Там так темно и наверняка сыро… Мать ведь больна, как они могли поселить её в таком месте?!
Фу Тинъюнь направилась прямо к флигелю у южной стены.
Приподняв плотную дверную занавесь, она вошла внутрь.
В комнате царил полумрак. Из углов тянуло въедливой сыростью и стойким запахом лекарственных отваров. На узкой кровати под полинявшим одеялом лежала госпожа Фу — осунувшаяся, с бескровным, изможденным лицом.
Увидев дочь, госпожа Фу пришла в изумление, и из её глаз мгновенно покатились слезы:
— А-Юнь… Как ты здесь оказалась?
Фу Тинъюнь опустилась на колени подле ложа и сжала её холодные, истощенные ладони. Сердце девушки разрывалось от горькой боли:
— Матушка… Как они могли отвести вам эту обитель?!
Госпожа Фу лишь печально качнула головой и проговорила с едва слышным вздохом:
— Твой отец и брат ослеплены досадой. Утратив чин и былое положение, они винят во всех бедах тебя, а меня — в том, что не сумела воспитать в тебе слепое послушание. Не ищи с ними согласия, А-Юнь. Твой отец более не тот человек, которого ты знала, а брат и вовсе утратил стыд и совесть.
Она с усилием сжала пальцы дочери и продолжила с тихой, но твердой мольбой в голосе:
— Чжао Лин — честный и мужественный человек, способный защитить тебя. Держись за него, живи с ним в согласии и не оглядывайся назад. Не тревожься обо мне: видя, что у тебя появилась надежная опора, я смогу обрести покой. Уходи скорее, пока отец и брат не затеяли новых козней!
Фу Тинъюнь плакала, не в силах сдержать рыданий. Понимая, что дальнейшее пребывание лишь навредит матери, она совершила перед ней глубокий поклон и поспешно покинула сырой покой.
Ей казалось, что каждое слово, сказанное этим двоим, потрачено впустую.
Окрики господина Фу, грубые попытки Фу Тингуя удержать её… Фу Тинъюнь не удостоила их даже взглядом. Она стремительно перешагнула порог усадьбы, села в повозку и велела вознице трогать.
Лишь оказавшись в собственных покоях, она дала волю чувствам. Из глаз Фу Тинъюнь хлынули слезы.
Юйвэй обняла Фу Тинъюнь и горько зарыдала:
— Госпожа, это моя вина! Мне следовало раньше признаться, что я видела молодого господина…
Фу Тинъюнь печально и горько улыбнулась:
— Он наверняка наговорил ужасных вещей, которые ты даже не решилась пересказать, поэтому и скрыла всё от меня, верно? Видишь, мой родной брат оказался хуже тебя…
— Нет, что вы, — хотя Юйвэй презирала поведение Фу Тингуя, она попыталась сгладить углы, ведь женщине без поддержки родного дома неизбежно грозят беды и обиды в будущем. — Молодой господин живет в столице и о многом не знает. Вот найдем Цзо Цзюньцзе, и молодой господин поймет, как сильно ошибался…
Фу Тинъюнь лишь качнула головой.
Прежде она верила: стоит лишь доказать свою невиновность, и всё вернется на круги своя. Но теперь осознала, что нанесенные раны въелись слишком глубоко. Назад дороги нет…
Она попросила Юйвэй разузнать о старшем дяде:
— Раз уж у меня нет родного дома, придется рассчитывать только на себя.
Если отец отказался помочь, она сама разыщет старшего дядю и старшую невестку.
Через несколько дней Юйвэй отправилась в переулок Сыси, чтобы подстеречь молодую госпожу Фу. Ушла утром, а вернулась только во второй половине дня.
— Сегодня Государь совершал жертвоприношение предкам, — произнесла она, залпом осушив две пиалы чая. — На улице тьма народа, все высыпали глазеть, я с трудом пробралась обратно.
Лишь тут Фу Тинъюнь вспомнила, что сегодня день официального восшествия Императора на престол.
Она заботливо спросила:
— Ты поела?
— На улицах полно торговцев едой, я купила две кунжутные лепешки, — с улыбкой ответила Юйвэй, а затем перешла к делу: — Молодая госпожа обмолвилась, что прошлым летом старшего господина назначили главой округа Цзиньхуа.
Фу Тинъюнь удивилась.
Должность главы Цзиньхуа считалась крайне доходным и лакомым постом.
С чего вдруг мужской половине рода Фу так стремительно повалила служебная удача?
Точно вспышка молнии, в её голове пронеслась внезапная догадка.
Лицо девушки побледнело.
«Нет, нет, нет… Не может быть!»
Фу Тинъюнь пробормотала про себя, силой подавляя эту страшную мысль, и поспешно спросила у Юйвэй:
— Ты спросила, кто именно рекомендовал и продвинул старшего дядю?
Юйвэй растерянно качнула головой.
— Скорей ступай и разузнай всё досконально! — торопила её Фу Тинъюнь.
Юйвэй спешно кивнула и снова выбежала из дома.
Фу Тинъюнь не находила себе места от волнения.
В этот момент вбежал А-Сэнь:
— Госпожа, госпожа! Девятый господин прислал письмо! — и с гордым видом протянул ей конверт.
Они ведь живут в одной столице, к чему посылать письмо? Не случилось ли чего?
Фу Тинъюнь поспешно распечатала послание.
В письме было всего две строки: во-первых, Чжао Лин сообщал, что назначен командующим левой стражей Юйлиньвэй1, а во-вторых, что в императорской гвардии сейчас идет смена караулов, дел невпроворот, и он сможет прийти лишь через несколько дней.
Подразделения Юйлиньвэй, Цзиньувэй (Золотая Стража) и Дацивэй (Стража Знамен) составляли Императорскую гвардию. Юйлиньвэй и Цзиньувэй являлись личной вооруженной стражей: первые отвечали за охрану государя, вторые — за досмотр на дворцовых воротах, а Дацивэй ведала торжественными церемониями и эскортом. Каждая из трех гвардий делилась на левое, правое, переднее, заднее и центральное крыло.
Стоявший рядом А-Сэнь торопливо спросил:
— Что пишет Девятый господин?
Фу Тинъюнь пересказала ему содержание.
А-Сэнь ойкнул, просияв от радости:
— Выходит, Девятый господин стал начальником в Императорской гвардии?! — И тут же добавил: — А командующий левой стражей — это какой чин? Он выше или ниже командующего Лу?
Фу Тинъюнь не удержалась от улыбки:
— Оба они обладают главным третьим рангом, однако Девятый господин служит при личном дворе Императора, так что положение у него совсем иное.
А-Сэнь не вникал в тонкости. Для него главным было то, что Чжао Лин теперь важнее командующего Лу Чэна, управлявшего огромным гарнизоном Чжуанлан. Глаза мальчика сузились в радостные полумесяцы, и он восторженно побежал во двор:
— Пойду сообщу господину Лю и Чжэну Третьему!
Фу Тинъюнь лишь качнула головой от смеха.
Едва она убрала письмо, как в комнату, задыхаясь, вбежал господин Лю:
— Слышно, Девятый господин стал чиновником третьего ранга?!
Поскольку в письме не содержалось ничего тайного, она просто подала его господину Лю.
Господин Лю прочел строки, и глаза его увлажнились:
— Вот и славно, вот и замечательно! Теперь я могу со спокойной душой возвращаться в Сианьскую управу.
Фу Тинъюнь удивленно переспросила:
— Вы собираетесь вернуться в Сиань?
Господин Лю добродушно прищурился:
— Не спешу, не спешу! Вот сыграем вашу свадьбу — тогда и отправлюсь в Сиань.
Фу Тинъюнь залилась густым румянцем.
- Командующий левой стражей Юйлиньвэй / Юйлиньвэй цзуовэй чжихуиши (羽林卫左卫指挥使 / Yǔlínwèi zuǒwèi zhǐhuīshǐ) — высший офицерский чин, возглавлявший левое крыло отборной императорской гвардии «Лес Перьев».
↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
