— Бай-сяньшэн, можем ли мы пойти войной на божественные королевства фимиама?
Байцзэ вздохнул:
— Трудно. Место для нашего развития изначально выбиралось вдали от сферы влияния Западного учения. Сейчас мы сохраняем определенную дистанцию и от Альянса бессмертных, и от божественных королевств фимиама.
Байцзэ на мгновение задумался и продолжил:
— Прошу всех не проявлять нетерпения. Владыка Воды наверняка уже всё подготовил, чтобы проучить Западное учение. Я довольно хорошо знаю Владыку Воду: секта Дусянь занимает важное место в его сердце, а в этот раз Западное учение и вовсе покусилось на пик Сяоцюн. Тот, кто руководил этой операцией со стороны Западного учения, действовал весьма искусно и не допустил оплошностей, но он совершил ошибку в самом корне. До того как искусство бумажных даосов привлекло внимание, и до того как Владыка Воды прославился, он, убивая врагов, неизменно развеивал их прах по ветру, да еще и устраивал целое представление1, чтобы не оставить ни малейшего следа. В глубине души он вовсе не какой-то там милосердный и добродетельный2 человек.
Цзю Цзю слегка нахмурилась:
— Бай-сяньшэн, Чаншоу просто не знает пощады к врагам. Но по отношению к близким, к посторонним, ко всему живому в Поднебесной и к простым смертным — разве он не милосерден и добродетелен2?
— Э-э…
Байцзэ на мгновение лишился дара речи и поспешно добавил:
— Прошу Святую деву не гневаться. Ничтожный даос лишь хотел сказать, что прямые угрозы Владыке Воды — самый безрассудный поступок. Владыка Воды никогда не щадит врагов.
Только тогда Цзю Цзю кивнула в знак согласия. Она откинулась на спинку каменного стула и отрешенно уставилась на вино в кубке.
Позади Ванцин-шанжэня Цзян Линьэр, скрестив руки, прислонилась к спинке стула и угрюмо произнесла:
— Неужели мы и вправду ничего не можем сделать?
— Ничего, — вздохнул Байцзэ. — Прошу всех проявить терпение и пока просто запомнить этот долг. Храм Линьтянь — важнейшее звено в развитии Небесного Двора и краеугольный камень порядка Трех Миров. Альянс бессмертных сейчас кажется мирным, но его внутреннее разложение — лишь вопрос времени. Рано или поздно именно Храм Линьтянь должен будет взять на себя управление порядком в трех тысячах миров. Имея божественные королевства фимиама в качестве столь заметных мишеней, мы можем быстро набрать силу. На этом этапе важен каждый год и каждый месяц, нельзя допустить ни малейшей ошибки.
Бессмертные секты Дусянь умолкли.
Спустя мгновение Цзю Цзю поднялась. Подол ее платья струился, словно вода, скрывая изящные ступни.
Бросив на ходу «ухожу в затворничество на десять лет», она скрылась в тени дворца. Оттуда еще доносились ее не сдержанные, крепкие словечки, принятые в учении Жэнь.
Тем временем та же новость дошла до другого мастера секты Дусянь, «гостившего» на чужбине. Однако у этого мастера было куда меньше опасений.
[На секту Дусянь учения Жэнь совершено нападение по указке Западного учения. Глава секты погиб в бою, сотни учеников убиты или ранены. Разгневанный Тайбай Синцзюнь разгромил врата Западного учения!]
В самом удаленном уголке тайного края Тянья, в тихой усадьбе.
Старейшина Вань Линьюнь, который до этого прилежно изучал ядовитый канон Люй Юэ, посмотрел на передающий магический талисман в своих руках. Он резко вскочил, не скрывая пылающей в глазах ярости.
— Это недостойное учение Запада!
Схватив посох, окованный медью, старейшина Вань Линьюнь первым делом порывался вернуться в секту Дусянь. Но затем он подумал: даже если он вернется, он не сможет причинить неприятности Западному учению. Секта Дусянь — лишь посредственная секта, в то время как Западное учение — великое учение Святого, а Гора Духов — его обитель. А он всего лишь «Старый ядовит», старейшина секты Дусянь, едва вступивший в царство Золотого Бессмертного.
Прямое столкновение лишь доставит хлопот Сяо Чаншоу.
Однако в трех тысячах миров бесчисленное множество подвластных Западному учению сил!
— Хм!
Старец Вань Линьюнь холодно хмыкнул, быстро подавил гнев и начал просчитывать в своем даосском сердце план действий.
Спустя некоторое время он позвал небесного воина, охранявшего его двор, и сказал, что желает видеть главу павильона Тянья и заместителя союза Альянса бессмертных Бянь-лаофужэнь. Разрешение было получено незамедлительно.
На облачном пути к главному дворцу тайного края Тянья старейшина Вань Линьюнь непрестанно размышлял, а на руке, сжимавшей посох, вздулись вены.
Поколебавшись, он решил не беспокоить старшего Люй Юэ. Люй Юэ принадлежал к учению Цзе и, хотя занимал должность в Альянсе, числился там лишь формально, к тому же…
«Эх, в каждой семье свои трудности. Старший Люй Юэ из-за изучения ядовитых пилюль допустил проникновение злой энергии в свой изначальный дух. Теперь он вынужден ежедневно заниматься парным совершенствованием с женщинами, изнуряя себя ради отвода этой энергии. Сам по себе он и так достоин сострадания».
Подумав об этом, старейшина Вань взглянул на отдельный терем Люй Юэ, вспомнив, какой прием его ждал, когда он впервые пил вино со старшим. Тогда он вовремя ушел, иначе его бы точно поглотили эти женщины, словно отравленные ядом пилюль!
«Тяжко вам приходится, старший Люй Юэ».
Старейшина Вань Линьюнь вздохнул, отвел взгляд и мысленно пересчитал припрятанные ядовитые пилюли. В его глазах промелькнуло ледяное намерение убивать.
Секту Дусянь нельзя оскорблять безнаказанно!
Глава секты Дусянь не должен погибнуть напрасно!
Холодная ухмылка старейшины Вань Линьюня в этот миг казалась такой теплой…
Спустя три месяца.
Магический талисман прилетел к Небесным вратам и был доставлен стражниками во дворец Тайбай.
Тайбай Цзиньсин Ли Чангэн, который всё еще размышлял над тем, как усовершенствовать бумажных даосов, оторопел, увидев содержание талисмана…
[За последние три месяца старейшина секты Дусянь Вань Линьюнь непрерывно перемещался по трем тысячам миров, отравив тысячи бессмертных, охранявших божественные королевства фимиама Западного учения. Среди них немало Небесных и Золотых бессмертных. Божественные королевства фимиама объявили на него охоту, за его перемещениями следят несколько бессмертных стадии Дало].
Ох…
Тайбай Цзиньсин Ли Чангэн поднял голову и тихо вздохнул, в его глазах отразилось волнение.
Затем он закрыл глаза, и его сознание перенеслось в земли Альянса бессмертных.
Изначально ответные действия, организованные Ли Чангэном, были весьма сдержанными. Важнее было оказать давление на Западное учение, заставить их почувствовать, как трудно сделать хоть шаг, и тем самым спровоцировать ошибки в их стратегии.
Но раз старец Вань Линьюнь жаждет мести, почему бы не бросить все силы Альянса бессмертных и не разжечь пламя войны повсеместно?
Обычный бог, наделенный властью, использует положение в личных целях?
Что ж, всего лишь небольшое следование обстоятельствам.
Он взмахнул широким рукавом: за пределами Пяти Континентов начинается тотальная война!
- чуй-ла-тань-чан (吹拉弹唱, chuī lā tán chàng) — букв. «играть на духовых и струнных инструментах, петь и танцевать»; иносказательно: совершать полный погребальный обряд или доводить дело до абсолютного конца, не оставляя улик. ↩︎
- чжай-синь-жэнь-хоу (宅心仁厚, zhái xīn rén hòu) — букв. «пребывать сердцем в человеколюбии и доброте»; иносказательно: быть чрезвычайно добросердечным, милосердным и великодушным. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
