— Это я, — Сяо Юй улыбнулась ему в ответ. — Гу-чжуанъюань, неужели ты хочешь, чтобы все жители Шанцзина глазели на наше представление?
Челюсть Гу Чанцзиня слегка напряглась, он понизил голос:
— Подожди меня здесь, хорошо?
— Нехорошо, — улыбка Сяо Юй не угасала. — Как только парад на императорской улице1 закончится, тебе полагается отправиться на пир энжунъянь («Пир императорской милости и славы»). Я знаю, где живёт Гу-чжуанъюань, и завтра приду навестить тебя.
Гу Чанцзинь на мгновение замер.
Остановить её повозку, а затем ещё и откинуть полог… это был поистине дерзкий поступок, не подобающий благородному мужу.
Мужчина немного поразмыслил и кивнул:
— Гу будет ждать добрых вестей от Шэнь-гунян.
Он опустил полог, закрыл окно повозки и пошёл назад. Под изумлёнными взглядами банъяня и таньхуа он вскочил на коня и продолжил путь к Дунхуамэнь с невозмутимым лицом.
Никто не знал, что рука, державшая поводья, слегка дрожала.
Он искал её очень долго. Поначалу он полагал, что, зная её имя, стоит ему приехать в Шанцзин, как он тут же разузнает, из какой она семьи.
Гу Чанцзинь уже давно принял решение. Как только он получит вести о ней и сдаст экзамены, он сразу же придёт к её дверям, чтобы просить руки. Если бы её семья оказалась слишком знатной, ему пришлось бы попросить Сяо Яня выступить посредником.
Он всё продумал до мелочей, но никак не ожидал, что по прибытии в Шанцзин не сможет найти ни одной знатной девицы по имени Шэнь Чжао.
Лишь мгновение назад он случайно заметил на её запястье браслет из белой яшмы.
Гу Чанцзинь медленно выдохнул, насилу усмиряя бешеное сердцебиение, напоминающее дикую лошадь.
Наконец-то он её нашёл.
Когда парад на императорской улице завершился, Гу Чанцзинь снова вошёл во дворец, чтобы выразить благодарность Императору, а затем переоделся и отправился в Либу на пир энжунъянь.
Экзаменатором на хуэйши в этом году был глава Синбу Лу Чжо. После того как вино обошло стол трижды2, шаншу Лу, не в силах скрыть своего восхищения Гу Чанцзинем, даровал ему второе имя — Юньчжи.
На пиру получить второе имя от высшего сановника первого ранга считалось величайшей честью.
Гу Чанцзиня заставили выпить много вина. Когда он покидал Либу, его шёлковое чиновничье платье лазурного цвета насквозь пропиталось запахом алкоголя.
Место, где он остановился в Шанцзине, находилось в переулке Иньхуай.
В самом конце переулка Иньхуай росла старая акация, в которую несколько сотен лет назад ударила молния. После этого на ней начали распускаться серебристые цветы, и с тех пор переулок стали называть Иньхуай.
Дворик, который арендовал Гу Чанцзинь, прятался как раз за этой старой акацией. Он обошёл дерево и уже собирался достать ключ, чтобы открыть дверь, как вдруг замер. Его затуманенный вином взгляд неподвижно уставился на силуэт девушки впереди.
Решив, что выпил лишнего и это лишь видение, Гу Чанцзинь зажмурился, но когда он снова открыл глаза, силуэт всё ещё был там.
Девушка стояла у дверей, повернувшись спиной, и молча смотрела на красные шёлковые ленты, повязанные на старой акации.
Тени от дерева колыхались, ночной ветер неспешно дул, и бесчисленные алые ленты мягко покачивались в лунном свете.
Каждая из этих лент была чьим-то ожиданием.
Гу Чанцзинь позвал:
— Шэнь Чжао.
Сяо Юй, услышав голос, обернулась и, глядя на него, произнесла:
— Гу Чанцзинь, мне стало невтерпёж ждать, поэтому я пришла найти тебя сегодня ночью.
Услышав этот знакомый голос, Гу Чанцзинь наконец убедился, что эта девушка не была плодом его воображения.
Слегка нахмурившись, он шагнул вперёд и спросил:
— Как старшие в твоей семье позволили тебе выйти из дома?
— Я попросила брата прикрыть меня. Му… моя а-нян и а-де ничего не узнают. — Она с фонарём из шелковой ткани в руках медленно направилась к нему. — Слышала, сегодня на пиру Лу-дажэнь даровал тебе второе имя?
Гу Чанцзинь резко вскинул глаза.
Откуда ей знать о том, что происходило на пиру?
Он подумал, что, возможно, её отец или брат присутствовали на пиру, но среди тех, кто сегодня был там, не было ни одного чиновника по фамилии Шэнь.
Гу Чанцзинь пристально посмотрел на Сяо Юй и сказал:
— Шэнь-гунян, пожалуйста, следуй за мной.
Сяо Юй пошла за ним и без малейших колебаний вошла во двор. Когда Гу Чанцзинь закрывал ворота, она внезапно подняла голову к небу и произнесла:
— Цзыи, вам не нужно больше охранять.
— Слушаемся, хозяйка, — несколько темных теней со свистом исчезли в ночи.
Гу Чанцзинь толкнул дверь дома, зажёг лампу и, посмотрев на Сяо Юй, медленно спросил:
— Шэнь-гунян, кто же ты на самом деле?
Сяо Юй подняла глаза и огляделась.
Комната была крайне простой: кровать, стол, стул и деревянная полка для книг. Больше никакого убранства.
Она поставила шелковый фонарь и спросила в ответ:
— Почему сегодня на улице Чанъань Гу-чжуанъюань остановил меня? И почему просил ждать тебя там же?
Свет свечи слегка дрожал. В её изысканных, подобных белому снегу чертах лица отражалось сияние и играла улыбка.
Гу Чанцзинь поначалу не чувствовал себя пьяным, но сейчас, глядя на неё, ему показалось, что он всё же захмелел.
Его кадык дернулся, и он произнёс:
— Я искал тебя очень долго. Я остановил тебя на улице Чанъань, потому что боялся снова тебя потерять.
Сяо Юй приподняла уголки губ, сделала шаг вперёд и снова спросила:
— По какой причине ты искал меня?
Гу Чанцзинь опустил на неё взгляд, и спустя долгое время его голос, пропитанный крепким вином, медленно произнёс:
— Если мужчина ищет девушку как безумный, как ты думаешь, по какой причине?
- Парад на императорской улице (御街夸官, yù jiē kuā guān) — торжественное шествие новых обладателей высшей учёной степени цзиньши по главным улицам столицы. ↩︎
- Вино обошло стол трижды (酒过三巡, jiǔ guò sān xún) — традиционное выражение, означающее, что застолье в самом разгаре и гости успели выпить по три чарки. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
