— Чжоу Вань, — его голос был низким и хриплым, словно те заросшие сорняки во дворе.
Он откинулся на диван, глядя в потолок, прикрыл глаза и сдался:
— Чжоу Вань, я проголодался.
Должно быть, он был одинок.
И боялся снова остаться один.
Поэтому такой гордый Лу Сисяо смог произнести это вслух.
Чжоу Вань шмыгнула носом и незаметно протянула руку, сжав его ладонь. Она держала его легко, так что он мог бы высвободиться от малейшего движения, но Лу Сисяо не шелохнулся, позволяя ей вести себя.
— Лу Сисяо, — тихо сказала она. — Мой папа когда-то говорил мне, что добрые люди после смерти уходят на небеса. Твоя мама будет приглядывать за тобой и всегда будет рядом.
Она снова упомянула его мать.
Но на этот раз Лу Сисяо не рассердился.
Подобные слова, возможно, могли утешить лишь ребенка, но Чжоу Вань просто не знала, как еще его успокоить.
Лу Сисяо усмехнулся:
— Забудь. Видя меня таким, она расстроилась бы еще больше.
Чжоу Вань промолчала.
Она подумала, что если эти слова — правда, то папа, глядя на нее, вероятно, тоже бы огорчился.
Она научилась лгать, научилась использовать людей, научилась притворяться.
Впрочем, после смерти она, скорее всего, не попадет на небеса и не встретится с отцом. Так будет даже лучше — он меньше будет расстраиваться.
Качели качнулись, Лу Сисяо встал:
— Пойдем.
Глубокая ночь была безмолвна, ветви деревьев — пусты.
Лу Сисяо не стал ловить такси, и Чжоу Вань пошла за ним. Проходя мимо автобусной остановки, она дернула его за рукав:
— Поедем на автобусе?
— Нет монет.
Чжоу Вань похлопала по карманам:
— У меня есть.
Позади светился рекламный щит какого-то учебного центра; сине-белый свет падал на Лу Сисяо, окружая его ореолом и подчеркивая его юношескую стать.
Минут через десять подошел 52-й автобус.
Чжоу Вань опустила две монеты в монетоприемник.
В последнем автобусе почти не было пассажиров. Они сели на предпоследний ряд, Чжоу Вань — у окна.
В салоне царила тишина. Чжоу Вань вспоминала его недавние слова, и на душе все еще было горько.
Она вспомнила, как видела Лу Сисяо во время кошмара: брови плотно сдвинуты, на лбу крупные капли пота, лицо бледное, пальцы вцепились в одеяло так, что выступили вены, а с губ срывался дрожащий бред:
— Мама, не надо, — его голос звучал надломленно. — Прошу тебя… не прыгай…
В какой же момент он тогда разозлился? Чжоу Вань попыталась восстановить в памяти их разговор.
Кажется, последняя фраза была… «Где бы она сейчас ни находилась, по крайней мере, она тебя любит».
Когда она произнесла это, лицо Лу Сисяо изменилось.
Чжоу Вань замерла.
Автобус проехал четыре остановки и затормозил.
Лу Сисяо первым поднялся и вышел.
Чжоу Вань шла следом, как вдруг позвала:
— Лу Сисяо.
Он обернулся, его взгляд был темным.
— Я знаю, возможно, мне не стоит этого говорить… — Чжоу Вань поджала губы. — Но я все же хочу спросить: ты ведь знаешь, что твоя мама тогда была больна?
Он ничего не ответил.
— Твоя мама просто была больна, поэтому она не могла себя контролировать и чуть не навредила твоей сестре. И из-за болезни ей было так больно, что она оставила тебя. Но все это не отменяет того, что она все равно тебя любила.
Чжоу Вань посмотрела на него и серьезно добавила:
— Просто она словно оказалась под колпаком, из-под которого не могла выбраться. Она не видела тебя за его пределами и потому приняла такое решение.
Когда она решила прыгнуть, за ее спиной не оказалось никого, кто мог бы ее окликнуть, как это случилось сегодня со Сюэ Си.
Если бы в тот момент кто-то появился и прошептал ей на ухо имя Лу Сисяо, Чжоу Вань была уверена — она бы ни за что не прыгнула.
Она просто зашла в тупик, в глазах у нее потемнело, и она ничего не видела.
Лу Сисяо смотрел на нее пару секунд, затем отвел взгляд и негромко произнес:
— Да, я знаю.
Возможно, она просто накручивала себя, но Чжоу Вань все равно почувствовала облегчение.
Дойдя до ворот жилого комплекса, Чжоу Вань махнула ему рукой:
— Тогда я пойду.
— Угу.
Ветер был слишком холодным. Чжоу Вань наказала ему тоже поскорее возвращаться домой и побежала внутрь.
Внезапно Лу Сисяо снова позвал ее вслед:
— Чжоу Вань.
Она остановилась. Когда она обернулась, растрепанные ветром волосы закрывали ей лицо:
— Что такое?
— Не хочешь повстречаться?
Глаза Лу Сисяо были темными, он смотрел прямо на нее. Тусклый свет уличного фонаря смягчал его резкие черты, окутывая их нежностью и теплотой.
— Со мной.
Чжоу Вань застыла в оцепенении.
Не дождавшись ответа, Лу Сисяо не стал торопить ее, просто стоял и молча наблюдал.
Она и представить не могла, что Лу Сисяо скажет ей такое.
Она слышала от девушек, что Лу Сисяо никогда не признавался никому в чувствах первым. За всеми его бывшими девушками стояла их собственная инициатива: если красивая — соглашался, если нет — отказывал.
Поэтому Чжоу Вань думала, что у них все так и будет продолжаться.
Пока однажды Лу Сисяо не устанет от нее или не заведет новую подружку.
Разум твердил Чжоу Вань, что ей следует отказать Лу Сисяо.
Они были людьми из разных миров, между ними лежала пропасть.
Она не могла противостоять Лу Сисяо, не могла с ним совладать.
Ей всего шестнадцать, впереди подготовка к олимпиаде по физике и выпускным экзаменам. Ей нужно зарабатывать деньги и обеспечивать бабушке достойную жизнь — она не могла позволить себе ни малейшей ошибки.
Более того, бабушке нельзя было делать операцию, так что те триста тысяч больше не требовались позарез, и ей не нужно было использовать Лу Сисяо, чтобы угрожать Го Сянлин.
Но Чжоу Вань услышала собственный голос, задающий вопрос:
— Если я буду с тобой встречаться, ты будешь счастлив?
Лу Сисяо вскинул брови. Он стоял в пяти метрах от нее, засунув руки в карманы с привычным ленивым и небрежным видом, и усмехнулся:
— Наверное, да.
Чжоу Вань видела разверзшуюся перед ней бездну.
Стоило ей кивнуть, и она сорвется вниз.
Ее мотивы сближения с Лу Сисяо были корыстными, и этого уже не изменить.
Если все вскроется, ее ждет неминуемая гибель.
Лу Сисяо придет в ярость. Как он и говорил прежде: если кто-то его предаст, он его уничтожит.
Нельзя быть с Лу Сисяо.
Нельзя быть с Лу Сисяо.
Ни в коем случае нельзя.
Повторяла себе Чжоу Вань снова и снова.
…
— Хорошо, — тихо произнесла она.
Ведь ей все равно хотелось, чтобы Лу Сисяо был счастлив.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
