— Это потому что она тебе очень идёт. В этот раз я действительно постарался на славу. Когда дело касается маскировки, ты вечно доставляешь мне хлопоты, а до сих пор даже благодарственной песни не посвятил. По-моему, это тебе стоит осознать, что ты тут самый возомнивший о себе. Впрочем, твой начальник и впрямь бездельничает. В эти дни он получает жалованье только за то, что носится повсюду, скрываясь от той сяоцзе.
— Нужно лишь ещё немного потерпеть.
Оуян Юй, глядя в окно на Сю Ли, которая повсюду искала начальника Либу, произнёс:
— Ян Сю, то, что ты заставляешь заместителя Цзинь так мучиться, вовсе не заслуживает восхищения. В конце концов, он один из немногих нормальных… нет, серьёзных чиновников высокого ранга. Твоей зависимости от него пора бы положить конец.
Ян Сю, в голосе которого, казалось, сквозило чувство вины, ответил:
— Я уже осознаю свою вину. Тогда я был в смятении и сам не заметил, как наговорил лишнего. Он злится?
— Тебе стоит пойти и извиниться перед ним лично. Был в смятении? Это из-за дела заместителя Ли, названого брата той сяоцзе?
Ян Сю не ответил. В такие моменты друг, которому нельзя солгать, чтобы выкрутиться, — это действительно проблема.
Ян Сю тоже посмотрел на Сю Ли, которая снаружи с шуршанием тыкала палкой в кусты, разыскивая Ли Шэня.
(Как жаль. Если бы ты хоть немного подняла голову и потыкала в ветви деревьев, Ли Шэнь-цикада точно бы сразу свалился вниз. Со своим происхождением шао-е он только и может, что изо всех сил прижиматься к стволу.)
Ли Шэнь и Цзянь Ю часто упоминали эту гунян. По иронии судьбы, сейчас усерднее всех работает именно она.
— Честно говоря, я и подумать не мог, что ты добровольно решишь отсечь заместителя Ли, Ян Сю. Ведь ты с таким трудом растил его до сегодняшнего дня. Даже позволил ему занять место заместителя вместо тебя самого. Что же произошло?
— Нет, ничего особенного не случилось. Именно потому, что ничего не случилось, всё и пришло к такому итогу.
Оуян Юй посмотрел на Ян Сю сверху вниз.
— Мне всегда казалось это непостижимым: почему ты тогда выдвинул его на должность заместителя начальника Либу?
Ли Цзянью и впрямь был выдающимся, но всё же слишком молодым. В своё время даже на Ян Сю ворчало начальство из-за его молодости, а Ли Цзянью был ещё младше. Ему не хватало опыта, к тому же его начальник Хун Лишэнь приходился ему приёмным отцом.
— Я и не ожидал, что стану заместителем раньше тебя. Хотя то, что этот пьяница стал моим начальником, удивило меня ещё больше. Мне кажется, тебе было бы проще держать Хун Лишэня в узде.
— Пожалуй, но я думаю, что на этом всё бы и закончилось.
— О?
— Мне кажется, в таком случае я стал бы просто помощником, и больше ничего бы не изменилось.
Хотя Ян Сю и чувствовал на себе взгляд Оуян Юя, его глаза были прикованы лишь к Сю Ли.
Точнее говоря, он смотрел на неё, видя в ней Цзянь Ю, который в прошлом занимался тем же самым.
— У Цзянь Ю есть один решающий изъян. Я думал, что если выдвину его в заместители, то, возможно, он сможет его восполнить. Однако результат остался прежним. Впрочем, тут уж ничего не поделаешь.
— Ты и впрямь так считаешь? Наверное, ты решил, что лучше самому отсечь его, чем смотреть, как его сокрушит Лу Цинъя. Ведь стоит Лу Цинъе начать действовать, он разнесёт его в пух и прах, и того точно снимут с должности. Поэтому ты нанёс удар первым. Оставил крошечную лазейку, чтобы та сяоцзе могла вмешаться. На самом деле ты всё ещё хранишь слабую надежду, не так ли? Как насчёт того, чтобы встретиться с ним напоследок?
Ян Сю с нескрываемым удивлением воззрился на Оуян Юя. Тот только что произнёс слова, совсем не вяжущиеся с его обычным поведением.
— Что-то случилось?
— Можно и так сказать, в какой-то мере. Это касается матери сына моего двоюродного брата.
— То есть жены твоего двоюродного брата, старшей сестры моего Би Помина? Похоже, это Би Гэли-сяоцзе? Ну и любишь же ты ходить вокруг да около.
— Да, пожалуй. Речь о сокровище всего рода Би — Би Югу. Похоже, король и кое-кто ещё в чём-то напортачили, и из-за этого ей суждено скончаться в ближайшем будущем.
— А? Что за дурные вести ты несёшь?
— Семья Би, разумеется, в ярости, и я, конечно, тоже вне себя. Для Би Помина это наверняка станет тяжёлым ударом. Тебе придётся присмотреть за ним ради меня.
Ян Сю тоже мог легко отличить правду от лжи в словах друга и понять скрытый в них смысл.
— Собираешься вернуться?
— Это уже зависит от самого Би Помина.
— Я про тебя.
Оуян Юй ловко поймал влетевший в окно лист гинкго.
— Возможно.
Оуян Юй ответил прямо:
— Как подумаю, что мне больше не придётся иметь дел с этим пьяницей-начальником, так на душе становится легко.
Оуян Юй положил пожелтевший лист гинкго на стол Ян Сю.
— Раз всё так сложилось, смещение заместителя Ли с его должности в Либу уже предрешено. Можно сказать, сомнений нет. Теперь это ведь не должно повлиять на твои планы? Если ты не находишь себе места, почему бы не встретиться с ним напоследок?
**************************
Увидев, что Сю Ли возвращается поникшей, Янь Цин поднял голову и спросил:
— Не вышло?
— Не вышло… Раз так, я думаю, возможно, стоит взглянуть на это с другой стороны.
Вовсе не начальник Либу не хочет видеть Цзянь Ю, просто есть какая-то причина, по которой встреча с ним доставит хлопот.
Из-за этой внезапной догадки Сю Ли не стала продолжать.
— Ну а у тебя как, Янь Цин? Разузнал что-нибудь?
Янь Цин почесал за ухом кончиком кисти и с серьёзным видом посмотрел на приведённые в порядок письма.
— Пока вы, сяоцзе, ходили повсюду и отвлекали внимание, мне удалось всё разведать. Но результаты совсем не внушают оптимизма. Скорее даже, всё очень плохо. Это лишь подтверждает, что отчёт Цинъи абсолютно верен.
Единственная женщина-чиновник слишком бросалась в глаза. Если бы Сю Ли принялась расспрашивать в Либу о том, как поживает заместитель Ли, на следующий день даже лошади в конюшнях узнали бы о положении её и Цзянь Ю.
Поэтому Сю Ли решила обернуть это обстоятельство себе на пользу. Раз уж она пришла к начальнику Либу, то лучше всего было использовать это как прикрытие. Каждый день Сю Ли во всеуслышание искала его, надеясь, что это поможет расследованию Янь Цина пройти как можно незаметнее.
(Янь Цин из тех людей, что могут легко вписаться в любую компанию.)
Стоило ему захотеть, и он непринуждённо сливался как с военными чинами, так и с гражданскими, а главное — люди не чувствовали настороженности.
Используя свою выносливость и деятельный нрав, пока Сю Ли занималась делами в Юйшитае, он собрал свидетельские показания не только в Либу, но и во всех ведомствах, связанных с ним.
Как бы то ни было, сегодняшний доклад Янь Цина действительно нагонял тоску.
— Сяоцзе, ты сегодня кажешься особенно расстроенной. Что случилось?
От Янь Цина невозможно было что-либо утаить, поэтому Сю Ли решила во всём признаться. Она и впрямь была сильно подавлена.
— Один мой сокурсник служит в Либу, он очень уважает господина Цзянь Ю. Можно даже сказать, что он пошёл на службу в правительство вслед за ним. И вот я решила расспросить его…
Но Би Помин, который прежде так восхищался господином Цзянь Ю, лишь с застывшим лицом бросил: «Прости, у меня сейчас нет настроения разговаривать», — и ушёл.
Почему же всё так? Кажется, незаметно для всех ускользает что-то очень важное.
Янь Цин погладил Сю Ли по голове своей широкой ладонью.
— Вот как. Это и впрямь печально.
— Действительно печально… ведь чем больше я узнаю, тем яснее понимаю, как трудно будет защитить господина Цзянь Ю.
Янь Цин не стал возражать, и это само по себе послужило ответом.
— Цзян Ю-дажэнь, без сомнения, выдающийся и талантливый человек. Его достижения до сегодняшнего дня это подтверждают. Но —
Нынешнему Цзян Ю-дажэню словно недостаёт чего-то одного.
Для должности шилана Либу это может стать фатальным изъяном.
Сю Ли пробормотала это про себя. В последнее время она то и дело вспоминала одни и те же слова.
— Янь Цин, ещё в самом начале начальник Куй сказал мне: Цзян Ю-дажэнь обязательно должен быть отстранён от должности. Он также добавил: «Представь мне все доказательства того, почему императорский двор нуждается в Ли Цзянью, и дай мне на них взглянуть».
— Хорошенько подумай до того, как начнётся суд в Юйшитае. Предсказываю: если ты узнаешь ответ, то наверняка откажешься защищать Ли Цзянью. Но если по прошествии месяца расследований в день суда ты всё ещё будешь нести чепуху о том, что Ли Цзянью нужно оставить в должности, Юйшитаю больше не понадобится такая бездарность, как ты. Жди тогда своего отстранения вместе с Ли Цзянью.
Янь Цин подпёр щёку рукой и тяжело вздохнул.
— И то верно. Его работа на посту шилана Либу, особенно в эти полгода, была из рук вон плохой. Даже если бы господин шилан Ли не впал в это странное состояние, полагаю, ситуация не сильно бы изменилась.
Цзян Ю и вправду работал больше всех. Однако то самое решение, которое он обязан был принять как шилан Либу, за эти полгода так и не было вынесено. Нет, скорее он просто не смог этого сделать. Но именно это послужило для Куй Хуанъи главной причиной требовать его отставки и стало для Цзян Ю смертельным ударом.
— То, что начальник у него скверный, конечно, правда, но это не может служить оправданием для того, чтобы не выполнять «надлежащую работу». Одно дело, если бы речь шла о мелком чиновнике, но для шилана, облечённого великой властью, последствия слишком серьёзны. Если вы, Сю Ли-сяоцзе, изучив этот отчёт, скажете, что он соответствует своей должности… ну, в ваших способностях и впрямь возникнут сомнения.
— Вот именно, — тихо проговорила Сю Ли. Хоть слова Куй Хуанъи и звучали несправедливо, в них была доля истины.
— Он наверняка скажет, что у меня совсем нет задатков юши, и уволит. Вместе с Цзян Ю-дажэнем.
Цзян Ю, вероятно, и сам понимал свои ошибки, потому и позволил Цинъя безропотно себя схватить. Даже осознавая промахи, он ничего не мог изменить и тянул до сегодняшнего дня.
— Что же делать? Неужели стоит бросить всё, как и советовал начальник Куй?
Сю Ли глубоко вздохнула. Ответ на этот вопрос был очевиден.
— Я не отступлю. Не сдамся до самого конца.
— Потому что он ваш глубоко уважаемый наставник и близкий человек?
Сю Ли гневно сверкнула глазами на Янь Цина.
— Нет. Кем бы ни был этот человек, я поступила бы так же. Наша работа — искать наилучший путь до самого финала. И сейчас это под силу только мне и тебе, Янь Цин. Я не сдамся до последнего мгновения. И Цзян Ю-дажэнь тоже… он наверняка не хочет, чтобы его вот так отстранили.
Янь Цин тут же расплылся в улыбке. «Как же повезло тем, кто знаком с Сю Ли», — невольно подумал он.
— Опротестовать это дело будет невероятно сложно.
— Это не причина опускать руки.
— Согласен, я понял. Но если до самого конца не останется надежды на успех, я заставлю вас, Сю Ли-сяоцзе, отступить, даже если придётся применить силу. Такова моя работа. Вы должны понимать: лишиться должностей обоим — самый глупый, бессмысленный и худший вариант. Уж лучше пусть один из вас останется, чем вы оба будете уволены вместе с наставником. И шансы есть именно у вас, поэтому я во что бы то ни стало сделаю так, чтобы вы остались.
Сю Ли сильно закусила губу. Разумеется, она понимала, что хотел сказать Янь Цин.
Если Сю Ли уволят вместе с Цзян Ю-дажэнем, что останется в руках Лю Хуэя? Совершенно ничего.
Перед лицом решающего момента ей была необходима решимость. Спустя некоторое время эта решимость облеклась в слова.
— Я понимаю. Янь Цин, когда придёт время, я отступлю… И тогда я сама подпишу указ об отстранении Цзян Ю-дажэня.
«В самом конце Цзян Ю и сам бы этого пожелал», — подумала Сю Ли.
Если речь шла о том самом серьёзном и добром человеке, который никогда не расставался с цветком ириса.
Раздались негромкие хлопки. Сю Ли вздрогнула и обернулась. В узком дверном проёме стоял тот самый мужчина в очках, которого она видела утром в Либу рядом с шиланом Оуяном, и аплодировал.
— Какая неосторожность. Пожалуйста, впредь плотно закрывайте дверь, прежде чем заводить подобные разговоры.
— П-простите.
Сю Ли сама не знала, почему извинилась перед ним.
Однако если он смог беспрепятственно войти в Юйшитай, не занимает ли он весьма высокий пост?
— У вас ко мне какое-то дело?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
