Услышав слова отца, он повесил голову и довольно вяло отозвался:
— Слушаюсь.
Прятавшийся за спиной Фу Тинъюнь Си-гэ корчил ему рожицы с весьма злорадным видом.
Юаньсяо несколько раз сердито метнул взгляды на Си-гэ и лишь после этого вместе с родителями отправился домой.
Хотя на горе они пробыли несколько месяцев, оставшаяся дома мамушка Чжоу со служанками отмыла двор до блеска, да ещё и повесила по сезону занавеси из плотной ткани, оставалось лишь расставить сундуки, застелить постели и отдыхать.
Фу Тинъюнь похвалила мамушку Чжоу и остальных за старания, как вдруг вбежала служанка и доложила:
— Госпожа! Госпожа У пришла нанести вам визит.
«Зачем она пожаловала?» — тихо пробормотала Фу Тинъюнь и, глядя на снующих по двору слуг, велела служанке: — Пригласи её в гостиную южного флигеля.
Служанка поспешно ушла исполнять поручение.
Фу Тинъюнь привела себя в порядок, переоделась и направилась в гостиную южного крыла.
— Только-только спустились с горы, дома всё вверх дном, — с улыбкой пояснила она госпоже У с порога. — Пришлось потеснить вас и пригласить на чай в южное крыло.
— Ничего, ничего, — с улыбкой шагнула навстречу госпожа У и тепло взяла Фу Тинъюнь за руки. — Я всего лишь несколько месяцев вас не видела, соскучилась ужасно! — С этими словами выражение её лица изменилось, она воскликнула: — Ой! — и, отступив на пару шагов, принялась оглядывать Фу Тинъюнь с головы до ног: — Вы снова ждёте ребёнка? — вид у неё был искренне изумлённый.
Слегка покраснев, Фу Тинъюнь ответила:
— Уже скоро пять месяцев.
— Ах! — тут же расплылась в улыбке госпожа У. — Стало быть, под конец года у нас снова будет повод выпить праздничного вина! — Её лицо светилось радостью.
Фу Тинъюнь неопределённо отозвалась и, переведя разговор на другую тему, поинтересовалась здоровьем гостьи:
— А как ваши дела в эти дни?
Это была лишь дань вежливости, но кто же знал, что госпожа У тяжело вздохнёт и проговорит:
— Да что хорошего! У меня от этой госпожи Ли уже голова раскалывается.
Фу Тинъюнь изумилась.
Госпожа У принялась пояснять:
— Их Тринадцатый молодой господин попал в недоразумение с вашей старшей дочерью, верно? Госпожа Ли написала письмо господину Ли, а тот рассердился так, что сил нет, и тут же прислал своего советника, чтобы тот забрал Тринадцатого молодого господина к нему на службу. Госпожа Ли хотела вам об этом сообщить, да вот беда — вы всё время жили на горе Юймин. Она приходила несколько раз и никого не застала, а на гору ехать постеснялась, чтобы не беспокоить. Вот и попросила меня: мол, как только вернётесь, сразу передать ей. Да ещё словно боялась, что я не стараюсь — раз за разом присылала служанок с расспросами! Вот я и пришла к вам, едва проведав о вашем возвращении, чтобы потом дать ответ госпоже Ли.
Услышав, что Тринадцатый молодой господин Ли уехал из столицы, Фу Тинъюнь невольно перевела дух.
Госпожа Ли, по всей видимости, хотела попросить госпожу У выступить посредницей и загладить вину.
Оказавшись в таком положении, любой почувствовал бы неловкость и стыд.
Она прекрасно её понимала.
К счастью, сама она и не собиралась близко сходиться с семейством Ли, а потому с улыбкой проговорила:
— В таком случае передайте, пожалуйста, госпоже Ли: это лишь детские забавы и шалости, не стоит принимать их близко к сердцу. Столь чрезмерная серьёзность с её стороны лишь смущает меня.
Видя, насколько Фу Тинъюнь сговорчива, госпожа У просияла от радости, высказала множество льстивых похвал вроде «госпожа Чжао воистину великодушна» и лишь затем поднялась, чтобы откланяться.
Юйвэй потом по секрету с ворчанием спросила:
— И сколько же выгоды получила эта госпожа У от госпожи Ли, что так старается?
— Какая разница, сколько выгоды! — со смехом ответила Фу Тинъюнь. — Главное, чтобы это дело с родом Ли как можно скорее улеглось, и лучше этого ничего и быть не может.
Юйвэй непрестанно кивала.
И всё же на следующий день госпожа Ли лично привезла множество подарков, чтобы навестить Фу Тинъюнь и Юю.
Лишь когда Фу Тинъюнь раз за разом заверила её, что ничуть не винит Тринадцатого молодого господина Ли, госпожа Ли со вспыхнувшими от смущения щеками удалилась.
Глядя ей вслед, Юйвэй не удержалась от вздоха:
— Какой прекрасный цветок, а воткнули в коровий навоз1…
— Что за вздор ты несёшь? — Фу Тинъюнь едва сдержала смех и строго пожурила её.
Юйвэй прикрыла рот рукой и тихонько рассмеялась.
В этот момент вошла Чжэньчжу:
— Госпожа! Пришла служанка, назвалась Ляньсинь. Говорит, по поручению своей госпожи-наложницы прибежала со срочным делом и просит вас о встрече.
— Наложница? — Фу Тинъюнь и Юйвэй в изумлении переглянулись. Фу Тинъюнь долго размышляла, затем недоуменно произнесла: — Что-то я не припомню, чтобы я водила знакомство с чьей-либо наложницей…
Юйвэй же внезапно о чём-то догадалась и спросила:
— Не из тех ли она краёв? — и с этими словами указала на соседнее подворье.
Фу Тинъюнь немного подумала и с сомнением ответила:
— А ведь и впрямь вполне возможно.
Юйвэй поджала губы:
— И какое нам дело до их семейных дрязг? Мы и так им неприятностей не чиним, неужто она ещё надеется, что наша госпожа станет вмешиваться в её делишки? — Проговорив это, она уставилась на Фу Тинъюнь, едва ли не хватая её за рукав, чтобы та отказала.
— Всё же давай примем её, — поразмыслив, произнесла Фу Тинъюнь. — Я однажды говорила, что если возникнет нужда, пусть пришлёт служанку известить меня… Чем сможем — поможем, а чем не сможем — так и скажем наложнице У, чтобы не питала ложных надежд. — И добавила: — Ты не знаешь, каково это: когда человек доведён до отчаяния, он схватится за соломинку, даже зная, что она его не спасёт.
Юйвэй вспомнила собственное прошлое и со стыдом опустила голову.
Фу Тинъюнь распорядилась Чжэньчжу ввести служанку.
Служанке была молода. Завидев Фу Тинъюнь, она так перепугалась, что голос её задрожал, а глаза она и вовсе боялась поднять:
— Наложница просила передать… Наш молодой господин частенько наведывается в переулок Чжэньцзян к некоей девице по фамилии Мин. Наложница очень просит госпожу помочь разузнать, что это за девица Мин и каково её происхождение…
Фу Тинъюнь изумилась. Неужели их знакомство было настолько близким, чтобы просить о подобных услугах?
- «Прекрасный цветок воткнули в коровий навоз» (一朵鲜花插在牛粪上 / yī duǒ xiān huā chā zài niú fèn shàng) — поговорка означает неравный, неудачный или вызывающий глубокое сожаление брак. Используется в ситуациях, когда прекрасная, утонченная, воспитанная и добродетельная женщина выходит замуж в семейство с дурным нравом.
↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
На самом интересном месте – перевод закончился. Я ж теперь не усну и буду прогнозировать развитие ситуации… Может, эта самая Мин есть орудие удара по Девятому господину? Молодой Юй ещё не успокоился, все мечтает зацепить Чжао… Так что можете быть и через этот “угол ” зайдет. Благодарю за перевод!