взрыв самолёта подтвердил, что неизвестные злоумышленники замышляли покушение на главнокомандующего Иньской армии.
Молодой маршал Иньской армии Сяо Бэйчэнь лично опубликовал телеграмму, в которой сообщил: чтобы не дать заговорщикам воспользоваться ситуацией и спровоцировать беспорядки, Иньская армия двадцати четырёх северных провинций приведена в состояние боевой готовности.
В Бэйсинь один за другим прибыли представители южного центрального правительства и японский посланник господин Сато.
Сяо Бэйчэнь всякий раз принимал их с показным радушием: устраивал банкеты, сопровождал на прогулках и развлечениях, не отказывая ни в одной любезности.
Когда за столом уже выпили достаточно и разговор стал оживлённым, японский посланник Сато несколько раз осторожно справлялся о состоянии маршала Сяо.
Сяо Бэйчэнь неизменно с улыбкой отвечал:
— Отец чувствует себя хорошо.
В маршальской резиденции из-за подготовки к свадьбе Сяо Бэйчэня весь день кипела работа: приходили и уходили люди, царило оживление, повсюду слышались праздничные голоса.
Всё выглядело так, словно в стране царили мир и благополучие.
Японцы не осмеливались предпринимать необдуманные шаги.
Вечером Сяо Бэйчэнь сначала отправился в маршальскую резиденцию.
Седьмая супруга вместе с дочерьми увлечённо обсуждала подготовку к свадебной церемонии. Она уже заказала цветочные подставки и объясняла, что их нужно украсить живыми цветами и зеленью, тогда всё будет выглядеть ярче.
Сяо Бэйчэнь с улыбкой слушал их довольно долго, затем поднялся, собираясь уйти.
Седьмая супруга проводила его из тёплого, залитого жаром отопления зала. Убедившись, что поблизости никого нет, она спросила:
— Лао Сань, отец говорил, когда собирается вернуться вместе с Пятым и Шестым?
Сяо Бэйчэнь обернулся и улыбнулся:
— Седьмая тётушка, не волнуйся. Отец, Пятый и Шестой уже скоро вернутся.
Она вздохнула:
— Не знаю почему, но в последние дни у меня всё время тревожно на душе. Не случилось ли чего?
Сяо Бэйчэнь с безмятежной улыбкой ответил:
— Наверное, ты просто слишком переживаешь из-за моей свадьбы. Выходит, это моя вина.
Седьмая супруга слегка улыбнулась:
— Вот ещё! Возвращайся скорее в Хуатинчжоу. Я знаю, ты в последние дни занят, к тому же ухаживаешь за Ханцзин. У тебя даже глаза от усталости покраснели.
Сяо Бэйчэнь улыбнулся и кивнул.
Он сел в автомобиль. Машина выехала на улицу, и Сяо Бэйчэнь стал смотреть в окно, не выражая ни единой эмоции.
Го Шаолунь, сидевший на откидном сиденье напротив, не выдержал:
— Главнокомандующий, вы держите на своих плечах всё сразу. Кажется, за последние несколько дней вы ни разу не сомкнули глаз.
Глаза Сяо Бэйчэня были налиты кровью.
— Мой разум натянут до предела, тело всё время дрожит само по себе. Я уже забыл, что значит закрыть глаза и уснуть.
Го Шаолунь встревоженно сказал:
— Ваш организм этого не выдержит. Теперь всё держится только на вас, а вы изнуряете себя до полного истощения…
Сяо Бэйчэнь махнул рукой. В его налитых кровью глазах по-прежнему сверкал холодный, острый свет:
— Если я не отомщу за отца и братьев, зачем мне вообще нужна эта жизнь?
Го Шаолунь вздрогнул. От Сяо Бэйчэня исходил такой леденящий дух, словно перед ним была раненая хищная зверюга, готовая вцепиться в горло.
Хотя Го Шаолунь был его ближайшим доверенным человеком, он почувствовал холод и больше не осмелился говорить.
На вилле Хуатинчжоу было светло как днём.
Юнь И вместе с несколькими служанками стояла в холле у лестницы. Увидев, что Сяо Бэйчэнь вернулся, она встревоженно поспешила ему навстречу:
— Третий господин, сегодня госпоже снова стало хуже. Всё лекарство, которое мы ей дали, она не смогла выпить. Мы не знаем, что делать.
Сяо Бэйчэнь не ответил и сразу направился наверх.
Юнь И поспешила следом, не переставая говорить:
— Госпожа всё время бредит, повторяет, что нельзя умирать… Русский врач сделал ей уже несколько уколов, но жар не спадает. Ей становится всё хуже, она всё время говорит о каком-то Му Цзычжэне…
Юнь И не успела договорить, как Го Шаолунь схватил её за руку.
Она изумлённо обернулась:
— Адъютант Го…
Взгляд Го Шаолуня был спокойным, но голос холодным:
— Лучше пока помолчи. Ты ещё осмеливаешься произносить имя Му Цзычжэна!
Сяо Бэйчэнь уже быстро вошёл в главную спальню.
Линь Ханцзин лежала на большой кровати в полубессознательном состоянии. Сяо Бэйчэнь подошёл и коснулся её лба, тот был горячим, словно раскалённое железо.
У него тяжело сжалось сердце.
На столе лежало несколько таблеток, рядом — листок с рецептом. Сяо Бэйчэнь поднялся, чтобы взять его, но едва выпрямился, как перед глазами всё поплыло.
Он пошатнулся и упал на ковёр.
В глазах потемнело, голова словно раскалывалась, в ушах гудело. Ему казалось, что он сходит с ума.
Но сейчас на его плечах лежал непомерный груз, и он не имел права сломаться.
Сяо Бэйчэнь с силой ударился головой о стоявший у кровати шкафчик. Резкая боль помогла ему хотя бы немного прийти в себя.
Он пошатываясь поднялся и уже хотел взглянуть на рецепт, когда услышал, как Линь Ханцзин на кровати сонно качает головой.
На её лбу выступил холодный пот.
Ей снова и снова снился один и тот же кошмар. От страха всё тело сотрясала дрожь, и во сне она сдавленно плакала, тихо повторяя:
— Не убивай его… Прошу тебя, не убивай… Му Цзычжэн…
Сяо Бэйчэнь услышал каждое слово.
Уголок его губ дёрнулся. Словно множество безумных острых игл разом пронзили ему сердце.
С лица исчез последний оттенок крови. Грудь тяжело вздымалась, дыхание стало частым и прерывистым.
Он был один, доведён до отчаяния, раздавлен одиночеством, а она даже во сне продолжала, живя и умирая, помнить о другом мужчине.
Рецепт выскользнул из его руки и бесшумно упал на ковёр, словно засохший лепесток.
Сяо Бэйчэнь глубоко вдохнул. Выпрямил спину, до боли сцепил пальцы и направился к двери главной спальни.
Он не успел сделать и нескольких шагов, как позади раздалось тихое, плачущее бормотание во сне:
— Му Цзычжэн, не убивай его!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
