— Чаншоу! Сюанья!
— Чаншоу! Ой-ой! И как ты только забрел в это опасное место!
Стоя перед пещерой, Ли Чаншоу смотрел на две спрыгнувшие с облака фигуры и невольно улыбался. Для него стало неожиданностью, что его собственный наставник тоже отправился на поиски…
Хотя старый наставник выглядел взволнованным и уже сжимал в руках знакомый фучэнь, собираясь, судя по всему, снова отвесить его ягодицам порцию милосердных ударов, на душе у Ли Чаншоу все равно стало немного теплее…
Перед лицом старших Ли Чаншоу решил не уклоняться и позволить наставнику ударить его пару раз, чтобы тот выпустил пар. Все равно это не причинит вреда.
Цзю Цзю и старый даос Ци Юань вместе спрыгнули с облака. Сперва Цзю Цзю хотела подбежать к Ли Чаншоу, чтобы проверить, все ли части тела у него на месте, но, вспомнив о присутствии Даочжана Ци Юаня, сразу бросилась к Юцинь Сюанье.
Увидев, что наставник занес фучэнь для удара, Ли Чаншоу с несчастным видом зажмурился, готовясь принять наказание, однако фучэнь лишь слегка коснулся его плеча — совсем без силы.
Послышалась ругань Даочжана Ци Юаня:
— Зачем ты притащился на этот злобный Северный континент! Если бы Линъэ не разбудила меня, ты бы мог здесь сгинуть, а я бы даже не знал, где искать твои останки!
— Наставник, достигнув предела покоя, мне захотелось движения1, поэтому я ушел, не доложив вам заранее. Прошу, простите своего ученика.
Ли Чаншоу смиренно склонил голову. Краем глаза он заметил…
Цзю Цзю подхватила Юцинь Сюанью на руки и закружилась с ней на месте, смеясь, словно ребенок. Юцинь Сюанья, чьи щеки слегка покраснели, то и дело выкрикивала «шишу», но не могла вырваться.
Подол платья развевался, черные пряди волос рассыпались — этот «танец вдвоем»2 выглядел весьма недурно.
Объективно говоря, Юцинь Сюанья выигрывала за счет идеальных пропорций тела и безупречных линий. По сравнению с ней наставник Цзю была немного маловата ростом, да и лицо у нее было более округлым — их стили можно было назвать совершенно разными.
Ли Чаншоу лишь мельком взглянул на них и тут же отвел глаза, продолжая покорно выслушивать нескончаемые нотации наставника…
Подобное поведение было лишь привычкой, оставшейся от многих лет жизни джентльменом в прошлом мире — оценить увиденное согласно своему эстетическому вкусу. В этом не было никакого практического смысла.
Напротив, сейчас Ли Чаншоу больше интересовали действия того низкорослого даоса…
Цзю У, держа за шиворот только что оглушенного старого даоса, опустился перед ними.
Убедившись, что Ли Чаншоу и Юцинь Сюанья в порядке, этот низкорослый даос, не меняясь в лице, слегка встряхнул запястьем. Тело старика, которого он держал, несколько раз дернулось в конвульсиях, после чего его аура мгновенно развеялась.
Если Ли Чаншоу не ошибся, изначальный дух этого старого даоса был только что разбит вдребезги…
Словно ничего не произошло, Цзю У отбросил труп первичного бессмертного в ближайшие заросли и с улыбкой стал наблюдать за воссоединением учителя и ученика.
Это тоже был суровый человек, убивавший людей так же легко, как давят насекомых.
Ли Чаншоу, спрятав руки в рукава, начал расчеты на пальцах. В его сознании всплыли крупицы слухов об этом низкорослом Даочжане, которые он слышал в обычные дни, и он составил краткую сводку:
«Цзю У, пятый шисюн наставника Цзю Цзю, личный ученик великого мастера секты Дусянь — Ванцин-шанжэня. Вступил на путь совершенствования более двух тысяч лет назад. Находится на пике царства Истинного бессмертного, в полушаге от Небесного бессмертного.
По характеру подобен озорному ребенку, любит подшучивать над другими, но на деле расчетлив и весьма проницателен. Предан секте до глубины души, часто путешествует, занимаясь различными делами, и имеет широкий круг знакомств как внутри, так и за пределами школы;
Увлекается виноделием и алхимией, явных слабостей не имеет».
Ли Чаншоу быстро пришел к выводу: с таким человеком не нужно искать дружбы намеренно, достаточно просто исполнять свой долг ученика секты Дусянь.
Тем временем Цзю Цзю наконец отпустила Юцинь Сюанью и, задрав голову, с облегчением вздохнула: большая часть ее денег на вино была спасена.
Юцинь Сюанья услышала, как Даочжан Ци Юань продолжает отчитывать Ли Чаншоу:
— Ты только подумай! Сунулся сюда на стадии Трансформации Духа… разве ты не обуза для остальных?
— Наставник Ци Юань! — тут же подала голос Юцинь Сюанья и серьезно добавила: — Шисюн Чаншоу ни для кого не был обузой. Напротив, он несколько раз выручал меня…
— Вот именно, ваш ученик вовсе не был обузой и даже немало помог.
Ли Чаншоу спокойно перебил Юцинь Сюанью. На его лице появилось немного самодовольное выражение, и он с улыбкой произнес:
— Наставник, вы еще не знаете, но именно благодаря испытаниям в этих местах я совершил прорыв на стадию Возвращения к Пустоте.
С этими словами Ли Чаншоу открыл свою ауру — первая ступень стадии Возвращения к Пустоте.
Аура была еще слегка нестабильной, что полностью соответствовало состоянию сразу после прорыва.
Юцинь Сюанья на мгновение растерялась.
Почему шисюн… вдруг стал похож на совсем другого человека?
Прежняя рассудительность внезапно сменилась нынешним легкомыслием.
Ли Чаншоу подмигнул ей. Юцинь Сюанья замерла, вспомнив его прежние наставления. Она слегка поджала губы, не зная, что ей говорить дальше.
— Чаншоу, ты совершил прорыв?
Даочжан Ци Юань на мгновение разволновался. Тщательно ощутив ауру Ли Чаншоу, он тут же расплылся в улыбке, и его глаза засияли.
Но не успела улыбка Даочжана Ци Юаня расцвести в полной мере, как он снова напустил на себя суровый вид и отчитал:
— Потратил сто лет, чтобы постичь стадию Возвращения к Пустоте, и так радуешься! Посмотри на Сюанью! Она твоя шимэй, а уже на четвертой ступени Возвращения к Пустоте!
Ли Чаншоу с видом некоторой беспомощности криво усмехнулся, словно был расстроен выговором наставника…
На самом же деле в его душе не возникло ни тени волнения, ему даже захотелось рассмеяться.
— Прорыв на стадию Возвращения к Пустоте за сто лет — это очень неплохо, вполне достойные способности, — с улыбкой заметил стоявший рядом Цзю У. — Шиди Ци Юань, мой второй шисюн потратил двести лет, чтобы постичь эту стадию, зато потом, накопив силы, всего за двадцать лет преодолел невзгоды и стал бессмертным. Путь самосовершенствования целиком зависит от кармической судьбы, не будь так строг к ученику. Кстати, Сюанья, ты знаешь, где Юань Цин?
Лицо Юцинь Сюаньи омрачилось. Она отступила на два шага, опустилась на одно колено с огромным мечом за спиной и, сложив руки в приветствии, твердо произнесла:
- Цзин-цзи-сы-дун (静极思动, jìng jí sī dòng) — достигнув предела покоя, захотелось движения. ↩︎
- Эржэньчжуань (二人转, èr rén zhuàn) — традиционный северо-восточный танцевально-песенный жанр, исполняемый парой артистов. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
