Глава 292. Монета Падающих Сокровищ!
На самом деле…
Ли Чаншоу подготовил для этой охоты за сокровищами гораздо больше, чем казалось на первый взгляд.
В этот момент в разных уголках Чжуншэньчжоу и Наньшаньбучжоу в семи-восьми местах с рельефом «безглавая гора — великая река — долина» были спрятаны бумажные даосы и солдаты из бессмертных бобов.
Эти места находились в безлюдных краях, но Ли Чаншоу собирался создать там видимость последствий великой битвы и оставить следы «разрушенных сект».
Все это было мерами защиты.
Соображения Ли Чаншоу до этого момента можно было назвать весьма обстоятельными.
[Стоит мне начать поиски сокровищ, как я оставлю след, к тому же забрать родовое сокровище демонов-быков, не потревожив их, само по себе задача крайне сложная. А четверо великих — Фуси, Сюаньюань, Шэньнун и Да Юй — знают маршрут поиска. Если возникнет шум, которого невозможно избежать, и об этом станет известно другим, то риск раскрытия моего истинного тела будет существовать всегда.]
Поэтому, взвесив всё, у Ли Чаншоу оставалось лишь два пути.
Либо отказаться от поисков и найти другие способы самосовершенствования — например, изучить чудесные техники, дарованные предшественником Сюаньюанем;
либо же подготовить побольше ловушек и прямо в облике Морского Бога Небесного суда искать сокровища сразу в нескольких местах, оставляя помехи в информации и сводя к минимуму вероятность раскрытия происхождения своего истинного тела.
Таким образом, те, кто не знал его маршрута, решили бы, что это баламутит воду Морской Бог Небесного суда; те же, кто знал маршрут, не смогли бы точно определить, где находилось истинное тело Ли Чаншоу в момент входа в Пещеру Огненных Облаков.
Хотя стоило учитывать и такой фактор, как «врата Дусяньмэнь — это наследие учения Жэнь», на этот случай у Ли Чаншоу был заготовлен план по переселению пика Сяоцюнфэн.
Ли Чаншоу не то чтобы не доверял этим четырём отошедшим от дел Человеческим Владыкам, просто в Пещере Огненных Облаков обитали не только три владыки и пять императоров, но и более трёх тысяч их спутниц…
Чтобы соответствовать общему замыслу, Ли Чаншоу не мог допустить больших потерь среди демонов в городе Цытечэн и долине демонов-быков.
В тот миг, когда он увидел сокровищницу демонов-быков, он даже решил не трогать драгоценные материалы и оружие, а искать лишь «предначертанную ему судьбой удачу».
Но теперь эти обстоятельные планы и тщательно продуманные расстановки из-за странного появления Дашисюна учения Цзе оказались полностью…
потеряны.
Почему…
Ли Чаншоу сейчас снова и снова задавал себе этот вопрос.
Это в конце концов почему?
Он задействовал столько ресурсов, предпринял полномасштабную ложную атаку, даже пожертвовал бумажным даосом уровня Золотого Бессмертного, и единственным приобретением стало…
[Динь! Ты обнаружил маленькую причуду корифея учения Цзе.]
Кому на это жаловаться!
В прошлой жизни Ли Чаншоу навидался всяких причуд, порожденных общественным давлением, и не считал подобные вещи постыдными: великие деятели — тоже живые существа, а живые существа несовершенны, таков естественный Великий Дао.
Но как ни крути, почему появился Добао?
Он всего лишь искал сокровище приобретенного неба, почему же сложность так возросла? Неужели придётся победить Даожэня Добао?
Ли Чаншоу издал пару невнятных звуков и, почувствовав, что начинает закипать, тут же про себя прочитал заклинание очищения сердца, чтобы остудить рассудок.
Возникла непредвиденная ситуация, и на этот случай, разумеется, имелся план действий в чрезвычайных обстоятельствах.
Не то чтобы он раньше не рассматривал…
Ладно, подобный сценарий он и вправду не мог предвидеть!
В этот самый миг сверху опустилась фиолетово-золотая чаша для подаяний, запечатывая пространство на тысячи ли.
Бумажный даос Ли Чаншоу поднял голову, взглянул на неё и мгновенно принял самое разумное решение.
Развеять!
В этот момент армия солдат из бессмертных бобов находилась ещё на некотором расстоянии от города Цытечэн.
Эти солдаты были своего рода таймером: время до их прибытия к внешнему барьеру города было «временем для дела» Ли Чаншоу.
К сожалению, теперь в этом не было нужды.
Ли Чаншоу отдал солдатам приказ замереть на месте, а те двадцать с лишним бумажных даосов, что находились среди солдат из бессмертных бобов, совершили синхронное движение — воздели руки к небу!
Потоки сань-мэй чжэнь-янь1 вырвались из ладоней бумажных даосов, превращаясь в огненных драконов, неистовствующих вокруг. Буквально в мгновение ока десятки тысяч солдат из бессмертных бобов были полностью охвачены огнём!
Эту армию, отвечавшую за ложную атаку и давление, создали при помощи божественных способностей;
теперь же, под воздействием Истинного Пламени, порожденного силой Золотого Бессмертного Ли Чаншоу, она в миг оказалась поглощена огнем и вместе с двадцатью бумажными даосами превратилась в пепел!
О такой потере Ли Чаншоу ничуть не жалел.
Солдаты из бессмертных бобов могли существовать максимум двенадцать ши-чэнь2, после чего их бессмертная сила рассеивалась, и они саморазрушались.
А на бумажных даосов, не достигших уровня Золотого Бессмертного, расходовались лишь духовные деревья с пика Сяоцюнфэн.
Вслед за этим, воспользовавшись моментом, когда опустилась фиолетово-золотая чаша, солдаты самовозгорелись, демоны в городе впали в оцепенение, а трое великих демонов уровня Золотого Бессмертного за стенами города засуетились;
трое бумажных даосов уровня Золотого Бессмертного, сражавшихся с тремя огромными демонами-быками, одновременно высвободили бессмертную силу, отбросив противников!
Эти трое бумажных даосов резко развернулись, применили технику побега ветра и вмиг исчезли из поля зрения и восприятия бессмертным сознанием врагов.
У бумажных даосов Ли Чаншоу была одна примечательная черта: боевая мощь в схватках была посредственной, но техники побега — абсолютно непревзойденными среди равных по уровню…
Лишь брошенная «человеческой женщиной» угроза эхом разнеслась по ветру:
— Считайте, что вам повезло!
Трое мастеров племени быков стояли в полном недоумении.
И в чём же заключалось их везение?
Они ведь только начали обмениваться ударами, разве это не была стадия взаимного прощупывания сил?
Не только в городе Цытечэн, но и в долине демонов-быков те бумажные даосы, что не успели показаться, немедленно применили побег сквозь землю и укрылись в недрах, проскользнув в жилы земли.
Те же, кто уже проявил себя, разом активировали печати саморазрушения и в мгновение ока превратились в пепел, воду, вспышки молний и летящие перья.
Так демоны-быки погрузились в глубокое замешательство.
Ещё мгновение назад город Цытечэн и сокровищница в долине были под угрозой, а человеческие культиваторы наступали с великим гонором;
но миг спустя — в воздухе кружится пепел, сильные враги исчезли без следа, а фиолетово-золотая чаша для подаяний накрыла всё в радиусе тысячи ли.
Сон ли это?
Или какая-то иллюзорная формация?
Какие ещё коварные замыслы таят эти люди?!
Несколько «мудрецов» из племени быков невольно схватились за головы, чувствуя, что их бычьи черепа вот-вот лопнут.
— Ох, предки, что творят эти люди?
— Я понял! Тысячи людей принесли себя в жертву небу, чтобы применить такую нечестивую технику!
Старый бык указал на чашу, подобную темнице, и громко закричал:
— Наше племя в опасности! Цытечэн в опасности!
И снова из разных концов города донеслись горестные вопли…
Демоны ощущали давление, исходящее от фиолетово-золотой чаши, и чувствовали заключенную в ней необъятную магическую силу, повергающую в отчаяние. Весь Цытечэн и долина демонов-быков вновь погрузились в пучину паники…
Ли Чаншоу это уже мало заботило.
В этот момент он собрал пять бумажных даосов уровня Золотого Бессмертного вместе: один из них припрятал остальных четырёх, и они укрылись глубоко под землёй.
Выхода не было, бумажные человечки Ли Чаншоу тоже оказались заперты внутри чаши.
Изначально Ли Чаншоу собирался развеять всех этих пять бумажных даосов разом;
но перед самым началом он почувствовал, как бессмертное сознание зафиксировалось на нём, и взглянул на чашу над головой…
Если он сейчас просто всё развеет, то его кармическая связь с Даожэнем Добао будет официально закреплена.
Кто такой Даожэнь Добао?
Дашисюн учения Цзе, первый ученик Владыки Тунтяня — это корифей Дао, который может сидеть за одним столом и пить вино с его собственным Старшим наставником.
Он нечаянно подсмотрел чужую личную тайну, как тут можно обрести покой?
К тому же в этот раз он действовал по «схеме Морского Бога», и если Даожэнь Добао попытается провести расчет, ему преградит путь Карта Великого Предела, так что он неизбежно вычислит «Морского Бога Небесного суда».
Нужно придумать способ, скорее придумать способ.
Если ничего не выйдет, придётся принести клятву Великого Дао и пообещать, что он не станет разглашать это дело.
Нет, всё не может быть так просто…
— Эх…
Раскопки сокровищ разоряют три поколения, а охота за ними губит всю жизнь.
- сань-мэй чжэнь-янь (三昧真炎, sānmèi zhēnyán) — Истинное Пламя Трёх Самадхи, священный огонь в даосизме, способный испепелять даже духовные сущности. ↩︎
- ши-чэнь (时辰, shíchen) — традиционная китайская единица измерения времени, равная двум часам. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
