Третий зять осушил чашу вина, оглянулся — а Хао Цзяньфэна и след простыл. Глянул снова: место Пятого господина Фу тоже пустовало.
Тысяча предосторожностей, и все же упущение! В конце концов так и не удалось удержать Пятого господина Фу.
Третий зять горько усмехнулся, сам выпил еще чашу и сквозь шум и гам вышел из отдельного кабинета. Там, на лестничной площадке, он увидел Хао Цзяньфэна и Пятого господина Фу, разговорившихся друг с другом.
Хао Цзяньфэн выглядел исполненным праведного гнева, а Пятый господин Фу без остановки говорил с лицом, полным обиды и досады.
Третий зять с горьким вздохом подозвал своего личного слугу:
— Сходи к супруге и передай: время уже позднее, если не отправимся сейчас, опоздаем. Пусть поторопит господина Фу. А если господин Фу пока не может освободиться, пусть супруга отправляется первой.
Слуга отозвался и поспешил исполнить поручение.
Третий зять вернулся в кабинет.
Пятому господину Фу с таким трудом удалось завязать разговор с Хао Цзяньфэном, что ему хотелось говорить еще и еще, и, разумеется, он не желал уходить прямо сейчас. А Хао Цзяньфэн, узнав все, что хотел, посчитал, что обращать дальше внимание на Пятого господина Фу вовсе не обязательно.
Вернувшись в кабинет и пригубив полчаши вина, Хао Цзяньфэн подал знак господину Цзяну, что застолье пора завершать. Господин Цзян оправдал его ожидания: весьма неожиданно он с улыбкой поднялся с места:
— …Мне пора в путь, если задержусь еще сильнее, не успею засветло добраться до почтовой станции. Господа, пейте не спеша, а я откланяюсь первым. Когда снова приеду в столицу, обязательно приглашу всех на пир.
Все собрались, чтобы проводить господина Цзяна, и раз главный виновник торжества уходил, то и застолье, естественно, подошло к концу.
Все дружно проводили господина Цзяна до экипажа.
Пятый господин Фу наговорил так много, но, помня, что так и не получил от Хао Цзяньфэна обещания помочь, посчитал необходимым серьезно поговорить с ним еще раз. Когда экипаж господина Цзяна отъехал подальше, он увидел, как господин Чжоу, господин Чжэн и остальные кланяются, прощаясь друг с другом, и начал протискиваться ближе к Хао Цзяньфэну.
Однако Хао Цзяньфэн с видом слегка хмельного человека сложил руки в приветственном жесте перед присутствующими:
— «С задушевным другом и тысячи чаш мало». Но сегодня я, кажется, перебрал лишнего. Мне нужно прилечь, так что я откланяюсь первым. Прошу господ простить мне эту невоспитанность. Завтра я устрою пир в заведении «Пэнлай», чтобы загладить свою вину.
С этими словами он проворно поднялся в свой экипаж, опустил шторку, и экипаж со стуком копыт устремился за заставу.
Пятый господин Фу остолбенел, и на него по неясной причине напала тревога.
Он стал мысленно перебирать каждое движение и слово Хао Цзяньфэна, как вдруг к нему подошел господин Ван и поклонился:
— Господин Фу, доброго вам пути. Когда вернетесь в столицу, мы снова соберемся и как следует посидим.
Пятый господин Фу поспешно ответил на поклон. Обмен несколькими дежурными фразами вежливости не оставил ему времени на размышления, и ему пришлось пока отложить свои сомнения.
Едва экипаж Хао Цзяньфэна миновал Шилипу, как тот тут же выпрямился и, ничуть не пьяный, бодро приказал вознице:
— В переулок Шицзя, к господину У.
Какой уж тут хмель!
Возница громко отозвался и, взмахнув кнутом, направил экипаж в переулок Шицзя.
Господин У как раз вернулся из управы, и они столкнулись у самых дверей.
— Поговорим в кабинете, — подал знак господину У Хао Цзяньфэн.
Господин У не стал ни о чем расспрашивать и сразу повел Хао Цзяньфэна в кабинет. Когда слуга подал чай, он отослал всю прислугу и, подавшись вперед, спросил:
— Случилось что-то важное?
— Угадай, кого я сегодня встретил? — в глазах Хао Цзяньфэна мелькнуло возбуждение. — Нынче я ездил провожать господина Цзян Сэна, а в Шилипу встретил господина Фу.
Он пересказал господину У все, что услышал:
— …Оказывается, Юй Цзинсю и дочь Фань Дашэня тайком обменялись подарками, после чего тот решил расторгнуть помолвку. Семье Фу не оставалось ничего другого, кроме как согласиться. Народу объявили, что молодая госпожа Фу скончалась от болезни, а на самом деле отправили её удалиться от мира в семейный храм. Кто же знал, что в Хуаине грянет неурожай, голодные бунтари ворвутся в храм, и молодая госпожа Фу в суматохе побежит под защитой служанок и мамушек, где её и спасет Чжао Лин! А затем сам Государь проявил заботу и попросил Великую вдовствующую императрицу пожаловать им брак, выдав её за Чжао Лина. Позже молодая госпожа Фу нашла его, но он не осмелился признать дочь, из-за чего между ними возникла вражда! Теперь она скорее поможет Шэнь Жэньсы, чем собственному отцу!
Слушая это, господин У оживился, проявив немалый интерес.
— «Семье Фу не оставалось ничего другого, кроме как согласиться»? — он ухмыльнулся, глядя на Хао Цзяньфэна. — Неужели ты поверил в эту чушь?
Хао Цзяньфэн усмехнулся:
— Кто прав, а кто виноват — не так уж важно. Главное, теперь мы знаем, в каких отношениях находятся эти семейства. Если что-нибудь случится, мы сможем заранее подготовить ответные меры.
С этим господин У был полностью согласен.
Он с улыбкой поднял чашку с чаем, отпил глоток и спросил:
— И какие у тебя планы?
Хао Цзяньфэн вместо ответа спросил:
— Как думаешь, что если я от имени господина Фу попробую поговорить с госпожой Чжао и вразумить её?
В подобных семейных делах у каждого своя правда, и, вмешиваясь, обычно только усложняют все, а по неосторожности можно и вовсе навлечь на себя гнев обеих сторон — классическое неблагодарное дело. А Хао Цзяньфэн много лет возглавлял Министерство чинов и постоянно имел дело с людьми, так неужели он этого не понимал? Он делал это лишь для того, чтобы найти естественный повод сблизиться с семейством Чжао.
Господин У, разумеется, прекрасно всё понимал.
— Плохая идея! — не раздумывая, ответил он. — Чжао Лин мстителен и затаит обиду за малейший проступок. Мы пока не знаем, что у него на уме, и вмешиваться вот так, наобум, весьма опрометчиво.
— В тот день, когда провожали господина Цзяна, там присутствовал и господин Шэнь, — с блеском в глазах произнес Хао Цзяньфэн. — О чем говорил со мной господин Фу, господин Шэнь наверняка узнает чуть позже. Что если нам зайти со стороны господина Шэня?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
