— Ах… пошёл дождь.
Под мерный и мягкий шелест дождя Сю Ли тяжело вздохнула. За окном сгустились полночные сумерки, поплыл туман, окутывая тьму белесой дымкой.
— Разве это не прекрасно? Не спеши. Такие ночи выпадают редко, — отозвалась Хутэ.
Слыша её слова, Сю Ли смущённо улыбнулась. И в самом деле, сегодня здесь собралась весьма необычная компания.
Обернувшись, она увидела, как Чжу Цуй и Сян Лин вместе заваривают чай. Для Сю Ли, которую в последнее время окружали одни лишь мужчины, это было местом, где отдыхала душа.
— Да. Сегодня я не вернусь домой, даже если а-де своим «чаем а-де» разнесёт весь дом или если Цзинь Лань придёт за мной!
Хутэ рассмеялась. Она достала щепотку благовоний с густым ароматом и положила их в курильницу. Воздух мгновенно наполнился сладостью.
— Раз уж этих несносных мужчин рядом нет, самое время устроить ночной разбор и вдоволь посплетничать.
(«Если бы среди них оказался мужчина, он бы наверняка не смог сдержать довольной улыбки».)
Сю Ли, окружённая красавицами, должна была бы радоваться, однако все собравшиеся, казалось, что-то замышляли против неё.
— Итак, Сю Ли, для женщины всех мужчин можно разделить на четыре типа. Попробуй-ка их назвать.
— Ти… типы? Хутэ-цзецзе… Э-э? Ну… постарше, помладше, те, кто умеет зарабатывать, и те, кто не умеет?
— Садись, двойка. Ни одного попадания. Ты совсем растеряла девичью чуткость. Ну же, Сян Лин.
— Слушаюсь. Те, кого хочешь в любовники; те, кого хочешь в мужья; те, кто хорош как друг; и те, кто вообще не рассматривается. Верно?
Сю Ли поразилась суровости этой младшей красавицы. «…Ох, что это было?!»
(«И что ещё за „вообще не рассматривается“, Сян Лин?!»)
— Зачёт, всё верно. Сразу видно, что ты жила в Хоугуне. Именно так всё и есть.
— Э-э?! Но, Хутэ-цзецзе, что значит „именно так“, это как-то слишком…
— Ох, если бы здесь были мужчины, они бы сейчас невозмутимо перечисляли „женщин, которых хотят в любовницы“. Так что давай, Сю Ли, начни рассказывать про эти четыре типа.
Сю Ли лишилась дара речи. И только сейчас осознала своё положение. Оно было хуже некуда.
(«Я… я ведь в этом совсем не разбираюсь!»)
Но возразить было нечего.
— Ну так что, Сю Ли, есть возражения по этим пунктам?
— …Нет, я просто не совсем понимаю, чем отличаются мужчины, которых хочешь в любовники, от тех, кого хочешь в мужья…
— Ох, Сю Ли-сяоцзе! — Сян Лин, сидевшая справа, вздрогнула и отпрянула. — Это же самая база!
(«Я… я не знаю даже азов?!»)
Сю Ли испытала сильное потрясение. Для такой старательной и прилежной девушки это был сокрушительный удар.
— …Чистейшей воды азы. Слушай внимательно. Вот, к примеру, Лань-дажэнь — что ты о нём думаешь?
Почему-то бровь Чжу Цуй едва заметно дрогнула.
— Генерал Лань? …Ну, у него много денег, а внешность, ум и происхождение — выше всяких похвал. Даже когда он приходит к нам поесть, он проявляет такое изящество и благородство, которое совсем не вяжется с нашей лачугой. К тому же он всегда заботится о нас. Просто невероятно, что в его жилах течёт та же кровь, что и у Лун Ляня… А если подумать, он, должно быть, само совершенство?
— Но он ведь часто захаживает в Хоугун и путается то с одной женщиной, то с другой, — добавила Сян Лин, словно припоминая что-то. Лицо Чжу Цуй приняло крайне недовольное выражение.
— И по сей день ничего не изменилось, Сян Лин. Каждый раз выпроваживать этого человека — сплошная морока.
Хутэ протянула изящную руку и пригубила чай с необычайным ароматом, заваренный Чжу Цуй.
— Это верно. Генерал Лань и впрямь редкостный мужчина, но я бы ни за что не хотела видеть его своим любовником. Если по-настоящему влюбишься в него, окажешься в самом жалком положении.
На красивых губах Хутэ промелькнула горькая усмешка.
— Лань-дажэнь и впрямь искусен в любви, но он из тех мужчин, что никогда не будут принадлежать одной женщине. И сам он этого совершенно не осознаёт. А то, что он довольно умён, делает ситуацию ещё хуже. Лань-дажэнь до сих пор ни разу не любил по-настоящему. Если бы он был серьёзен, женщина бы это непременно почувствовала.
Никто не знал, но даже за одну ночь, если ты отдала сердце без остатка, то не о чем жалеть — так считала куртизанка Хутэ.
Она многозначительно посмотрела на Чжу Цуй.
— Если это будешь ты, Чжу Цуй, то шанс есть.
Чжу Цуй чуть не поперхнулась чаем, а Сян Лин согласно закивала.
— Среди дворцовых служанок ходят слухи, что генерал Лань приходит только ради того, чтобы увидеть Чжу Цуй-дажэнь. Ведь Чжу Цуй-дажэнь вне работы ни с кем из мужчин не разговаривает.
Чжу Цуй решила немедленно пресечь этот нелепый разговор.
— Не говорите глупостей. У меня уже есть Шао… нет, то есть… такие бесстыдные мужчины вообще не входят в круг моих интересов.
Лицо Хутэ немного смягчилось. Она прекрасно знала, как мало на свете женщин, способных заставить Лань Цюина стать серьёзным. Именно поэтому…
— …Хотя Лань-дажэнь на удивление лучше всего подходит на роль друга. Но если он когда-нибудь и впрямь влюбится, то станет непревзойдённым мужем и любовником в одном лице — из тех редких мужчин, что больше никогда не посмотрят на другую женщину.
Сю Ли понятливо закивала. Постепенно она начала понимать систему классификации.
— Немного другой случай — Ли Цзянью-дажэнь, который постоянно ходит с Лань-дажэнь. Он слишком заносчив, чтобы быть любовником, но как друг или муж — он выше всяких похвал. Поскольку он недолюбливает женщин, то, как и Лань-дажэнь, вряд ли легко попадётся в чьи-то сети. Но уж если влюбится, то никогда не посмотрит на другую и будет любить её до конца своих дней.
— Да. Я тоже думаю, что на Цзянью-дажэнь как на мужа можно положиться. Он честен, спокоен и обладает исключительным суждением. Он прочёл десять тысяч томов и достоин глубочайшего уважения… Разве что он совершенно не находит дорогу…
— Ничего страшного, в этом тоже есть своё очарование. Разве не здорово просто идти вместе?
Сю Ли широко раскрыла глаза. «Хутэ-цзецзе, способная так легко говорить столь красивые вещи, и впрямь невероятна».
— Верно. Хоть Цзянью-дажэнь и говорит, что терпеть не может женщин, он из тех людей, что смотрят человеку прямо в глаза и принимают его таким, какой он есть. Если и впрямь появится его идеальная женщина, то вопрос лишь в том, сможет ли он отбросить свою неприязнь и полюбить её.
В комнате на мгновение воцарилась тишина. Сю Ли отхлебнула чаю и покосилась на Сян Лин.
— Инъюэ в будущем наверняка станет хорошим мужем. Как думаешь, Сян Лин?
Лицо Сян Лин залил густой румянец, и она отвернулась.
— Вовсе нет. Разве может стать хорошим мужем человек, который так ужасно ведёт себя, когда выпьет?
— Ой, Сян Лин, и когда это вы с Ду-чжуанъюанем успели дойти до такой стадии отношений?
— Всё совсем не так, Чжу Цуй-дажэнь!
Увидев лукавую усмешку Чжу Цуй, Сян Лин смутилась ещё больше.
— О Ду-чжуанъюане даже в Хоугуне ходит много слухов. Говорят, он самый успешный из всех, да к тому же честен и благороден. Когда он вернётся в столицу, наверняка толпы придворных дам будут строить ему глазки.
— Э-э…
— Да. Через пять лет Инъюэ тоже исполнится восемнадцать. Уверена, он станет прекрасным юношей, не чета Лун Ляню. К тому же Инъюэ очень добр. Если прелестные девушки начнут за ним бегать, он наверняка с улыбкой примет их чувства. Что-то вроде: „Спасибо тебе. Если я тебе нравлюсь, то я согласен“…
Лицо Сян Лин на глазах стало бледным как полотно. Такой исход был весьма вероятен.
— Впрочем, к тому времени ты, Сян Лин, наверняка уже будешь с каким-нибудь другим замечательным мужчиной.
— Нет, ни за что!
Глядя на пунцовую Сян Лин, Хутэ прикрыла рот рукой и тихонько рассмеялась.
— Малыш Инъюэ и впрямь завидная добыча, будет жаль упустить такую крупную рыбу. Если сравнивать его с лакомым кусочком, на который ещё не позарился коршун, то тебе стоит приложить все силы, пока его не унесли.
Сян Лин совершенно растерялась и отчаянно попыталась сменить тему.
— По… по сравнению с этим, я думаю, что из Цзинь Лань-дажэнь получится куда лучший муж! Ведь так?
Услышав это, Хутэ приняла весьма неоднозначное выражение лица.
— …Да уж… В каком-то смысле Цзинь Лань действительно исключительный мужчина, превосходящий даже Лань-дажэнь.
Сю Ли крайне изумилась, услышав столь высокую похвалу от самой прославленной куртизанки.
— Ой, неужели?!
— Не говоря уже о замужестве, как возлюбленный он просто безупречен, лучший из лучших. Я, Хутэ, лично это подтверждаю. Однако…
Хутэ щёлкнула Сю Ли по носу изящным пальцем.
— …Однако лишь для особого человека. Покорить Цзинь Лань куда сложнее, чем Лань-дажэнь.
Он не просто нежный человек. И не просто уравновешенный. Тот Цзинь Лань, что вечно улыбается, на самом деле принадлежит только Шао Кэ-дажэнь и Сю Ли.
(На первый взгляд он очень напоминает Шао Кэ-дажэнь, но в действительности его сердце, напротив, крайне закрыто… Если в будущем какая-то другая женщина захочет отпереть его душу и поселиться там… ей понадобится немалая решимость…)
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
