До того, как Линь Сюнь произнёс слово «признание», Юэ Цяньлин почти никогда об этом не задумывалась.
Все её поступки, движимые подсознанием, сводились к тому, чтобы украдкой взглянуть на него, а более активные действия, это разве что заговорить с ним первой, создать возможность пообщаться. Что касается признания, она даже не включала это в план действий.
Причина проста, она боялась.
Признание в период неопределённых отношений, это естественное чувство завершённости. Но, для неё признание было азартной игрой. Выиграешь — пара вместе вернётся домой, проиграешь — сама умоешься и пораньше ляжешь спать. Поэтому, когда Линь Сюнь сказал «признавайся», Юэ Цяньлин инстинктивно отреагировала отказом.
Но, как только эта чужая мысль проникла в её сознание, словно семя упало в плодородную почву, она незаметно укоренилась и проросла, и, сама того не замечая, уже тихо опутала каждую нервную клеточку.
В некоторые моменты, возможно, во время еды или прогулки, эта мысль вдруг снова возникала, и тут же подавлялась её трусливой натурой. Ночью, в тишине, такие мысли снова буйно росли. Несколько раз, засыпая, Юэ Цяньлин в своём воображении проигрывала сотни сцен и фраз для признания, даже думала наутро воплотить их в действие. Однако в последнее время у неё вообще не было возможности увидеть Гу Сюня.
Из-за необходимости готовить окончательный вариант диплома и защиту, а также потому, что Юэ Цяньлин выбрали выдающимся выпускником Художественной академии, по требованиям нужно было совместно с другими студентами создать большую гравюру на память о выпуске.
Поэтому после корпоратива она попросила компанию завершить стажировку и вернулась в университет для подготовки к выпуску.
А на факультете компьютерных наук требования были более мягкими, Гу Сюнь всё ещё каждый день в HC занимался проэктами, и в последнее время ночами не возвращался в университет.
По информации, которую Ин Сюэ выведала у Цзян Цзюньнаня, он, кажется, уже досрочно съехал из общежития.
Таким образом, Юэ Цяньлин даже трусливо обрадовалась, что не видит его, считая, что объективные условия подавили её порыв.
Поэтому всё это время Юэ Цяньлин спокойно готовилась к выпуску.
Так же среди важных дел был поиск жилья. Правила университета требовали, чтобы в течение недели после выпускного, все выпускники покинули общежитие.
Сначала Юэ Цяньлин хотела снять квартиру с Ин Сюэ, но они вдвоём осмотрели все жилые комплексы и лофты в пределах усреднённого расстояния до компаний и не нашли ни одного подходящего варианта.
К тому же погода становилась всё жарче, а оставшиеся дни можно было пересчитать по пальцам, и в конце концов они отказались от идеи совместной аренды, и каждый сам отправился искать жильё ближе к своим компаниям. Так вариантов стало гораздо больше.
За короткое время Юэ Цяньлин не смогла найти соседа для совместной аренды, поэтому сняла однокомнатную квартиру в жилом комплексе в двух остановках от HC.
Несмотря на то, что хозяин был немного дотошным, в остальном всё прошло гладко, осмотр на месте и подписание контракта заняли два дня, и наконец всё уладилось.
Когда всё окончательно успокоилось, подняв голову, она увидела, что софоры, на зелёной аллее университета, уже пышно цветут. Гроздья маленьких белых цветов тяжело склонили ветви, нежные зелёные листья стали лишь акцентами, придавая старым деревьям с крепкими стволами в эти дни расставания некоторую мягкость.
Выпускной назначили на начало июня, но чем ближе был тот день, тем хуже спалось Юэ Цяньлин. Виноват университет с его чрезмерной торжественностью, стена выпускников уже оформлена, фонарные столбы увешаны транспарантами, однокурсники каждый день публикуют в соцсетях посты о последних днях студенчества, а из динамиков на стадионе периодически доносятся песни о расставании.
Эта обрушивающаяся атмосфера постоянно напоминала ей, что нужно совершить некий важный поступок, создавая иллюзию, что всё уже готово.
Недавно она лишь перед сном представляла себе сцены, а теперь, в свободное время, мозг неконтролируемо повторял слова Линь Сюня. Казалось, если упустить этот момент, больше не найти подходящего случая.
Вечером, накануне выпускного, Юэ Цяньлин ворочалась в кровати без сна и, увидев, что Ин Сюэ и Фан Цинцин тоже сидят в телефонах, вдруг испытала порыв.
— Цинцин, Ин Сюэ, хочу вас кое о чём спросить.
В тёмной комнате Ин Сюэ и Фан Цинцин хором ответили.
— Говори.
Но слова, уже подступившие к горлу, Юэ Цяньлин не могла вымолвить.
Помолчав, Ин Сюэ цыкнула.
— Говори же.
— Ничего, — Юэ Цяньлин повернулась к стене. — Просто позвала вас.
— Эй, ты вообще… — Ин Сюэ ворчала. — Знаешь, дружба, это последний луч света в твоей жизни?
Юэ Цяньлин какое-то время смотрела на стену, не понимая, чего боится. Это чувство неопределённости, словно кипяток, распирало её грудь, из-за чего сердце трепетало. Казалось, ещё ничего не сделано, но будто пережила битву без единого выстрела.
В это время телефон вдруг несколько раз пропищал.
【Верблюд】: Братья, время операции настало!
【Пшеница】: Вперёд! Десантник!
Видя, что откликнулся только Пшеница, Верблюд снова упомянул двоих.
【Верблюд】: @Красавчик @Сладкая карамелька. Что, мне за вами гоняться?
【Сладкая карамелька】: Не приду, я спать.
【Верблюд】: ?
【Верблюд】: В одиннадцать уже спишь? Когда у тебя появился такой стариковский режим?
【Сладкая карамелька】: У меня завтра утром выпускной!
【Верблюд】: ?
【Пшеница】: ?
【Красавчик】: ?
【Красавчик】:Ты ещё не окончила?
【Сладкая карамелька】: Да, я выпускница этого года.
【Верблюд】: Охренеть, ты всё говорила о работе и прочем, я думал, ты давно окончила!
【Сладкая карамелька】: …… Нет, я просто рано начала стажироваться.
【Верблюд】: Без слов.
Он перешёл в личку с Гу Сюнем.
【Верблюд】: Я раньше думал, что она старше тебя, а оказалось, вы одного выпуска.
【Верблюд】: Я ещё говорил, что ты стал молодец, завёл роман со старшей.
Тот в ответ лишь отправил ему смайлик с улыбкой.
【Верблюд】: Эй, скажи, чего ты ещё ждёшь, в одном городе, одного выпуска, как подходит, вперёд!
【Верблюд】: Жёстко завоюй!!
【Разве слабость противозаконна, сэр】: Опять подглядываешь за любовными романами невестки?
【Верблюд】: …… Не ценишь доброту.
Верблюд снова открыл групповой чат.
【Верблюд】@ Сладкая карамелька, кстати, в прошлый раз говорила о признании, готовишься к действиям?
Юэ Цяньлин уже немного успокоилась, но, увидев сообщение Верблюда, снова заволновалась.
【Сладкая карамелька】: Перекатывание.gif
【Верблюд】: Это значит призналась или ещё нет?
【Сладкая карамелька】: Ещё нет…
【Верблюд】: Почему до сих пор не пошла?
Сердцебиение Юэ Цяньлин снова сбилось, она ещё не успела напечатать, как в чате появилось новое сообщение.
【Верблюд】: Хахахаха, чего ты боишься?
【Красавчик】: Она, конечно, боится жестокого отказа.
Юэ Цяньлин: «…»
Твою мать, нельзя ли выражаться помягче?
【Сладкая карамелька】: Заткнись!
【Красавчик】: Что, рассердилась от стыда?
Люди склонны принимать импульсивные решения глубокой ночью. Юэ Цяньлин почти с дрожащими пальцами печатала.
【Сладкая карамелька】: Заткнись! Я завтра же пойду!
Приняв решение под влиянием этого стимула, Юэ Цяньлин, наоборот, почувствовала облегчение. Но, эту ночь она всё равно провела без сна. Лишь на рассвете она беспокойно заснула и даже увидела во сне, как признаётся Гу Сюню, а он говорит: «На самом деле я тоже давно тебя заметил».
Юэ Цяньлин остолбенела от шока, не в силах вымолвить ни слова, и тут же зазвонил будильник. Вернувшись в реальность, она смотрела в потолок, в памяти ещё оставалось послевкусие того сна.
Ин Сюэ и Фан Цинцин, зевая, слезли с кроватей и, увидев, что Юэ Цяньлин не двигается, похлопали её по плечу.
— Просыпайся, уже полседьмого, в половине восьмого сбор в спорткомплексе.
В конце концов, это важный жизненный этап, каждый хочет выглядеть красиво.
Юэ Цяньлин, вспомнив, что именно ей сегодня предстоит, вдруг очнулась и поспешно слезла с кровати.
К сожалению, состояние сна напрямую отразилось на её лице, в зеркале она выглядела несколько уставшей. Нанося макияж, Юэ Цяньлин без остановки спрашивала Ин Сюэ и Фан Цинцин, как она выглядит.
— Очень красиво, — Фан Цинцин, уже надевшая мантию, улыбнулась. — Прямо, как спустившаяся с небес фея.
Лесть была слишком бездумной, Юэ Цяньлин всё равно не могла успокоиться.
— Не выгляжу ли я уставшей?
— Сестрёнка, ты идёшь на свой выпускной! — Ин Сюэ с раздражением посмотрела на неё, и выделяя слова произнесла. — А не на свою свадьбу!
Юэ Цяньлин:
— А…
Надев чёрные мантии, они втроём направились в спорткомплекс. Все выпускники университета собрались здесь, Художественной академии достались самые крайние места.
Погода сегодня была не очень, по пути низко летали насекомые, обочины кишели муравьями. Небо было хмурым, тяжёлые тучи давили на горизонт, а в воздухе не было ни дуновения ветра.
В крытом спорткомплексе кондиционеры не работали, все оказались в огромной пароварке, на телах непроницаемые мантии, было душно до удушья.
Хорошо, что Ин Сюэ принесла маленький вентилятор и постоянно дула себе на лоб.
— До каких пор этот ректор будет говорить, ему не жарко?
Рядом Фан Цинцин, тоже изнывая от жары, без сил сказала.
— Пусть побыстрее, у меня лицо уже лоснится, эй, Цяньлин, взяла пудру?
Подождав несколько секунд без ответа, Фан Цинцин обернулась и увидела, что Юэ Цяньлин вытянула шею и смотрит на противоположные места.
— На что смотришь?
— А? Ничего.
Хотя на словах так говорила, Юэ Цяньлин всё равно внимательно осматривала трибуны и между делом достала из сумки пудру, протянув её Фан Цинцин.
К сожалению, в спорткомплексе было действительно многолюдно, все в одинаковых мантиях, и Юэ Цяньлин просто не могла найти Гу Сюня невооружённым глазом.
Так прошло больше часа, наконец началась церемония вручения дипломов. Столько людей должны поочерёдно подняться на сцену, неизвестно, когда дойдёт до факультета Гу Сюня, Юэ Цяньлин ждала всё более нетерпеливо.
В это время вдруг зазвонил телефон.
【Цзо Маньмань】: Сестрёнка Цяньлин, я сдала гаокао, приехала с родителями к вам в гости.
【Цзо Маньмань】: Я могу поиграть на твоём iPad?
Это младшая двоюродная сестра Юэ Цяньлин, умница и послушная, вся семья её очень любит. Но сейчас у неё не было настроения расспрашивать, она рассеянно печатала.
【Сладкая карамелька】: Можно.
【Цзо Маньмань】Тогда я могу прямо войти в твой игровой аккаунт?
【Цзо Маньмань】У тебя много красивых костюмов.
【Цзо Маньмань】С умоляющими глазками.jpg
【Сладкая карамелька】: У меня высокий ранг, будут попадаться сильные противники, ты справишься?
【Цзо Маньмань】Я буду в паре с моим крутым одноклассником!
【Сладкая карамелька】: Тогда смело входи.
【Цзо Маньмань】: Спасибо, сестрёнка! Я не буду трогать лишнее!
Только отправив сообщение, Юэ Цяньлин заметила вокруг некоторое оживление, не успела она поднять голову, как Ин Сюэ и Фан Цинцин с двух сторон похлопали её по рукам.
— Смотри, Гу Сюнь.
Юэ Цяньлин повернулась к центру, двадцать человек выстроились в два ряда, Гу Сюнь стоял с краю во втором ряду, но всё равно был самым заметным. Чувствовалось, что почти все взгляды прикованы к нему.
Юэ Цяньлин пристально смотрела на него, вручение дипломов, поворот кисточки, процедура за процедурой, он вместе с группой сошёл со сцены. Взгляд Юэ Цяньлин преследовал его, пока он не вернулся на место.
Наконец узнав, где он сидит, Юэ Цяньлин больше не отводила взгляда и не находила выпускной долгим и скучным.
Три-четыре часа пролетели словно мгновение. Когда ведущий объявил об окончании церемонии, половина людей в зале уже разошлась, остальные организованно выходили через различные выходы.
Это был самый подходящий момент.
Юэ Цяньлин глубоко вдохнула и протянула сумку Ин Сюэ.
— Отнеси, пожалуйста, в общежитие, у меня кое-какие дела, скоро вернусь.
Ин Сюэ и Фан Цинцин ещё не успели спросить, что именно, как она встала и направилась на противоположную сторону.
Спорткомплекс был большим, от одного конца до другого несколько сотен метров, Юэ Цяньлин прошла лишь половину, как Гу Сюнь уже вышел через выход.
Она заволновалась, подхватила подол мантии и засеменила бегом. Добежав до того выхода, увидела, что снаружи образовалась стена из выпускников, многие там фотографировались и толпа двигалась туда-сюда, поэтому Юэ Цяньлин не сразу увидела, где Гу Сюнь.
Как назло, в это время снова зазвонил телефон, звонила уже выпустившаяся старшекурсница.
Юэ Цяньлин, ища Гу Сюня, ответила на звонок.
— Цяньлин, ты только что на выпускном?
Юэ Цяньлин рассеянно ответила.
— М-м. А, что такое?
— Вот в чём дело, наш директор Вэй эти дни в командировке в Цзянчэне с нами, сегодня как раз свободен, и я подумала позаботиться о младших, пригласила директора Вэй в университет на встречу, сейчас наш заведующий кафедрой здесь принимает, придёшь? Как раз под выпуск, может, директор Вэй тебя оценит, будут лучшие возможности в будущем.
Этого директора Вэй Юэ Цяньлин, конечно, знала, он был продюсер одной популярной отечественной онлайн-игры. Возможность пообщаться с ним лицом к лицу мечта многих специалистов, и вот она свалилась на неё. Но, она с таким трудом решилась сейчас признаться Гу Сюню, если упустит этот шанс, не знает, когда снова наберётся смелости.
В нерешительности её взгляд скользнул по углу у стены выпускников, и она вдруг увидела, что Гу Сюнь стоит как раз там. Он уже снял мантию, был в простой белой футболке, без эмоций смотрел в камеру. Девушка возбуждённо стояла рядом с Гу Сюнем, делая знак «V», а другая девушка присела напротив и фотографировала их.
Ещё несколько девушек стояли рядом, похоже, тоже ждали очереди сфотографироваться. Неизвестно, какая по счёту это была, но Юэ Цяньлин явно чувствовала, что терпение Гу Сюня на исходе.
Юэ Цяньлин сжала губы.
Старшекурсница, ожидая ответа, спросила.
— Цяньлин, придёшь?
Юэ Цяньлин подумала, спросила.
— Старшая сестра, встреча долго продлится?
— Примерно чуть больше часа, потом нужно будет идти ужинать.
— Старшая сестра, тогда я подойду позже, хорошо? — Юэ Цяньлин, глядя на Гу Сюня, серьёзно сказала. — Сейчас у меня срочное дело.
— Хорошо, побыстрее.
Когда шестая девушка подошла сфотографироваться с Гу Сюнем, его терпение лопнуло. Настроение сегодня и так было раздражённым, погода душная и жаркая, несколько часов провёл в душном спорткомплексе, куратор сидел рядом, не было возможности уйти раньше. Только вышел, несколько незнакомых однокурсников тащат фотографироваться, он несколько раз хотел развернуться и уйти, но из-за того, что все с одного факультета, всё же сдержался.
Но, судя по всему, фотографии бесконечны, если продолжать, можно прямо в музей истории университета в качестве восковой фигуры.
— Извините, у меня дела.
Бросив фразу, он повернулся, чтобы уйти.
Вдруг он услышал, что его кто-то зовёт. Оглянувшись, увидел, что куратор машет ему.
Гу Сюнь нахмурился, окинул взглядом окружение. Он только что явно услышал, что ещё одна девушка его зовёт.
За мгновение куратор уже подошёл к нему.
— Уходишь? Подожди немного, профессор Чжан пришёл сфотографироваться со всеми.
Профессор Чжан не преподавал у бакалавров, но Гу Сюнь делал с ним несколько экспериментальных проектов. Вспомнив, что в этом году профессор Чжан тоже выходит на пенсию, Гу Сюнь кивнул. Но, он не остался на месте, а пошёл сидеть на скамейку в тени деревьев.
Резкие, пронзительные трели цикад, словно наваждение, витали вокруг, слышались глухие раскаты грома, вот-вот пойдёт дождь. Изредка набегающий горячий ветер тоже нёс раздражение. Гу Сюнь открыл телефон, зашёл в диалог с Юэ Цяньлин, но на этом его действия и остановились.
Спустя несколько минут телефон вдруг завибрировал. Гу Сюнь тут же разблокировал экран, но увидел, что это Пшеница пишет в общем чате.
【Пшеница】: Сегодня же выходной! Неужели никто не играет?
【Пшеница】: Люди???
【Пшеница】: Ладно, раз никто, я сам позанимаюсь немного в тренировочном лагере.
Гу Сюнь нахмурился, выключил телефон. Но, он вскоре еще раз завибрировал. Он снова открыл, опять Пшеница, и всего лишь отправил вопросительный знак.
Гу Сюнь уже не хотел смотреть, собирался погасить экран, как вдруг Пшеница кого-то упомянул.
【Пшеница】: @ Сладкая карамелька, почему ты в паре?
【Пшеница】: У тебя есть другой????
Ещё один глухой удар грома, воробьи неожиданно взлетели из кустов за спиной, пронесясь с трепетом крыльев перед Гу Сюнем. Он отклонился назад, избегая контакта с воробьями, затем нахмурился и открыл игру. В списке друзей она действительно была в игре. Гу Сюнь зашёл в режим наблюдения за ней, первым делом посмотрел в левый верхний угол.
【Цзянчэнский король перестрелок 001】
Затем посмотрел в центр экрана, мужской персонаж лихорадочно обыскивал сумку.
Гу Сюнь усмехнулся. Что это за восьмиклассник?
Тут же【Сладкая карамлька】, взяв снайперскую винтовку, пошла в атаку на ближней дистанции, затем упала в луже крови, а тот мужчина тут же подбежал её поднимать.
Притворяется слабой?
Думает, это мило?
Гу Сюнь не смог больше смотреть и вышел из наблюдения.
Только погасив экран, он вдруг услышал, как его тихо позвали. Этот голос, проникнув в уши, на мгновение ошеломил Гу Сюня. Затем он медленно поднял голову. Юэ Цяньлин робко стояла перед ним, в мантии выпускника, на лбу тонкий слой пота, губы плотно сжаты, взгляд беспокойно скользил по нему.
Гу Сюнь пришёл в себя, несколько мгновений смотрел на неё и тяжело выдохнул.
— Что?
Юэ Цяньлин спрятала руки за спину, пальцы беспокойно переплетались. Хотя вокруг было тихо, в ушах у неё стоял шум, словно звон, она не слышала собственного голоса.
— У тебя… есть девушка?
Услышав это, Гу Сюнь в основном догадался, что хочет сказать Юэ Цяньлин. Он отвёл лицо, потянул шею и лишь тогда холодно сказал.
— Говори прямо.
Сердце Юэ Цяньлин бешено и беспорядочно колотилось, она не могла поверить, как краснеет её лицо сейчас, говорила почти на физиологическом инстинкте.
— На самом деле я… давно тебя люблю… У меня… есть шанс?
Даже воздух замолчал на мгновение.
Юэ Цяньлин стояла, Гу Сюнь сидел, она просто не могла оторвать от него взгляд.
Гу Сюнь, казалось, совсем не удивился её словам, уже открыл рот, чтобы что-то сказать, сдержался и снова произнёс.
— Ты мне не нравишься.
Эти четыре слова, словно четыре удара грома, один за другим обрушились на Юэ Цяньлин.
Её мозг вдруг опустел, взгляд застыл, она даже забыла дышать. Лишь губы бессознательно шевелились, но голос был так тих, что она сама не слышала.
Видя, что она не двигается и, кажется, ещё что-то хочет сказать, Гу Сюнь встал, глубоко вдохнул и выделяя каждое слово произнёс.
—Ты мне не нравишься сейчас и не понравишься в будущем, ты вообще не в моём вкусе.
Летнее стрекотание цикад то приближалось, то удалялось, аромат гардений витал в воздухе, все её мечты и стремления были раздавлены его словами и развеяны на ветру.
На горизонте грянул гром, и наконец хлынул дождь.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
