Глава триста сорок шестая. Кто в Первозданном мире… всех сильнее!
— Ха, стоять смирно!
Небольшое племя народа У в морозном сосновом лесу.
Сотни крепких мужчин и женщин, облаченных в звериные шкуры, ринулись вперед, сжимая в руках зазубренное оружие. Они жаждали изрубить в щепки двух этих злосчастных «демонов»!
Этот подлый трюк с отравленной едой играл на слабости народа У к мясу. Они слишком много раз попадались на эту удочку и ни за что не позволят столь низменным уловкам снова сбить их с толку!
Народ У никогда не будет кучкой простофиль!
Однако облаченный в доспехи бородатый «демон» лишь тихо рассмеялся. Он взмахнул левой рукой, и между деревьями разошлась лазурная водная рябь, мгновенно сковавшая нападавших на месте…
Техника обездвиживания.
И вот сотни соплеменников У замерли в самых разных позах, не в силах шевельнуться. Им оставалось лишь беспомощно наблюдать, как два «демона» с аппетитом уплетают еду, запивая сочное мясо вином.
Сотни представителей народа У кипели от праведного негодования, а в уголках их ртов проступали слезы скорби и голода!
Слишком уж притесняют народ У!
Ли Чангэн и Чжао Гунмин переговаривались и смеялись, совершенно не обращая внимания на застывших в стороне соплеменников У.
Лишь когда десяток с лишним детишек этого народа с воплями бросились в атаку, занося над головами огромные валуны, Ли Чангэн небрежно оторвал десяток кусков жареного мяса. Окутав их бессмертной силой, он направил их прямо в рты детям.
Толпа замерла в шоке!
Но выразить свою тревогу они могли только взглядом.
Дети же разом замерли. Сначала они хотели выплюнуть мясо, чтобы показать гордый дух сынов народа У, но…
Оно было слишком ароматным.
Малыши синхронно захлопали глазами, один за другим побросали камни и принялись с жадностью грызть жареное мясо.
Покончив с едой в несколько укусов, они уставились на вертел, обступив его со всех сторон и посасывая пальцы…
Судя по всему, сообразительностью они в большинстве своем уступали человеческим детям.
— Идите вон туда, — мягко произнес Ли Чангэн. Из его рукава вылетели три бумажных человечка, которые обернулись двумя мужчинами и женщиной. Они быстро засуетились на свободной поляне неподалеку: соорудили мангал и разложили жареное мясо.
Вскоре лес наполнился восторженными криками маленьких У.
Сотни взрослых соплеменников, пуча глаза, никак не могли взять в толк, что же здесь происходит.
Вскоре со стороны севера, северо-запада и северо-востока донесся гул тяжелых шагов — на подмогу спешили крупные отряды народа У!
Однако увиденная в лесу «странная» картина заставила их в замешательстве замедлить ход.
Хотя народ У в массе своей был довольно бесхитростным, среди них встречались и те, у кого голова работала неплохо. Такие разумные соплеменники обычно имели в племени право голоса…
Несколько великих У тут же выкрикнули команды. Нахлынувшие толпы остановились в нескольких сотнях чжанов, издалека наблюдая за происходящим.
Божественное восприятие Ли Чангэна отметило, что по всей дикой земле в радиусе десяти тысяч ли к этому месту на огромной скорости устремились многочисленные фигуры.
Очевидно, народ У все еще сохранял бдительность и реагировал чрезвычайно быстро.
Чжао Гунмин, прихлебывая вино, слегка нахмурился и негромко произнес:
— Будь осторожен, сюда спешат и мастера народа У.
Ли Чангэн взглянул на дюжину детей, с аппетитом уплетающих мясо, и улыбнулся:
— Лаогэ, сними технику обездвиживания.
— Хорошо.
Чжао Гунмин слегка толкнул воздух левой ладонью. Сотни скованных им воинов У синхронно качнулись назад, а большая часть и вовсе повалилась на спину, выглядя весьма нелепо.
В этот миг земля мелко задрожала, а из ее глубин донеслись глухие удары. Две или три тысячи собравшихся в лесу соплеменников У разом склонили головы.
Старая женщина, опираясь на посох, вышла из каменного дома, находившегося в нескольких тысячах ли отсюда. На вид она казалась немощной и дряхлой, но стоило ей сделать всего два шага, как земля под ее ногами начала стремительно проноситься мимо.
Всего два шага — и старуха оказалась здесь, в лесу. Тысячи ли были пройдены так непринужденно…
Ли Чангэн удивленно приподнял бровь. Это же…
Суо-ди-чэн-цунь1?
Нет, это не даосская техника перемещения в пространстве.
Народ У не владеет заклинаниями, но обладает божественными способностями. Двенадцать первопредков когда-то управляли двенадцатью законами Дао этого мира, что отчасти напоминает нынешнюю божественную власть Небесного чертога.
Эта бабушка из народа У использовала боевой метод своего племени, основанный на контроле над силой земли.
Уже по одному этому приему ее можно было назвать… настоящим мастером.
Ли Чангэн не посмел проявлять небрежность. Он отставил чарку с вином и мясо, встал и, сложив руки перед собой, отвесил старухе глубокий поклон.
— Я — ученик Учения Людей и бог воды Небесного чертога. Сегодня я прибыл сюда по просьбе своего доброго друга с особым визитом. Если мы чем-то обидели вас, прошу народ У не взыскать.
Старуха медленно кивнула и сначала негромко произнесла несколько фраз на языке У. Повсюду в лесу воины начали разворачиваться и уходить. Остались лишь десять с лишним вождей племен и великих У нынешнего поколения, которые направились к Ли Чангэну и Чжао Гунмину.
Они неявно образовали кольцо окружения.
Издалека донесся свист ветра. Божественное восприятие Ли Чангэна зафиксировало, что большинство спешивших сюда соплеменников У прекратили бег: кто-то остался ждать на месте, а кто-то повернул обратно в свои поселения.
Тех десять с лишним маленьких У, что ели мясо, разобрали по рукам родители. Уходя, детишки прихватили с собой с решетки мангала очередную партию мяса, едва успевшую прожариться до средней степени…
Воистину, сметливые в своем простодушии.
Старуха медленно шла вперед. Сгорбленная, с опущенными веками, она казалась почти угасшей, но от ее тела исходили волны поразительной мощи.
Словно человекоподобный свирепый зверь, способный в любой миг разорвать саму землю!
Оставшиеся мужчины и женщины из народа У также были чрезвычайно сильны, в каждом из них бурлила невероятная жизненная энергия.
Ли Чангэн прикинул на глаз: каждый из них в одиночку мог бы одолеть трех, а то и пять с половиной таких, как глава клана Кунсюй.
— Учение Людей… Небесный чертог… Небесный чертог… — медленно проговорила старуха на общепринятом в Первозданном мире языке.
Опираясь на посох, она медленно склонила голову перед Ли Чангэном в приветствии:
— Известия на Северном континенте доходят с трудом. Неужели Небесный чертог людей уже так возвысился?
И вы — тот самый бог, что ныне правит силой воды?
— Великая жрица, вы заблуждаетесь. Небесный чертог не принадлежит только людям. Он не похож на древний Демонический чертог, созданный каким-то одним родом ради власти над всеми существами, — звучно произнес Ли Чангэн.
— Нынешний Небесный Император — это Его Величество Юйди, назначенный самим Хунцзюнь Даоцзу. Он правит Небесным чертогом, дабы поддерживать стабильность в Трех Мирах и оберегать все живое под небесами.
Стоявший рядом Чжао Гунмин тоже поднялся, приветственно сложил руки перед великой жрицей и с улыбкой произнес:
— Ничтожный даос Чжао Гунмин, внешний ученик учения Цзе, мой учитель — Тунтянь Шэнжэнь.
Назвать при знакомстве имя святого учителя — лучший способ для ученика подтвердить свою личность.
Старуха тут же вскинула голову и впилась взглядом в Чжао Гунмина. Она немедленно ответила ему почтительным поклоном, и голос ее стал гораздо мягче и приветливее:
— Так вы — ученик великого святого. Мой народ проявил неучтивость к дорогим гостям. Я — великая жрица этой ветви народа У. Можете называть меня просто — жрица.
Пока она говорила, ее сгорбленная фигура начала медленно распрямляться, а сухая, сморщенная кожа — наливаться силой.
Потоки кроваво-красной энергии окутали ее тело, и на глазах у всех дряхлая старуха, стоявшая «одной ногой в могиле», превратилась в статную женщину средних лет!
Такая разница в отношении…
Ли Чангэн вздохнул про себя. Оставалось лишь признать, что Небесному чертогу предстоит еще долгий путь…
Чжао Гунмин снова улыбнулся:
— Великая жрица, взгляните на этого даоса рядом со мной. Он — божество, пользующееся величайшим доверием Его Величества Юйди в Зале Линсяо. Недавнее присоединение драконов четырех морей к Небесному чертогу — целиком и полностью его заслуга. Кроме того, он — почитаемый ученик Лао-цзы из дворца Доушуй, а великий маг Сюаньду приходится ему старшим братом. И, что важнее всего, он — мой названый брат, с которым мы делим и жизнь, и смерть! Сегодня он прибыл сюда… Кстати, брат, а зачем ты вообще пришел к народу У?
Ли Чангэн подхватил:
— Я здесь по просьбе моих добрых друзей, Ню-тоу и Ма-мянь, гонцов из Дифу, чтобы узнать, как живется народу У на Северном континенте. Если есть какие трудности, великая жрица, не стесняйтесь о них говорить;
- Суо-ди-чэн-цунь (缩地成寸, suō dì chéng cùn) — даосская техника «сжатия земли до вершка», позволяющая мгновенно сокращать пространство и преодолевать огромные расстояния. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
