Ся Сяолань знала, что Чжоу Чэн — человек обеспеченный.
Но она и не предполагала, что Чжоу Чэн настолько богат: семь или восемь сберегательных книжек в сумме давали 470 тысяч.
— Ты еще и Кан Вэя попросил купить несколько двориков?
Чжоу Чэн кивнул:
— Только один двор стоил чуть дороже, остальные обошлись дешево.
Лишь один из двориков располагался в исключительно удачном месте; Чжоу Чэн планировал оставить его для семейной жизни после свадьбы, и жильцов оттуда уже выселили. Что касается остальных домов, Чжоу Чэна совершенно не волновало, на окраине ли они находятся и в каком они состоянии. Купил — и пусть стоят. Его суженая говорила, что в будущем цены на жилье взлетят, но при всем своем воображении Чжоу Чэн не мог и помыслить, что под этим «взлетом» подразумевается рост с десятков тысяч до десятков миллионов.
Богатей Чжоу говорил об этом слишком небрежно. Держа в руках эти сберкнижки, Ся Сяолань чувствовала, насколько весомы были намерения Чжоу Чэна.
Она слышала о случаях, когда влюбленные отдавали свои зарплатные карты, но, не говоря уж о том, часто ли отдают сберкнижки, нужно было еще смотреть на сумму вклада.
470 тысяч в 1984 году были просто астрономической суммой, которую обычная рабочая семья даже представить себе не могла.
Чжоу Чэн просто взял и передал их ей. Сейчас для снятия денег достаточно было знать пароль. Если бы Ся Сяолань сняла деньги и пошла в отказ, 470 тысяч Чжоу Чэна просто улетели бы в трубу. Разумеется, Ся Сяолань не стала бы так поступать. То, что Чжоу Чэн выложил перед ней всё свое состояние, было проявлением его доверия.
Ся Сяолань нужно было четко обсудить с Чжоу Чэном свои мысли о том, как использовать эти деньги:
— Чэнь Силиан очень хорош в ведении бизнеса, но он любит принимать решения самовольно. Я не стану вкладывать в него все эти деньги.
Не стоит класть все яйца в одну корзину; только распределение инвестиций поможет снизить риски.
Чжоу Чэн тоже размышлял над этим вопросом:
— Ты просишь меня доверять другим, но тебе я доверяю больше. Что касается Чэнь Силиана, я предварительно согласен с твоим мнением, но если ты захочешь заняться чем-то другим, остальными деньгами можешь распоряжаться свободно.
Если можно вести дела с другими людьми, то почему нельзя вступить в партнерство с собственной девушкой?
Чжоу Чэну не удалось переубедить Ся Сяолань. Она была готова помочь ему управлять финансами, но, разумеется, не могла смешивать их деньги. И дело было не в излишней церемонности, а в том, что она действительно задумывалась об их общем будущем… Ся Сяолань не то чтобы не искусилась — прибавив эти 470 тысяч Чжоу Чэна к своим средствам, она получила бы на руки 500 тысяч. С таким солидным капиталом по нынешним временам ей хватило бы всего нескольких лет, чтобы оставить всех сверстников далеко позади.
Но могла ли Ся Сяолань так поступить?
Если семья Чжоу когда-нибудь спросит, откуда взялось всё это материальное благополучие, Ся Сяолань не сможет оправдаться!
Ся Сяолань пробыла в части до четырех часов дня, прежде чем с неохотой распрощалась с Чжоу Чэном. Когда Чжоу Чэн провожал её вниз, они встретили жену политрука. Эта дама в прошлый раз была зачинщицей, уговаривавшей Ся Сяолань извиниться. Позже, вернувшись с военных учений, Чжоу Чэн так и не извинился перед Гао Фэй; он твердо стоял на том, что не совершал ошибок, однако его манера вести себя изменилась. Раньше он был слишком горд, чтобы что-то объяснять, но теперь считал, что от лишней пары слов язык не отвалится. В результате сейчас больше половины полка верили ему.
После того неприятного случая жена политрука думала, что Ся Сяолань больше не появится.
Она не ожидала, что отношения у молодых людей такие крепкие и, судя по всему, вовсе не разладились. Ся Сяолань, казалось, тоже забыла о прошлой неприятности и поздоровалась с ней как ни в чем не бывало, назвав «сао-цзы».
Жене политрука стало неловко держаться слишком чопорно, и она остановилась переброситься парой слов с Ся Сяолань.
— В прошлый раз, когда смотрела празднование на Тяньаньмэнь, по телевизору видела кого-то, кто на тебя очень похож…
— Должно быть, это была я. Камера как раз проезжала мимо, а я участвовала в парадном почетном карауле университета.
Жена политрука хлопнула себя по лбу:
— Ну и память у меня! Ты же из университета Хуацин, верно?
Жена политрука невольно расчувствовалась.
У них, семей военнослужащих, сопровождающих мужей в частях, хорошей работы точно не было, иначе они бы за ними не последовали. А Ся Сяолань училась в университете Хуацин, она — блестящая студентка, неужели она в будущем станет водиться с кучей домохозяек?
Дело не в том, что эта юная соратница их не уважала, просто они по определению не могли найти общего языка.
На душе у жены политрука было смешанное чувство — не зависть, а чистая рефлексия.
В последнее время Гао Фэй тоже перестала заглядывать в часть: вопрос с её работой врачом наконец-то решился, и она была занята. Сегодня и Фан Шичжун взял отгул, чтобы навестить жену в городе. Оба «экземпляра» отсутствовали, так что визит Ся Сяолань в часть прошел в спокойствии.
Она принесла Чжоу Чэну немного креветок и шоколада, а взамен получила из его рук сберкнижки с вкладами на 470 тысяч.
Возвращаясь, Ся Сяолань даже начала фантазировать, что будет, если кто-то преградит ей путь и ограбит, хотя на самом деле по этой дороге часто проезжали военные машины и с безопасностью всё было в порядке. Это она сама разыгралась воображением.
В школу она вернулась лишь к шести вечера и сразу позвонила в гостиницу, где остановился Чэнь Силиан, пригласив его поужинать в Хуацин.
Товарищ Чэнь Силиан давно ждал зова и явился очень быстро!
Обсуждать дела, разумеется, решили в небольшом ресторанчике снаружи.
Как только Чэнь Силиан сел, он тут же попросил хозяина подать лучшие блюда. Ся Сяолань видела, как он торопится, поэтому, пока еда готовилась, начала с ним советоваться.
— Как ты думаешь, сколько денег понадобится на начальном этапе, чтобы запустить процесс?
Чэнь Силиан за последние два дня, очевидно, всё тщательно обдумал. Чтобы производить одежду под собственным брендом, необязательно иметь свою фабрику. Открытие фабрики означает содержание огромного штата людей, и независимо от наличия заказов или успеха продаж одежды, фиксированные расходы, такие как зарплаты и аренда, сократить невозможно. Чэнь Силиан все же хотел для начала прозондировать почву.
В любом случае, за его спиной стояла швейная фабрика Чэньюй, так что качество было гарантировано.
— Двести тысяч?
Чэнь Силиан осторожно назвал цифру.
— А позиционирование? Ты хочешь, чтобы бренд одежды работал по модели низких цен и больших объемов продаж, или это должен быть средний сегмент с упором на фасон и качество? О премиум-классе и говорить нечего, сейчас его точно не продать. И каналы сбыта: когда мы создадим бренд, где будем продавать вещи?
Сдавать товар на прилавки универмагов или отдавать оптовикам — это лишь тешить себя иллюзией наличия бренда, на самом же деле это всё тот же опт.
Посмотри на настоящие бренды одежды: будь то люкс или какой-нибудь народный «Розовый Айилэнь» — у кого из них нет собственных специализированных магазинов?
Модная одежда и спортивная тоже четко разделены.
Какая возрастная категория будет основной, на какую группу потребителей мы ориентируемся?
Целая серия вопросов Ся Сяолань лишила Чэнь Силиана дара речи.
Неужели создание собственного бренда — это столько хлопот?
Тогда уж лучше оставаться оптовым торговцем, это никак не мешало Чэнь Силиану зарабатывать деньги.
На стол подали жареную говяжью вырезку, но у босса Чэня пропал аппетит. Он думал, что за эти два дня многое обмозговал, но о многих вопросах, поднятых Ся Сяолань, он даже не задумывался, и, естественно, не мог на них ответить. На мгновение Чэнь Силиан засомневался, верна ли была его затея.
Ся Сяолань не хотела подавлять его слишком сильно. Она съела кусочек говядины, пока та была горячей, и только потом отложила палочки:
— Сначала подумай над этими вопросами. Когда придешь к ясному пониманию, тогда и обсудим сотрудничество, не нужно слишком спешить.
Если Чэнь Силиан не сможет в этом разобраться, значит, он просто еще до этого не дошел.
Как говорится в старой поговорке, он захотел побежать, едва научившись ходить. Ся Сяолань хоть и знала, что Чэнь Силиана в будущем ждут немалые успехи, но если форсировать события слишком быстро и Чэнь Силиан пустит все деньги Чжоу Чэна по ветру, то ей, финансовому менеджеру без зарплаты, останется только самой расплачиваться собой перед Чжоу Чэном.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
