Фу Тинъюнь растерянно подняла голову, по ее щекам струились слезы.
Снаружи донесся тревожный громкий окрик А-Сэня:
— Госпожа, госпожа, что с вами?
Она вздрогнула и мгновенно пришла в себя.
«Какая оплошность!»
Как могла она, услышав о беде с Чжао Лином, так потерять самообладание и позабыть, что обе стоящие перед ней женщины не питают к ней добрых чувств? Как могла слепо поверить всему, что они говорят?
К счастью, когда наложница Фэн пригласила ее к себе, Фу Тинъюнь проявила осмотрительность и под предлогом смены одежды вернулась домой. Первым делом она велела Чжэну Третьему разузнать, кого привела с собой Фэн, есть ли среди них дюжие мужчины и кто находится в усадьбе наложницы Лу. Узнав, что подле Фэн, кроме двух пятидесятилетних возниц, лишь женщины и служанки, а в доме Лу нет посторонних, она позвала А-Сэня: «Пойдешь со мной к дому юэцзи Мо. Если увидишь, что дело принимает неладный оборот, кричи во весь голос». А Чжэну Третьему наказывала: «Затаись у стены. Как услышишь крик А-Сэня, врывайся внутрь — с женщинами и слугами ты наверняка справишься!»
Крик А-Сэня сейчас привлечет Чжэна Третьего.
А ведь она еще даже не распознала, правду ли говорит наложница Фэн!
Фу Тинъюнь поспешно отозвалась:
— Не кричи, со мной всё в порядке!
Сквозь закрытые двери она услышала, как А-Сэнь коротко выдохнул: «Ох».
«Слуга этой девицы Фу слишком уж много себе позволяет!» — с недовольством подумала наложница Фэн, однако, вспомнив о куда более важном деле, решила пока оставить слугу в покое и разобраться с ним позже.
— Взгляните, как расстроилась госпожа Фу, — с сочувственным вздохом произнесла она и велела наложнице Лу: — Прикажите служанке принести воды, пусть госпожа Фу умоется. Как-никак, о деле старшего цзунци Чжао помощник главного командующего Лю строго-настрого запретил распространяться. Госпожа Фу еще не обручена с ним официальным браком; если она выйдет отсюда с заплаканными, опухшими глазами, соседи увидят и начнут строить догадки, а это не пойдет госпоже Фу во благо.
Наложница Лу беспрестанно кивала и, выйдя за дверь, отдала приказание. Вскоре Сюэмэй принесла горячую воду и полотенце.
Наложница Фэн лично взялась подвернуть рукава Фу Тинъюнь.
Золотая шпилька с фениксом на ее голове ярким блеском напоминала о дерзости этой женщины, вызывая у Фу Тинъюнь острое чувство: «Заботится без причины — явно замышляет недоброе».
Фу Тинъюнь отклонила услужливость наложницы Фэн и умылась сама.
Наложница Лу достала свою баночку с благовонной мазью:
— Это ароматный бальзам из столичной лавки «Госэ», господин Мо специально просил привезти его из столицы.
Фу Тинъюнь покачала головой и отказалась.
Если Чжао Лин действительно… зачем ей все эти средства?
Видя печальное, но исполненное решимости выражение ее лица, наложница Лу смущенно спрятала баночку обратно.
— Наложница Фэн, — Фу Тинъюнь постепенно обрела душевное равновесие и вернула себе хладнокровие, — когда в резиденции главного командующего дадут официальное разъяснение по поводу старшего цзунци Чжао?
— С этим придется подождать, — ответила наложница Фэн. — По меньшей мере до окончания военных действий. Если одержим великую победу, всё уладится проще. Но если случится худшее… останется лишь ждать императорского указа. Если Инчуань-хоу продолжит удерживать пост в Главном командовании Ганьсу, придется ждать, пока он подаст доклад с признанием вины и Высший совет — Нэйгэ — вынесет свое решение, и только тогда начнется обсуждение выплат семьям погибших воинов. Лишь тогда дело старшего цзунци Чжао будет завершено. Если же Инчуань-хоу покинет Главное командование Ганьсу, придется ждать назначения нового главного командующего. Только дорога сюда займет три-четыре месяца, так что дело старшего цзунци Чжао затянется, пожалуй, до следующего года.
Фу Тинъюнь слегка кивнула и спросила наложницу Фэн:
— Могу ли я взглянуть на то секретное донесение, где говорится о гибели старшего цзунци Чжао? Если потребуется подкупить нужных людей, наложница Фэн, не стесняйтесь, скажите прямо!
«Подкупить нужных людей» означало возможность нажиться!
Наложница Фэн с трудом подавила вспыхнувшую жадность и произнесла:
— К чему эта излишняя вежливость, госпожа Фу? Вот только это секретное донесение сейчас находится у помощника главного командующего, так что это не так-то просто… — С этими словами она изобразила на лице затруднение.
«Разве она не прислуживает помощнику главного командующего Лю каждый день, подготавливая тушь и кисти?» — подумала Фу Тинъюнь.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
